Чтение онлайн

– Как дела, принцесса? – я невзначай тронул её ручки, они были такие же горячие. – По Зеленодольску-то не скучаешь?

– А по чему там скучать-то? – Фомина скептически скривила пухлые губки. – Вся жизнь в Москве. Здесь всё кипит, а там болото. Я здесь и учусь, и работаю. Вот встану на ноги, перевезу сюда и родителей, и деток.

– Пойдём сегодня в кафе. Посидим, поокаем…А, Алён?

– Хорошо, Олег, я как раз сегодня до восьми работаю. Записывай номер…

Моё сердце не находило себе места, оно требовало сатисфакции за то, что его однажды отвергли. Перед глазами рисовались сюжеты нашей будущей с Алёной семейной жизни в столице. Ведь у нас когда-то могло быть счастье, так почему оно не может состояться сейчас?

Не зря люди когда-то высказали мудрую мысль: дважды в одну реку не войти. На мои настойчивые звонки Фоминой холодный женский голос отвечал, что абонент недоступен.

Что же ты, Алёна, выключила свой телефон? Кто же так поступает, если в столице повстречала старого друга?

Не устаю удивляться женской интуиции. Алёна вовремя прикусила губу, осознав, что совершенно напрасно мне дала свой московский номер. Понятно, что дружеские посиделки в кафе могут перерасти в нечто большее. Только зачем разбавлять водой вино, скисшее пять лет тому назад? Ничего путёвого из этого не получится. Бодяжить любовь – последнее дело.

И вообще, не для того Фомина в столицу припёрлась, чтобы крутить романы с бывшими ухажёрами. Здесь, в Москве, ухажёры другого уровня – деловые, обеспеченные, перспективные. Олег, пусть даже и выбился в начальники отдела, на роль нового кавалера никак не тянет. Как был тормоз, таким и остался. Думает, встретил бывшую подружку в метро – так в этот же вечер уложит её в горизонтальную плоскость. Наивность высшей марки.

Старые связи надо выкидывать из своей головы, а телефоны бывших любимых – зачёркивать чёрным маркером в своей записной книжке. Так будет лучше для всех.

Алёну я с тех пор больше не встречал, думаю, что даже не поздороваюсь с ней. Не надо искушать себя возможностью начать всё с начала. Любовь нельзя положить на время в холодильник, она там замёрзнет и умрёт, любовь можно подавать только горячей.

Королевство кривых зеркал

На работе всё текло по накатанной. Коллектив отдела вершил трудовые успехи, которые, правда, с равнодушной миной воспринимало руководство. Наше подразделение не воспринимали всерьёз, подсовывали дурацкие непрофильные задания. Даже в нормативным актах наши функции были очень размыты – по ним мы, рекламисты, должны делать всё, что захочет руководство. Сложно работать, когда твои усилия никогда не оценят на «отлично». На заводе существовало две оценки: «плохо» – в этом случае орали, хаяли, наказывали, ставили на вид, и «пойдёт» – все остальные варианты в том числе и самый похвальный.

Сиразова всё так же крутила романы, к моей радости, не выезжая за пределы города. Салахутдинова продолжала кидать мне спички в спицы, но я был начеку. Славнобудских вышла замуж и уволилась – я с облегчением вздохнул: трудно иметь в штате человека, у которого мозг работает в режиме «сутки через трое». Я стал подыскивать ей замену, но замена нашлась сама.

Миша Адамов подошёл к моему столу и робко начал:

– Олег, тут это… Посчёт вакансии.

С периодически закладывающим за воротник сисадмином было сложно разговаривать: в компьютерах он был ас, а элементарную мысль выражал с трудом. Ничего не поделаешь, поколение Y.

– Миша, сколько раз тебе говорил: слова «посчёт» не существует, брось этот гопницкий лексикон! – будучи филологом в душе, я не преминул поучить подчинённого.

Адамов осклабился жёлтыми зубами:

– Олег, насчёт вакансии – как там?

– Техника по рекламе? Ты же сам знаешь: Настя уволилась, её стульчик свободен.

– Тут у меня одногруппница из энергетического работу ищет, со свекровью по отделам ходит.

– Со свекровью? – я нахмурил бровь. – Замужняя, значит?

– Да, она из декрета вышла…

– Что, и ребёнок уже есть?

– Сын.

– Ну, и зачем нам она? Будет на больничный каждый месяц бегать. А у нас выставки…

– Может, всё же посмотришь Наташку? – Михаил решил меня уговорить.

– Наташка? Ростова?

– Да нет, Шабанова! Вот такая девчонка! – Адамов поднял вверх большой палец.

– Хорошо, давай, веди свою Шабанову, пообщаемся.

Вскоре кандидатка впорхнула в наш кабинет. У Альбины и Оли ревниво заблестели глазки, у меня просто проснулось красноречие – верный знак, что мне девушка приглянулась.

Я всегда говорил, что лучшие девушки нашего города давно заняты. Проворные хлопцы бронируют таких чуть ли не с детского сада. Мужу Шабановой – инкассатору Юре и ходить никуда не пришлось – Наташка была его соседкой по площадке.

Разваливать крепкие советские семьи не было в моих принципах, я просто оставил красавицу работать у себя в отделе. Наталья была высокой круглолицей шатенкой с голубыми, вечно смеющимися глазами и заводным, бесконфликтным характером. Девчонка она была настолько мировая, что у меня и мысли не возникало замутить с ней какой-нибудь секретный лямур-тужур. Адюльтер заводят с теми, у кого есть гнильца, червоточинка в характере. Шабанова же была вся из себя светлая – и внешностью, и помыслами, и для левых романчиков совершенно не годилась.

Такую деваху и на выставку можно захватить, людям показать. К работе Наталья относилась ответственно, никогда не подводила, хотя ничего поначалу и не умела.

– Ничего, освоишься, – говорил я корпящей над бумагами Шабановой и едва удерживал себя от порыва обнять её за нежное плечико. – Всему со временем научишься.

Такую сладкую девочку обязан иметь в наличии каждый отдел рекламы.

Через пару месяцев на завод приехала делегация из Казахстана. Контракт ожидался весьма перспективный, поэтому трёх высокопоставленных казахов сопровождала не менее авторитетная «тройка» из местных: премьер, министр и глава холдинга.

Ничего необычного, обычный «пожар», важно не упустить ни одной мелочи и расставить на поле все пешки по своим местам.

– Так, Наталья, – обратился я накануне к Шабановой. – Завтра будешь снимать приезд казахов на видео, ты уже неплохо научилась это делать.

– Аккумулятор надо заменить, Олег Юрич, он сдыхает через 15 минут работы.

– Давай, бери подотчётные – и в магазин. Заодно плёнку Чурову купишь, завтра вместе с ним будешь работать в паре: Алексей Василич выбирает диспозицию для фотосъёмки, ты ходишь за ним хвостиком и снимаешь на видео.

– Хорошо!

С Натальей было замечательно работать, она была послушна, как первоклассница.

Сработали без сбоев и накладок. Контракт был подписан. Шабанова работала как неистовая папарацци: бегала с камерой, как сайгак, вызывая живой интерес гостей.

Один именитый актёр МХАТа однажды сказал, что если во время спектакля на сцену выбежит собака, то всё внимание будет посвящено только ей, будь там ещё десяток народных артистов.

Неуместное сравнение, товарищ автор! Наташка, конечно, не собака, а красивая девушка при исполнении своих служебных обязанностей. Но все взоры казахов и наших «шишек» были устремлены только на неё. Ещё бы – молодая Саманта Фокс в кожаной косухе и коротенькой юбке в роли репортёра заводской «малотиражки».