Чтение онлайн

Эмилия берет Гарри за руки, музыка стихает, и все аплодируют. Шум океанских волн, разбивающихся о берег, звучит для меня как музыка. Я бросаю взгляд на воду, и этот прекрасный синий оттенок напоминает мне о глазах Дэнни.

В груди всё сжимается при мысли о нем.

Я давно не слышала его голоса. Не касалась его губ.

Дэнни начинает казаться призраком. Будто он — плод моего воображения, который я сама себе выдумала. Его отсутствие давит всё сильнее. Каждый раз, когда он начинает казаться нереальным, я просто смотрю на низ своего живота — это единственное подтверждение его существования в этом мире.

Я извелась в ожидании его звонка или сообщения. Стараюсь занять себя работой, друзьями, семьей, чтением и спортзалом. Так время идет быстрее. После последнего инцидента с угрозами Шейна мне на телефон постоянно приходят уведомления от камер во дворе и за домом.

— Можете поцеловать невесту! — восклицает священник в микрофон. Его голос прерывает мои мысли. Мередит осторожно толкает меня в бок, проверяя, всё ли в порядке. Очевидно, я слишком глубоко ушла в себя. Киваю с улыбкой.

Гарри обхватывает лицо Эмилии обеими руками и целует так глубоко, что это чувствуют все вокруг. Родные и друзья взрываются криками, аплодисментами и свистом. Я тоже свищу, сунув пальцы в рот, и подпрыгиваю вместе с Мередит. Жаль, что я не могу откупорить бутылку шампанского и утопить в ней свои печали сегодня вечером.

Все направляются к установленным шатрам в уединённой части пляжа. Я сажусь рядом с Мередит, разглаживая длинное синее платье. Мы занимаем свои места за столом. Внутри шатра тесно от гостей. Музыка гремит так громко, что отдаётся у меня в груди.

Наши платья подружек невесты — на одно плечо, свободные в талии. Глубокий V-образный вырез открывает приличную часть декольте. Я не против. Беременность добавила мне объемов в нужных местах. Хоть какой-то плюс в вынашивании крошечного человека.

Мередит допивает четвертый бокал вина. Градус там выше обычного, и это заметно. Она уже заплетающимся языком комментирует происходящее, а ведь вечеринка только начинается.

— Я просто обожаю вино. Алкоголь — лучшее, что придумало человечество, — вздыхает Мередит, крутя бокал в руке.

Она подпирает подбородок ладонью, ставит локоть на стол и наваливается на руку. Вино в бокале кружится так быстро, что ещё секунда — и польётся через край.

— Воу, Мередит, притормози, — морщусь, отодвигаясь подальше. Стараюсь сделать всё, чтобы она не облила мне платье.

— Почему? Не я же беременна. И если не хочу, то и притормаживать не стану, — резко бросает Мередит.

От такой прямоты я даже теряюсь. Она громко отрыгивает и закатывает глаза.

— Спасибо, Мередит. Очень мило с твоей стороны напомнить, — тихо говорю я, прикусывая щёку изнутри и отпивая воду.

Иногда Мередит цепляется без всякой причины и начинает нести всё подряд, совсем без фильтра.

Мы сидим в неловком молчании, пока музыка сменяется на медленную. Нам приносят еду: лосось, запеченный картофель с брокколи. У меня сразу просыпается аппетит, и я принимаюсь за еду.

Мы обе отрываемся от тарелок, когда к нам подходит невысокий рыжеволосый мужчина. Он останавливается передо мной и протягивает руку.

— Привет, красавица. Не хочешь потанцевать? Меня зовут Ларри, я друг жениха, — говорит он самоуверенным и флиртующим тоном.

Мне становится не по себе.

— Это очень мило с твоей стороны, правда. Но нет, спасибо. Я сейчас ем, — показываю вилкой на тарелку, надеясь отказать как можно мягче. Натягиваю дружелюбную улыбку, стараясь скрыть неловкость.

Ларри хмурится и убирает руку.

— Серьёзно, Ари? Да ладно, потанцуй с хорошим парнем. Отец твоего ребёнка всё равно здесь с тобой не потанцует, — вклинивается Мередит, делая очередной глоток вина.

В её голосе звучит холодная резкость, и мне больно. Её слова режут, как нож. Похоже, подруга даже не понимает, что говорит, а я замираю от стыда. Она не осознаёт, что только что раскрыла мою беременность совершенно чужому человеку, и меня злит её жестокая бесцеремонность.

Ларри неловко поджимает губы, покусывая щеку и оценивая обстановку.

Я испепеляю ее взглядом и встаю со своего места.

— Прошу прощения. Пойду подышу свежим воздухом. Аппетит пропал, — бормочу, бросая салфетку на стул.

Мередит замирает и перестает пить. Она ерзает на стуле, к ней приходит осознание содеянного.

— Ари, прости, — стонет, ставя бокал.

Она встает и идет за мной. Внутри меня всё кипит от ярости.

— Не надо, — резко оборачиваюсь к ней, приказывая держаться подальше.

Мередит перестает идти за мной и хмурится, переминаясь с ноги на ногу. Ларри уже отошел от стола, скрывшись в толпе танцующих.

Я выхожу из шатра и направляюсь к океану. На ходу снимаю туфли, одну за другой. Солнце уже полностью село, и небо освещает только полная луна. Держа туфли в одной руке, я иду на зов волн.

Есть что-то в пляже, что успокаивает мне душу. Здесь так тихо и спокойно, что я не даю себе окончательно расклеиться. Я смотрю на разбивающиеся волны, слушаю их и изо всех сил стараюсь заглушить ими музыку из шатра. Лунный свет, отражающийся в тёмно-синей воде, понемногу успокаивает меня.

Дохожу до берега, и ступни касаются влажного песка. Волны накатывают на ноги, я наслаждаюсь ощущением холодной воды.

Слова Мередит задели меня, и я даю себе зарок держаться от нее подальше до конца вечера. Было чувство, будто она тычет мне в лицо моей беременностью, словно это какая-то помеха в ее жизни.

Я ещё не объявляла о беременности, а уже представляю весь поток осуждения и чужих мнений, когда друзья и родные узнают, что я жду ребёнка. Я даже не уверена, есть ли у меня вообще парень. Не говоря уже о муже. Моя лучшая подруга показала свое истинное отношение к моей незапланированной беременности, и это больно. Представляю, что скажут остальные.

Сильный порыв ветра касается кожи, и от холода я обхватываю себя за плечи. Мне хочется в тёплую постель, под тяжёлые одеяла. Я быстро растираю руки, пытаясь согреться.

Мысли уносятся дальше, и я кладу ладонь на низ живота. Пытаюсь представить мальчика или девочку, но не выходит. Мне всё равно. Я просто хочу, чтобы ребёнок был здоров.

Интересно, Пол бы порадовался за меня? Будь он здесь, сначала наверняка разозлился бы. Особенно если бы ребёнок был от Шейна. Слава Богу, я так и не отдала себя ему до конца. Но раз это ребёнок Дэнни, мне кажется, Пол с радостью принял бы роль нового дяди. Может, сначала и насторожился бы, но потом точно смирился бы.