Чтение онлайн

Я сажусь в машину брата. В салоне до сих пор держится запах Пола. У него был старый зелёно-коричневый Ford Bronco. Он обожал эту тачку. Чинил её как мог и страшно ею гордился. После его смерти я не хотела, чтобы она досталась кому-то другому. Продать её я отказалась, поэтому оставила себе.

Пристегнув ремень безопасности, смотрю в зеркало заднего вида. В голову лезет самое худшее: мне страшно, что Шейн уже внутри… ждет меня. Вокруг тихо. Глаза лихорадочно мечутся по салону, но заднее сиденье пусто. Сердце продолжает бешено колотиться в груди. Боже, я схожу с ума. Я продолжаю осматривать салон в зеркало в поисках любых признаков вторжения, но ничего.

Я выезжаю с парковки и направляюсь к книжному магазину.

Магазин находится рядом с огромным парком. Это очень популярное место для прогулок, свиданий и пикников. Для меня же это любимое место Шейна, где он меня бил. Когда-то это был и мой любимый уголок… пока не перестал им быть. Каждый раз, когда я еду в книжный, мне приходится проезжать мимо этого парка, и вместе с ним возвращаются воспоминания о насилии.

— Ну и каково снова оказаться домой после учебки? — спрашиваю я. Стоит холодная ноябрьская ночь. День благодарения не за горами, и Шейну разрешили приехать домой после выпуска, прежде чем он отправится на курсы специальной подготовки.

— Потрясающе, — бросает Шейн с сарказмом. Затем делает большой глоток пива и ставит бутылку на траву. Он сидит, уперев предплечья в колени, а я прислонилась к его плечу. Мы в уединенном уголке парка под деревом. Вокруг нас кольцом кусты. В парке почти пусто, дело близится к полуночи.

Он злится, и я не понимаю почему. Это наше любимое место — здесь мы разговаривали, проводили время, целовались и ласкали друг друга поверх одежды. Я так по нему скучала и так ждала этой встречи. Но это не тот Шейн, которого я знала. У него появился незнакомый гонор, он стал агрессивнее, чем обычно. Ведет себя как самоуверенный, заносчивый козел.

— Что не так?

— Не знаю, Ари. Может, дело в том, что мы уже давно вместе, а ты все еще держишься за своё идиотское правило «только в одежде», — — выплёвывает он, стряхивая меня со своего плеча.

И вот опять. Снова давит на меня, требуя секса. Заставляет чувствовать вину за мой выбор и принципы. Я хотела подождать до свадьбы. И я точно не готова остепениться с кем-либо, особенно с Шейном.

— Шейн. Пожалуйста, давай не будем ссориться сегодня, прошу тебя, — вздыхаю я. Меня раздражает, что это стало постоянным поводом для разборок в наших отношениях. Телефон то и дело вибрирует, и я лезу в карман. Пол закидывает меня сообщениями, спрашивая, где я. Жалуется, что уже поздно и хочет, чтобы я была дома, но на самом деле он просто переживает, что я с Шейном. Я пишу ему в ответ, скидываю геопозицию и заверяю, что со мной все в порядке.

— Тогда отсоси мне, — приказывает Шейн. Он встаёт и разворачивается так, что его пах оказывается прямо перед моим лицом. От его слов меня будто парализует. Я в полном шоке и не понимаю, что сказать или сделать. Просто замираю, глядя на него снизу вверх.

Он это серьезно?

Я все еще пытаюсь осознать ситуацию.

Он расстегивает ширинку, допивает пиво и швыряет бутылку на землю. Та разлетается вдребезги, и я вздрагиваю. Все мое тело дергается, по коже бегут мурашки.

— Трахнуть я тебя не могу. Так что… — Шейн достает вставший член и начинает дрочить. Мои глаза округляются, и я отворачиваюсь.

— Возьми в рот, Ари-кексик. Ты говорила, что скучала по мне. Покажи, как сильно. — Его голос не узнать.

— Перестань, Шейн. Я серьезно. Или я ухожу, — угрожаю, глядя на кусты сбоку от себя.

— Ари, хватит делать вид, будто ты этого не хочешь, — ухмыляется Шейн.

Я резко поднимаюсь на ноги. Качаю головой — злая и встревоженная. Впервые он ведёт себя со мной настолько грубо и напористо.

— Ты куда это нахрен собралась? — Он перестает дрочить и преграждает мне путь.

Не знаю, куда иду, но куда угодно лучше, чем оставаться здесь. Шейн хватает меня за волосы и дёргает так сильно, что я падаю.

Перед глазами всё плывет, я начинаю дрожать.

— Шейн! Какого чёрта! — кричу я, хватаясь за голову и пытаясь унять боль в коже.

В следующую секунду он уже сверху, придавливает меня своим весом к земле. Вжимается в меня бёдрами, и я вскрикиваю. Пытаюсь столкнуть его с себя, но он сильнее.

Он бьет меня наотмашь, так сильно, что моя голова отлетает в сторону, и я перестаю кричать. Теперь я плачу, беззвучно всхлипывая и держась за щеку. Мне страшно снова закричать. Боюсь, что он ударит ещё раз.

— Черт, прости, детка. Прости меня. Не знаю, что на меня нашло. — Он начинает целовать меня в щеку, а я смотрю на него с ужасом.

Затем слезает с меня и поднимает с земли.

Он только что меня ударил. Впервые поднял на меня руку, и я оцепенела.

Он ударил меня.

— Прости, детка. Правда. Я просто скучаю по тебе. Я хочу тебя. Хочу большего, и мне жаль… этого больше не повторится. — Шейн начинает умолять меня остаться с ним подольше. А я не могу говорить. Не могу пошевелиться. Вместо этого чувствую вину за то, что не смогла дать ему то, в чем он нуждается.

— Вот до чего ты меня доводишь. Я так сильно тебя люблю, что просто завожусь от одной мысли о том, каково это — заниматься с тобой любовью. — Шейн плачет мне в плечо, слезы просачиваются сквозь мою тонкую футболку. Он прижимает меня к своей груди так крепко, а я в замешательстве глажу его по спине.

— Я просто хочу заниматься с тобой любовью. Вот до чего ты меня доводишь, — повторяет он.

Вот оно. Он наконец это сказал. Он любит меня.

Тогда я ещё не знала, что это было лишь началом того, во что превратятся наши отношения.

— Обожаю, когда прямо внутри есть кофейня, — улыбаюсь я, допивая айс-кофе и шагая следом за Мередит и Эмилией. Эмилии нужно разобраться со свадебным списком, и Мередит ей помогает.

— Если бы меня не проносило каждый раз после этой дряни, я бы её любила. Так что останусь на своих фруктовых коктейлях, — фыркает Мередит, и Эмилия смеется.

— Девочки, вам нужно на примерку к свадьбе! Она уже в следующем месяце. На этой неделе отведу вас в салон. Нужно с этим покончить. Одной проблемой меньше, — говорит нам Эмилия, пока мы ходим между рядами.

— Конечно, жду не дождусь. Я впервые буду подружкой невесты! Я так рада за тебя и Гарри. Вы давно к этому шли, и я безумно счастлива за ваш счастливый финал, — говорю, обнимая её одной рукой.

— Я тоже. Не представляю себя ни с кем, кроме Гарри. Знаю, я еще молода, но мне плевать, кто что думает. Гарри двадцать пять, мне двадцать два. Чувствую, меня будут осуждать за то, что выхожу замуж слишком рано или слишком поздно. Неважно. Он — тот самый, — разглагольствует Эмилия, и в ее голосе слышится раздражение. На нее посыпалась критика от всех подряд из-за брака с Гарри. От семьи, от друзей. Она на взводе, но я ею горжусь. Она не позволила никому помешать ей выйти замуж за мужчину ее мечты.