Чтение онлайн

Новая версия колеблется и боится.

— Дэнни. Мне нужно кое о чем с тобой поговорить, — шепчу я. Голос звучит так тихо, что удивительно, как он вообще услышал. Осторожно поглядываю: он поворачивается ко мне. В темных стеклах отражается мое собственное лицо. Выгляжу напуганной; бесит, что меня так легко прочитать.

От его ледяного выражения лица становится не по себе, перехватывает дыхание.

— О миссии я говорить не буду. И о Поле тоже, — рычит он, явно недовольный таким вступлением. Голос такой низкий и злой, что по нервам бьет разряд животного страха.

— Дэнни... я не... я не соби...

Он перебивает:

— Ты опоздаешь, Ари. — Отворачивается, облизывая губы. Оставляет руку на руле, полностью игнорируя мое присутствие.

Такая резкая перемена ранит. В голове вертится: что вывело его из себя на этот раз? Наверняка дело в доме. Скорее всего, обстановка напомнила о Поле и вскрыла то, что он отчаянно пытается похоронить. Вздыхаю, собирая остатки терпения.

Идеально преподнести новость не получится. Еще недавно мы были чужими людьми, а теперь вокруг сплошной хаос. Скрывать дальше невозможно.

Достаю тест из кармана и кладу его прямо на центральную консоль.

— Я беременна.

Дэнни резко поворачивает голову ко мне, затем смотрит на пластиковую полоску. Дыхание замирает. Он берет его, вглядываясь в маленький экран с результатом. Ноздри раздуваются, и меня сковывает шок.

Разочарование накрывает меня, когда я понимаю: он вовсе не рад. Он дышит гневом, медленно и ровно втягивая воздух. Он молчит, а я будто цепенею. До начала смены у меня остается несколько минут, но сейчас мне было совершенно всё равно, если я опоздаю. Мне нужно было понять, о чем он думает.

Что у него в голове?

— Сейчас тот момент, когда ты должен что-то сказать... хоть что-нибудь, — умоляю я.

Он бросает тест обратно на консоль.

— Ты опоздаешь.

Дэнни разбивает моё сердце на миллион осколков. На этот раз всё иначе. Обычно я распадаюсь на части от желания между нами, но сейчас это просто боль. Поджимаю губы, глядя, как он наблюдает за медиками, выходящими из приемного покоя. Вот она, та самая темная сторона Дэнни, о которой он говорил. Его плохая сторона, и она мне совершенно не нравится.

Качаю головой, когда осознание бьет с силой локомотива. Это последствия собственных поступков — я по уши влюбилась в мужчину, которого совершенно не знала. Жестокая реальность обрушивается на плечи, заставляя признать свои ошибки. Я сама позволила Дэнни затащить себя на самое дно его темного, сломанного мира.

Тело бьет дрожь. Забираю тест обратно, желая оказаться как можно дальше. Хватаюсь за ручку двери и выпрыгиваю наружу. Он не пытается остановить или сказать хоть слово по поводу признания.

Вместо этого просто сдает назад, выезжая с парковки. Изо всех сил стараюсь не расклеиться на людях, но гормоны берут свое, и в горле встает плотный, тяжелый ком.

Жжение в глазах вынуждает меня часто заморгать; слезы прорываются наружу и катятся по щекам. Неопределенность наших отношений накрывает с головой, ставя под сомнение абсолютно всё. Каждый поцелуй, каждое прикосновение и каждый разговор.

Кажется, я только что повторила судьбу собственной матери.

Стала матерью-одиночкой.

Я работаю на автомате, не в силах ни на чём сосредоточиться. Чувствую себя потерянной, а сладкое воссоединение с Дэнни разрушено реальностью ответственности. Ноги кажутся свинцовыми, когда иду по коридорам.

Он выглядел взбешенным, когда я сказала о беременности. И всё же он промолчал, и я возненавидела это молчание. О таком моменте я мечтала всю жизнь, и чувствую, что он всё испортил. Не знаю, чего ожидала. Надеялась хотя бы на улыбку, но вместо этого получила лишь презрение.

Не могу винить его за то, что реакция была не такой, как мне хотелось. Может, он в шоке. Может, нужно время, чтобы осознать… Мне оно точно понадобилось. Я ведь тоже отгородилась от всех, когда узнала. И всё же… хочется только плакать. Плакать, пока не закончатся слезы. Коллеги замечают перемену и тут же спрашивают, что случилось. Я отказываюсь пускать их в свою личную жизнь. Вместо этого пишу Мередит в поисках поддержки. Первой мыслью было связаться с Эмилией, но я не захотела беспокоить её во время медового месяца.

На середине смены приходит сообщение от Дэнни.

Дэнни:

Твой «Бронко» припаркован снаружи.

Он вернул машину с пляжа, но по-прежнему никакой реакции на то, что станет отцом. Ни вопросов. Ни криков. Ни радости. Ничего. Поэтому я не отвечаю.

Иду в зону ожидания; в холле полно пациентов. Из-за всплеска гриппа нас осаждают заболевшие семьи. Открываю двери и зову следующего пациента.

— Миссис Йоханссон!

Все смотрят в мою сторону, надеясь, что подошла их очередь. Ко мне направляется пожилая женщина, на вид лет пятидесяти. Я тепло улыбаюсь ей, открывая двери в отделение скорой помощи и приглашая войти. Подхожу ближе, предлагая опереться на мою руку. Она прихрамывает и принимает помощь, чтобы удержать равновесие.

Внезапно взгляд цепляется за что-то у вращающихся дверей приемного покоя. Вижу знакомую фигуру, выходящую из здания, и замираю. Я знаю, кто это, и отказываюсь в это верить. Он стоит ко мне спиной, и у меня начинается гипервентиляция. Грудь тяжело вздымается, я задыхаюсь от ужаса.

Шейн.

Задерживаю дыхание, пытаясь рассмотреть его получше, чтобы подтвердить свою паранойю. Делаю шаг вперед, надеясь поймать его профиль, но поздно. Он скрывается за стеной снаружи, оставляя меня в состоянии чистого ужаса.

Всю дорогу до пляжа я думаю о том, как изменится моя жизнь. Кейн сидит рядом на пассажирском, я курю, окна опущены. Дым вьется в салоне — болезненное напоминание о том, что пора бросать.

Ари беременна.

Я больше не смогу курить при ней, и я совершенно не против, но шок от её признания выбил почву у меня из-под ног. Был в моей жизни момент, когда я хотел детей. Когда жаждал видеть свою женщину тяжелой от моего ребенка. Идеальная картинка семьи. Это было до того, как я стал «морским котиком». До того, как своими глазами увидел, какое дерьмо и зло ползает по этой земле.