До свидания там, наверху
Шрифт:
Жюль д’ЭПРЕМОН
скульптор
Член Академии
улица Лувра, 52,
Почтовый ящик 52
Париж, департамент Сены
– Кто этот Жюль д’Эпремон? – спросил Альбер, когда они составляли каталог.
Эдуар поднял глаза к небу, знать не знаю. Однако заявка выглядела серьезно: военный крест, академические пальмы, прекрасный адрес – улица Лувра.
И все же, настаивал Альбер, которому этот персонаж не давал покоя. Все быстро обнаружат, что его не существует. Член Академии – это нетрудно проверить!
– Именно поэтому никто и не станет проверять! – написал Эдуар. – Член Академии, о чем тут говорить?!
Альбер не без скептицизма признал, что, действительно, напечатанное имя не вызывает ни малейших сомнений.
В конце была небольшая врезка с описанием карьеры скульптора-академика, чьи достижения действовали успокаивающе на тех, кого бы испугал контакт с художником.
Адрес: дом номер 52 по улице Лувра, был всего лишь адресом почтового отделения, где они завели почтовый ящик до востребования; а дальше вмешался случай, присвоив ящику тот же номер, что придавало всему серьезный вид, официальный, неподвластный совпадениям.
В самом низу обложки мелкими буквами:
ЦЕНА ВКЛЮЧАЕТ ДОСТАВКУ ДО ВОКЗАЛА НА ТЕРРИТОРИИ ФРАНЦИИ
БЕЗ УЧЕТА СТОИМОСТИ УКАЗАННЫХ НА РИСУНКАХ НАДПИСЕЙ
Первая страница представляла собой чистой воды надувательство:
Господин мэр,
более года прошло после окончания Великой войны, и множество коммун во Франции и в колониях мечтают увековечить память уроженцев этих мест, погибших на поле брани, так, как они этого заслуживают.
Если многие этого еще не сделали, то тому виной не отсутствие патриотических чувств, а нехватка средств. Вот почему я посчитал своим долгом художника и бывшего фронтовика по собственному желанию принять участие в этом великолепном начинании. Я решил предоставить свой опыт и умение в распоряжение коммун, которые хотели бы воздвигнуть монумент, и с этой целью создал проект «Патриотическая Память». Предлагаю вашему вниманию каталог аллегорических произведений, призванных увековечить память дорогих вашему сердцу погибших.
В грядущую годовщину 11 ноября в Париже будет торжественно открыта Могила Неизвестного Солдата, символизирующего жертвы, принесенные всем народом. Исключительному событию – исключительный ответ: с целью позволить вам присоединить вашу собственную инициативу к этому великому национальному празднованию я предлагаю вам скидку в 32 процента на весь корпус моих произведений, специально созданных по такому случаю, а также бесплатную отправку монумента до ближайшей к вашей коммуне железнодорожной станции.
Стремясь не допустить задержки с изготовлением и транспортировкой изделий, заботясь о безупречном качестве, я готов принять заказы только до 14 июля и гарантировать доставку до 27 октября 1920 года, что позволит вам в нужные сроки установить выбранный памятник на предварительно подготовленный пьедестал. В случае, который, я, увы, предвижу, если на 14 июля спрос превзойдет наши возможности производства, исполнены будут только первые из заказов в порядке их поступления. Я уверен, что ваши патриотические чувства найдут в этом уникальном предложении возможность засвидетельствовать павшим, что отныне потомки воспримут их героизм как символ подвига.
Примите, господин мэр, заверения в моем совершенном почтении. ЖЮЛЬ д’ЭПРЕМОН Скульптор Член Академии Выпускник Национальной школы изящных искусств
– А эта скидка… Почему тридцать два процента? – спросил Альбер.
Вопрос бухгалтера.
– Чтобы создать впечатление хорошо обдуманной цены! – написал Эдуар. – Это стимулирует! И если уж на то пошло, все деньги придут к Четырнадцатому июля. На следующий день мы сунем ключ под дверь.
На следующей странице краткая инструкция в шикарной рамке давала пояснения:
Все наши произведения могут быть отлиты в художественной бронзе (чеканка, чернение) либо в чугуне (чеканка, отделка под бронзу).
Эти благородные материалы придадут утонченную элегантность памятникам, которые станут идеальным символом несравненного ветерана-фронтовика, Франции или любой другой эмблемы, прославляющей доблесть незабвенных павших воинов.
Мы гарантируем, что эти произведения будут безупречно исполнены и простоят неограниченное время – при условии соответствующего ухода каждые пять или шесть лет.
От покупателя требуется лишь подготовить постамент, что легко выполнит хороший каменщик.
Далее следовал каталог изделий (проекции в фас, профиль и в перспективе), с точными размерами в высоту и ширину и указанием всех возможных сочетаний: Уходим на войну. В атаку! Вставайте, мертвые! Умирающий ветеран защищает знамя. Фронтовые друзья. Франция, оплакивающая своих героев. Петух, попирающий немецкую каску. Победа! и так далее.
За исключением трех самых дешевых моделей для совсем ограниченного бюджета (Военный крест, 930 франков, Погребальный факел, 840 франков, и Бюст фронтовика, 1500 франков), все остальные цены колебались от 6000 до 33 000 франков.
В конце каталога уточнялось:
«Патриотическая Память» не берется отвечать на запросы, поступающие по телефону, но на вопросы, поступившие по почте, ответ будет дан в кратчайший срок. Поскольку предоставляются существенные скидки, заказы должны быть сопровождены задатком в 50 процентов от общей суммы расходов, переведенным на счет «Патриотической Памяти».
Каждый заказ теоретически должен был принести от трех до одиннадцати тысяч франков. Теоретически. В отличие от Альбера, Эдуар не сомневался ни в чем, он бурно радовался. Ликование одного было пропорционально тревоге другого.
Хромавший на одну ногу Эдуар не мог заносить пачки каталогов наверх. Но вряд ли он стал бы это делать, даже если бы у него возникла подобная мысль… Это было следствием воспитания, его всегда кто-то обслуживал; а война в этом плане выглядела мелким исключением из правил. Эдуар с сожалением пожал плечами – «увы», в глазах была улыбка, как будто он не мог помочь из-за свежего маникюра… Он помахал руками, как бы говоря: лак еще не высох…
– Хорошо, – сказал Альбер, – этим займусь я.
Он не особенно разозлился, физическая работа или уборка позволяли поразмыслить. Он начал долгую серию спусков-подъемов, старательно складывая пачки каталогов в глубине комнаты.