Чтение онлайн

— Пока, — Отдышавшись уезжаю домой. Есть мороженное вместе со Светой. Нам точно есть о чем поговорить.

Туманов.

Задумчиво кручу шариковую ручку между пальцами. Работы валом, но она бумажная и мне пиздец как не хочется ее делать.

— Илья Валентинович, зайдите в седьмую палату, — зовет Анна, тихо постучав в ординаторскую.

Ну вот и спасение от бумаг.

Ближе к ночи, когда коридоры отделения пустеют и пациенты готовятся ко сну, я иду за кофе.

— Нажмите на американо, пожалуйста, — голос за спиной и купюра возле моего носа. Оборачиваюсь.

— Пожалуйста, — достаю стаканчик из автомата и передаю его отцу Ляльки.

Да. Прискакал на костылях за кофе. Пока нет дочери рядом. А кофе ему не желательно из-за проблем с давлением. Амосов строго настрого запретил. Может он и покуривает украдкой? В оконце своей палаты? А Лялька места себе не находит.

— Туманов, — отпивает глоток кипяточного кофе, даже не морщится. Кремень, блять.

— Илья, — протягиваю ему руку.

— Валера, — протягивает мне свою.

Здороваемся или знакомимся, хрен пойми. Ситуация так себе. Этот полкан точно не дурак и скорее всего знает про меня и его дочь. И я не сам к нему пришел с разговором. А мы вот так вот встретились. У автомата с кофе. Пиздец, это днище. И что я должен ему сказать? Простите, но у меня с вашей дочерью… что? Вот что?

Он смотрит на меня не моргая даже. Глазами так похожими на Олины… отпивает кофе и ждет.

Ну вот не так я представлял наш разговор. Так, ладно.

— Я вас до палаты провожу.

— Ну пойдем. Илья… Валентинович.

Глава 59. Тесть, негде сесть.

Туманов.

— Проходите, Илья Валентинович, — полкан отворяет дверь своей палаты, приглашая зайти.

Ладно. Я понимал, что разговора, именно сейчас, не избежать. Просто планировал, что он произойдет в другом месте и при других обстоятельствах. Больница такое себе… для беседы между нами…

Валера ковыляет до кровати, аккуратно ставит костыли и приземляется на матрас, выдыхая от облегчения. Устал - делаю вывод, не просто так он тусил возле автомата. Меня сторожил? Чекист…

Мысленно ухмыляюсь своим выводам. Я бы на его месте еще на подлете, таким ухажерам как я, бубенцы отстреливал.

— Я хотел бы тебя поблагодарить, — начинает Валера, — За то, что я оказался тут. — Откашливается. А я в ахере пребываю. — Если бы не тот экстренный борт, остался бы я без ноги как минимум. Спасибо, — протягивает мне руку для рукопожатия, я свою в ответ.

И жмет так крепко, затЯжно. И глаз внимательных с меня не сводит. Будто нутро наружу мое выворачивает и трясет им, проверяя, что же вывалится из карманов.

Знаю я натуру таких полканов. Плавали, видели. И по их безэмоциональным лицам прочесть что-то, да никогда! Умело носить маски отстраненности их учат еще в звании лейтенанта.

— … Олег Альбертович сегодня заходил и интересовался как я себя чувствую. Кардиолог тоже заходит. Еще мне предложили программу реабилитации в вашем чудесном центре. Дочь вот… не отходит от меня. И каждый из врачей мне так или иначе называл фамилию Туманов.

Теперь мне становится ясно откуда он узнал. Вот мужики дают. Придурки.

— Я рад, что все так сложилось, — даю сухой ответ, — Реабилитация у нас действительно на уровне. Не отказывайтесь от нее. — максимально обтекаемо лавирую в том, что говорю.

— Но у меня возник другой вопрос, Илья Валентинович, — делает паузу, давая мне возможность додумать его продолжение, и даже мой копчик понимает суть, — Почему гинеколог так обеспокоился мною? Неужели моя дочь, ваш ординатор, проела вам мозг, что вы решили поднять столько связей? Или она затопила слезами все этажи? — прищурившись, заканчивает.

— Нет, — помедлив, — Ваша дочь стойкая и сильная. О ее проблеме знали единицы.

— И вы в том числе, верно?

— Да.

— Вы всем так помогаете, Илья Валентинович? — и смотрит так… дыру во мне сверлит.

— Нет. Только тем, кто мне дорог.

— И моя дочь вам так дорога?

— Дорога, — отвечаю, ни чуть не сомневаясь в своих словах. — Очень. И ради нее я сделаю все. Даже если ей захочется звезду с неба или полетать на космолете. — По мере моего ответа, посеребренные брови Валерки ползут вверх, а я продолжаю, — Я хочу видеть на ее лице только улыбку и слышать ее смех, дарить эмоции, от которых она плакать будет, только от радости и счастья.

— Че? — недоуменно переспрашивает.

— То, Валер, люблю я ее.

Глава 60. Почти счастье.

Ляля.

— Фух, я все, — снимаю с рук перчатки для фитнесса и устало падаю на коврик для йоги рядом с подругой. Она стоит в планке последние секунды красная как рак.

— Ееее, — пыхтит, — я тебя сделала! — падает рядом на свой коврик лицом в него. Знать о том, что я простояла треть своег овремени в планке, ей не нужно, а то до уработается так, что потом даже ползать не сможет. — Я с тобой скоро в фитоняшку превращусь. Ляль, ты виновата в том, что я теперь стройна и свежа.

Три ха. После первой тренировки -то! — хихикаю про себя.

—Что в этом плохого? —вытираю полотенцем пот со лба. — ДАвай еще растяжечку и гоу домой.

— Пфф, растяжка. Я порвусь Оль! — пыхтит недовольно. — Ты как гимнастка гнешься, а я так не могу, — ноет рядом, перекатываясь на попу и тянет руки к стопам.

— Я подмогу, — встаю со спины и помогаю ей растянуться сильнее, — выдыхай и тянись.

— С моей грацией картошки… —кряхтит, но тянется,забавно хмуря брови от усердия.

—Все, я все, вымотанная, растянутая, осталось помыть, посушить и вые…— спустя немого времени кряхтит.

— Замолчи, — толкаю ее в шутку в плечо. — Пойдем.

Спустя полчаса я довольная и бодрая спускаюсь по ступеням фитнесс центра, Светка плетется позади еле передвигая ногами.

— Завтра я умру от боли, да? — сегодня она со мной ходила только второй раз, до этого она то по телефону болтала, то тренерам глазки строила, крутилась как дура у тренажеров и флиртовала. Сегодня я забрала у нее телефон и не отстала, пока она не стала заниматься нормально.

— Не умрешь, если что, то завтра сходим в бассейн и можно в сауну. Все будет отлично! — подбадриваю ее.

— Гля, — расстроено тянет, поворачиваюсь и прослеживаю за ее взглядом, — Посмотри, что сделали с моим дрынчиком… Приехала Света на тренировку…

Ее мопед завален на бок, снято одно колесо и фара свисает на проводах из корпуса

— Что за идиотина это сделала? — подлетает разозленная к мопеду, осматривает его. — Кому он тут помешал? — Пищит расстроенно. — Что мне делать? — Хватается за голову руками, — Как его отсюда забрать?