Чтение онлайн

Хелье протянул вперед руки, и Эймунд связал ему запястья, а конец веревки намотал на луку своего седла, после чего он стукнул Хелье кулаком в скулу, и сигтунец рухнул на землю.

— Это в счет будущего, — неопределенно произнес Эймунд.

Они было поехали в гору шагом, как вдруг с реки раздался чей-то басовитый голос:

— Ого-го-го-го-гооооо!

Всадники остановились и обернулись. Ладья шла точно поперек течения, явно нацеливаясь на Любеч.

— Посол от Великого Князя к посаднику новгородскому! — раздалось над рекой. — Пленника везу менять, хорла еть!

— Так, — сказал Эймунд. — Ларс, — обратился он к одному из конников. — Скачи за князем, быстро.

Ларс ринулся вверх по склону, к детинцу. Ладья приблизилась, заскочила килем на берег, и Дир в роскошной сленгкаппе выпрыгнул из нее и потянул за веревку связанного Рагнвальда. Эймунд побледнел от ярости.

— Где там наш поляк? — спросил Дир делово. — Меняю его вот на этого… Э! Хелье! Чего это они тебя, заметь, связали?

— Мучители они, — объяснил Хелье. — Смысл жизни у них — мучить людей. Ежели за целый день никого не свяжут — звереть начинают, на людей кидаться.

— Ага, — понял Дир. — Ну, ничего, я и тебя увезу вместе с поляком. Развяжите его.

— Ты глуп, — сказал ему Эймунд, сдерживаясь. — И я с тобою еще посчитаюсь.

— Ты мне зубы не заговаривай! Развязывай Хелье.

— А, его зовут Хелье?

— Да. Развязывай.

— Такого уговору не было.

— А уговору пока что вообще нет.

— Не меняют двух на одного.

— А я меняю.

— Тебя послал Святополк.

— И что же?

— Послы выполняют волю пославших их, не более.

— Ничего, ничего, — заверил его Дир. — Не бойся. Выполним и перевыполним.

— Эймунд… — сказал Рагнвальд.

— А ты заткнись, — велел ему Дир. — Развязывай Хелье, Эймунд, не то я сейчас твоего дружка мучить буду, кости его варангские ломать по одной. Ну? — он притянул связанного Рагнвальда к себе.

— Не имеешь права! — крикнул Эймунд. — Не смей! У тебя поручение и приказ!

— А я срал, — сказал Дир.

Взяв Рагнвальда за плечо и кисть, он сделал движение, и Рагнвальд взвыл.

— Эймунд! — крикнул он.

— Хорошо, постой, — попросил Эймунд.

— Развяжите мне руки, — потребовал Хелье. — Я не собираюсь никуда идти. Мне нужно видеть князя.

— Не торгуйся с ними, Хелье, — покровительственно сказал Дир. — Я здесь, и, стало быть, все в порядке. Ежели очень нужно, то я их тут, заметь, всех просто покрошу в кубышки.

Все эймундовы всадники были люди бывалые и смелые, но Дир был очень большой, а говорил спокойным убедительным басом. Кто знает — вдруг действительно покрошит? Вон ручищи какие здоровенные.

Эймунд ножом разрезал веревку, связывающую запястья Хелье и с раздражением снял конец ее с луки седла. И стал наматывать его на локоть.

Наверху открылись ворота и Ярослав, сопровождаемый Ляшко и Жискаром, стал спускаться вниз на белом коне. Белый конь — дань тщеславию, подумал Хелье.

Племянник Болеслава сидел позади Жискара на крупе. Подъехав к живописной группе, Ярослав сделал приветственный знак рукой. Все поклонились. Дир поклонился тоже и, взяв Рагнвальда за шею, пригнул его к земле. Ярослав закусил губу, пряча улыбку, зато Хелье засмеялся искренне, и все к нему повернулись.

— Не обращайте внимания, — сказал он. — Это я так. Все очень мило и как подобает в случаях.

Он опять засмеялся.

— Позволь, да ведь я тебя знаю! — удивился Ярослав, глядя сверху вниз из седла.

— Это, князь, тот самый плотник, о котором я тебя рассказывал, — тихо сообщил Эймунд.

— Да? Что ж. Ну, посол, вот тебе пленный, отдавай нам Рагнвальда.

— И второго я тоже возьму, — сказал Дир.

— Дир, не надо, — попросил Хелье.

— Надо. Честное слово — надо. Святополк будет к тебе милостив. Будешь служить у меня под началом. Много я с тебя не потребую, не бойся.

Хелье так возмутился, что не нашелся, что ответить.

— Нет, — сказал Ярослав. — Такого уговору не было.

— А уговору… — начал было Дир, и повторил бы весь монолог до конца, включая кубышки, если бы Хелье не прервал его:

— Я остаюсь, Дир.

— Остаешься?

— Здесь.

— Но зачем?

— Так надо.

— Тебя убьют.

— Вряд ли. Бери пленного и езжай.

Он попытался подмигнуть, но глаз болел.

— Вон у тебя под глазом как вспухло, — заметил Дир.

— Это мой личный счет, — сказал Хелье. — Мне и платить.

Эймунд криво улыбнулся.

— Не желаю я, — заупрямился Дир. — Хорошо, не хочешь ко мне под начало — не надо. Но поедем вместе. А?

— Я хотел бы… — сказал Ярослав.

— Помолчи, князь, — сердито перебил его Дир. — Я этому человеку жизнью обязан. А тебе — ничем. Помолчи.

Ярослав сузил глаза. Это было все, что он мог сделать в данный момент. В его распоряжении было полтораста воинов. На противоположном берегу ждали команды тысячи ратников.

— Дир, бери пленного и езжай, — сказал Хелье строго. — Меня не убьют. Не такие дураки.

— А! — что-то понял Дир. — О! — он прищурился заговорщически и улыбнулся. — Ладно. Тогда ничего. Тогда я поеду. Вот вам ваш Рагнвальд. Поляка давайте сюда.

Когда ладья отошла на достаточное расстояние от берега, Ярослав спешился и подошел к Хелье.

— Второй раз ко мне едешь, и второй раз цели не достиг. Понятно, почему ты отказался ехать с послом.

— Почему же? — нагло удивился Хелье.

— Потому что второй провал тебе бы не простили. Решил стать перебежчиком. Ты не дурак, поэтому наверняка что-то знаешь. С пустыми руками ты бы не сунулся ко мне, скорее бы с послом поехал и попытался бы убежать, не доезжая до другого берега. Говори.

— Что говорить?

— То, что мне нужно знать.

— Продажных женщин обижать стыдно, — сказал Хелье.

— Это ты к чему?

— Я сказал то, что тебе нужно знать. Не знаю, знал ли ты это раньше. Но знать нужно.

— Ясно. Хватит. Привяжите ему камень потяжелее и скиньте в реку, — сказал Ярослав.