Чтение онлайн

После многочисленных войн, магических и не очень, после мелких стычек воинствующих драконов, после набегов орков и тролльих погромов, Седион IV собрал совет магов и ближайших советников. И они постановили - быть Королевским гонкам! Со временем те превратились в нечто, напоминающее старинные рыцарские турниры, когда лучшие из лучших соревнуются между собой.

По прошествии многих лет награды стали не столь щедрыми, ибо земли не бесконечны, как, впрочем, и государственная казна. Но, тем не менее, даже участие в Королевских гонках было особым знаком отличия, привилегией. А победителям оно давало статус и особое право - право решающего голоса в совете старейшин в своем клане или крыле, и право это было не принято оспаривать.

Так что за возможность встать на ступеньку пьедестала разыгрывались отнюдь не шуточные бои. Причем закулисных интриг было не меньше, чем зрелищных и азартных баталий. Ведь возможность решить в свою пользу вопрос спорных земель, отстоять право распоряжаться казной клана или вершить судьбы всего рода стоит того, чтобы устранить конкурента еще до начала соревнований.

Старый дракон Квазимир возлагал самые радужные надежды на эти гонки. И не только потому, что команда подобралась на редкость сильная, ведь он решился на тайных ход, который без сомнения подкосит претендентов на победу. И вот теперь выяснилось, что его усилия не просто провалились, они просто не нужны.

Его команды нет! Отсутствие одного участника - это стопроцентное исключение!

Нельзя сказать, что Квазимир был в гневе или ярости, только левое веко подрагивало чаще обычного. Ничем другим не выдал своего настроения старый дракон, одним росчерком он лишил команду содержания.

– Вы все поняли? Никаких денег, никаких гулянок пока вопрос с Валиром не уладите.
– сердился глава рода. -Эмиль, хватит филонить! Учись ставить блоки. Если вовремя не научился. От тебя фонит, даже меня цепляет -ворчал уже не глава, а отец. Все поняли?

Остальные лишь виноваты кивали. В маленьком кабинете столичного дома было душно, темно и тесно.

– Я изменил ваше расписание. Никаких возражений. Ваше наказание - участие в подпольных играх. Поработаете на казну рода. Все свободны.
– махнул рукой, говоря, что не желает видеть провинившихся.

На Эрика было страшно смотреть. Он слишком многим пожертвовал, ради этих гонок. Камиль был хорошим другом и утащив кузена из душного кабинета на просторную веранду, завел разговор:

– Есть одна идея, это может помочь нам, - и он замялся, не зная, как решиться.

– Выкладывай уже, терять нечего, -вздохнул Эрик

– Я знаю ты никогда его не любил, даже до того случая, но может обратимся к нему. Его хоть и лишили имени и крыльев. Но по закону он еще принадлежит к нашему роду, -выпалил Камиль и нервно покусывал свои усы, в ожидании реакции друга

– Я сам все решу. Спасибо, друг,- ответил Эрик и крепко сжал плечо кузена. - Слышал, он стал оружейником.

Камиль кивнул и проводил взглядом тяжелую походку Эрик.

Эрик надеялся на толику сострадания родича. Решение принято. Командир выдвинулся на поиски Безымянного. Все знали, что дракон, лишившийся не только клановой поддержки, но и крыльев, после неудачной влюбленности обитает где-то в оружейном квартале столицы.

Подавленный Эмиль разгуливать по высохшему саду и обдумывать происходящее. Сейчас те волнения, что сводили его с ума неделю назад, казались нелепыми и пустыми. И, как любой молодой дракон, он был захвачен новыми эмоциями.

– Давай поговорим, - предложил Камиль.

Он был ровесником Эрика, но не слыл таким жестким и упрямым, был больше похож на всепонимающего дядюшку-добряка. Но это сейчас. А когда-то и он был командиром младшего крыла, но его сгубила опасная любовь. У драконов есть то ли поговорка, то ли прописная истина: "Без потерь нет истинной любви".

Каждый молодой дракон проходит через опасный рубеж, когда яркие чувства пробуждают в нем магию, и только Судьба ведает, что творится в этот момент в душе зверя. Потому как всех представителей чешуйчатой расы нельзя в полной мере назвать оборотнями. Для них зов луны или зверя не столь ярок и опасен.

Даже больше, у драконов нет той двойственности, что присуща оборотням. Они не разделяют себя в обличье летающего ящера и человека. Их сознание и мысли едины, но только после полной инициации. Только после того, как проснулась и стабилизировалась древняя, первобытная магия.

Но самый тяжелый момент наступает, когда магия просыпается под действием чар любви. Тогда никто не в силах предсказать, как все обернётся, кем ты станешь и что потеряешь. Те, кто с честью прошел и принял все подарки богини, ибо эти потери именуются "дарами Судьбы" (очередная ее усмешка), могут гордо называть себя истинными драконами.

Камиль прошел свой путь и принял все "дары". Итогом стала потеря всех земель, титулов и самая болезненная утрата - право рода. Он не вправе решать свою судьбу, не может заключать брак, не имеет полномочий командовать - о чем свидетельствует его короткие волосы. Некоторые драконы считают это сродни рабству, но это вовсе не так.

Для всех родичей ты навсегда равен ребенку. Дети не вправе решать за себя, не могут владеть и распоряжаться, но родители бывают разные. И Камилю, и Валиру несказанно повезло, что Эрик взял их в свое крыло. Они никогда не чувствовали своей ущербности. Даже больше, командир часто прислушивался к советам, и вот сейчас Камиль видел, что Эмилю нужно выговориться и дать необходимый толчок в правильное русло, пока он не успел свернуть на путь, ведущий к пропасти.

– Поговорим, - указав на удобную скамью, что находилась в тени полусухого нестриженого кустарника, ответил дракон.

И тут рвануло. Камиль был прав, Эмилю нужно было выговориться. Через несколько минут, когда первый накал схлынул, младший вполне серьезно заявил:

– Знаешь, я думаю уступить девушку Эрику.

Он специально не называл ее по имени или женой, чтобы дистанцироваться. Но было видно, что ему приходится нелегко. Камиль вопросительно заломил бровь, ожидая пояснения.

– Я ведь виноват перед братом, это я стал причиной...
– и он запнулся, не зная, как выразить всю боль и отчаяние, что до сих пор грызли его душу.

Если это то, о чем Камиль подумал, то это не шуточное заявление, и вовсе не глупые мальчишеские бредни, а преступление. Преступление, которое каралось жестоко.

Дракон, что совершал такое, лишался крыльев навсегда! Он насторожился и боялся взглянуть Эмилю в глаза, чтобы не увидеть в них страшный ответ. Неужели еще одному Черному дракону суждено влачить жалкое существование?

Неужели еще один дракон обрек себя на отказ от потомства? Не хотелось возвращаться мыслями к тому, чье имя очернено преступлением против рода, к тому, кто своим поступком лишил себя крыльев и опозорил Черных драконов.