Чтение онлайн

Секундой позже она уже вышла из комнаты и скользнула по коридору. Через две комнаты она услышала шорох и тихий шепот — других девочек тоже разбудил этот звук. Она подождала, не выйдет ли еще кто-нибудь в коридор, затем, убедившись, что все двери остались, закрытыми, направилась дальше. Разбуженные воспитанницы монастыря либо не придали звукам никакого значения, либо не решались нарушать правила директрисы, которая строжайше запретила покидать комнаты ночью. А если уж ночью особенно приспичит, то под кроватью стоял ночной горшок, как в глубоком средневековье.

Лошадь еще раз заржала, и Аура невольно вздрогнула. Подскочив к ближайшему окну, она не поверила своим глазам, — телега с лошадью исчезли. Она разочарованно оглядывала взглядом мрачное окружение, но ничего не заметила. Кучер и телега исчезли бесследно.

Однако любопытство девушки было слишком велико, чтобы вернуться назад, и она скользнула вниз по широким ступеням главной лестницы. В конце её находился вестибюль, из которого можно было попасть в рабочие помещения директрисы, расположенные под внутренним двором.

Аура быстро пересекла коридор и оказалась возле двери в вестибюль, возле которого внимательно прислушалась, но сквозь толстое дерево ничего не было слышно. Осторожно нажав на ручку двери, она выглянула внутрь через узкую щель. Сквозь окна не проникал свет. Вестибюль был пуст, но из подземелья мадам де Дион доносился приглушенный звук: где-то вдалеке разговаривали.

После долгих колебаний она взяла себя в руки и проскользнула в вестибюль сквозь дверную щель. Пересекая его, она плотнее завернулась в накидку, чтобы скрыть белое платье. Кроме того, в этих коридорах не было отопления, и Ауру сотрясал жуткий озноб, а от волнения по спине то и дело пробегала дрожь.

Она беззвучно достигла верхней ступени лестницы. Ступени были добрых десяти метров в ширину, и крошечные ночники по обеим сторонам лестницы лишь едва освещали её края, а находящаяся посредине треть лестницы, была погружена в глубокую бездонную тьму.

Аура осторожно спускалась вниз по ступенькам. Ученицам было запрещено самовольно заходить в кабинет директрисы, но это пугало ее меньше, чем мысль о необходимости спускаться вглубь подземелья монастыря святого Иакова. Она с трудом преодолевала страх, шаги её были нерешительными и неуверенными.

«Не переживай! — подбадривала она себя. — Тебя никто не заметит».

Но кому все же принадлежали тихие голоса, которые доносились до неё из подвала?

Один из них показался ей знакомым — это была директриса. Другой голос был более грубым и хриплым. Неужели мадам де Дион встречается сегодня ночью с мужчиной, а может даже, со своим возлюбленным, в этих комнатах? Это было возможным объяснением, но показавшимся Ауре чересчур абсурдным: если в мире и была женщина, не проявлявшая ни малейшего интереса к мужчинам, то это, судя по всему, была мадам де Дион. Все-таки не зря девочки называли её монсеньером.

Напуганная собственными фантазиями, она ступала дальше. У основания лестницы находилась узкая ниша, в углублении которой была дверь. Она была полуоткрыта. Сразу за ней шел короткий коридор, от которого ответвлялись два других прохода. В конце его находилась еще одна дверь, тоже полуоткрытая.

За ней, скрестив руки на плоской груди, стояла директриса. Она стояла спиной к двери и оживленно с кем-то шепталась, с кем именно — Аура не видела.

На мгновение девушка застыла, затем стала быстро отступать назад, краем глаза заметив, как сутулая фигура прошла мимо мадам де Дион. Незнакомец нес на плечах какой-то сверток.

Что-то разгружалось здесь, что-то, что находилось в подвале под внутренним двором. Аура догадалась, что незнакомец отогнал телегу к заднему входу, чтобы пресечь возможное любопытство.

Как можно тише она поднялась вверх по лестнице в вестибюль и попыталась выскользнуть наружу через входную дверь. Заперто. Повернувшись к одному из похожих на амбразуру окон, Аура отодвинула щеколду и открыла его. Окна не были зарешечены — какие могут быть преступники в такой глуши? А ночных побегов с тех пор, как две девушки заблудились в лесу, больше не происходило.

Тихо ойкнув, девушка выпрыгнула из окна и приземлилась возле одного из высоких столбов у входа. Снова натянув накидку на плечи и набросив на голову широкий капюшон, побежала вокруг восьмиугольного здания и его строений, стараясь все время держаться подальше от окон. Нигде не горел свет, снаружи все здание казалось вымершим. Полоски елей и живой изгороди в парке затаились во тьме как дремлющие великаны, напоминая черные бесформенные пятна на освещенной лунным светом поляне.

В сырой траве Аура узнала следы от колес повозки. Отпечатки были отчетливо видны и тянулись вдоль просеки. За последним строением, сараем с садовыми инструментами старого Марека, она остановилась, вжавшись в стену, и робко выглянула за угол.

Как она и предполагала, повозка стояла с обратной стороны интерната метрах в двадцати от неё. Некто в такой же накидке как у неё, только еще более старомодной и порванной по бокам, сбросил бельевой мешок поверх телеги, затем подтащил к себе тюк и вновь направился назад. Лица его не было видно: незнакомец тоже поднял капюшон вверх. Через мгновение он уже исчез внутри монастыря.

Аура знала, что в интернате не стирали белье, постели и скатерти, поэтому телега, груженная грязным бельем, не была таким уж из ряда вон выходящим событием. А учитывая огромное расстояние между монастырем и городом, не было ничего удивительного в том, что телега приехала в интернат только ночью.

Вопреки голосу разума, Аура выскочила из-за сарая и стрелой бросилась через открытую площадку к телеге. Это был её шанс, первый за четыре месяца, и этот шанс нужно не упустить. Вспомнив про Козиму, она на мгновение почувствовала угрызения совести, и не только из-за накидки, а, прежде всего, потому, что оставила её одну. Но она успокоила себя тем, что ни у кого кроме неё не было более настоятельной необходимости вернуться домой.

Девушка перелезла через борт телеги и отодвинула в сторону один из бельевых мешков. В темноте накидка была примерно того же цвета, что и мешки. Забившись как можно глубже между мягкими тюками, она свернулась в позе зародыша, и натянула на себя сверху два мешка. Она надеялась, что во тьме никто не заметит разницы.

Сзади донесся приглушенный шепот, затем дверь закрылась. Шаги, шаркая, приблизились к телеге. Аура закрыла себе весь обзор мешками, оставалось только прислушиваться. Страх холодной рукой сжимал ей горло, при каждом вдохе ей казалось, что грудь вот-вот разорвется, она не решалась дышать, и даже думать ей становилось все труднее. Единственное, что она ощущала, — ужас, ужас, постепенно переходящий в панику.

Телега накренилась, когда неизвестный уселся на неё и хлестнул лошадь вожжами по спине. Послышалось тихое ржание, и повозка тронулась в путь. Аура все еще не могла поверить в случившееся: неужели ей удалось сбежать, неужели ей удалось покинуть интернат и его ужасную директрису?!