Дочь фараона
Шрифт:
Жрец склонил голову, ниже чем обычно. В ответ фараон молчал, но внутри него бушевал еле сдерживаемый гнев.
— Где твой сын, — угроза в голосе фараона нашла выход.
— Мой господин, он умер по дороге в храм. И мы не смогли найти, без него…
Обречённо произнес жрец, и затаил дыхание.
На это фараон громко выдохнул и чуть помолчав заговорил.
— Эх, я так и знал, что сегодня будет печальный день. Ещё и этот под ногами…
Фараон помолчал, а затем задумчиво проговорил.
— Мы продолжим поиск, Удиму. Сына твоего жаль, смышленый был мальчишка. Женись на Таусерет[2], она моя дальняя родственница, сестра мужа моей почившей уж давно сестры, и мы породнимся и будут у тебя ещё сыновья.
— Да — да, породнимся, — согласно закивал жрец.
— Вот и решили, завтра же призову родственников Таусерет, — решительно проговорил фараон.
Каа встал с трона и повернув голову посмотрел на одного из стражников.
— Охан, что ты сделал с тем неповоротливым? Его следует наказать! — грозно произнес фараон.
— Великий, он уже наказан, я бросил его в клетку к большим кошкам, он стал их священным мясом.
— Это правильно Охан, никто не смеет вставать на моем пути.
Жрец внимательно смотрел то на стражника, то на фараона, но молчал побаиваясь разгневать Каа.
— Хочу видеть приняли ли дар кошки, пойдем Удиму, посмотрим, — это уже Каа обратился к жрецу.
Фараон, окружённый охраной, после этих слов направился к одной из дверей, жрец последовал за ними.
По небольшому коридору они прошли на каменную площадку, она была расположена на верхней террасе дворца. И с неё была хорошо видна клетка с большими кошками. Удиму помнил, как они появились во дворце фараона. Когда-то давно три маленькие кошки, прибыли вместе с любимой женой фараона, в качестве подарка для него. Они выросли и превратились в громадных кошек. Недавно одна из них принесла долгожданное потомство.
Удиму присмотрелся и увидел одну из больших кошек, и чуть в стороне котенка. А ещё он увидел ребенка, стоявшего рядом с котенком. Жрец решил. что это тот слуга, которого хочет наказать за дерзость, фараон.
Было странным, что он ещё жив.
— Жив ещё, — недовольно произнес стоявший чуть впереди Каа.
— Они не тронули его, — удивленно произнес один из охранников, рядом с фараоном.
Верховный жрец вновь присмотрелся, удивительный цвет волос был у мальчишке. Где-то он уже видел это…
— Это она!! Она!!! — закричал Удиму и бросился к решетке.
Каа смотрел на жреца так, будто жалеет его. Будто он увидел, что отец лишился разума из-за смерти сына.
— Удиму, успокойся. Я не виню тебя.
В глазах жреца мелькнуло удивление, но он постарался его скрыть и произнес:
— Посмотри повелитель, это девчонка. Это она, я видел её однажды рядом с сыном. Давно в том храме…
— Что? — голос фараона дрогнул.
После этих слов все находящиеся рядом, посмотрели на маленького слугу в клетке, и двух снежных барсов, сидящих у его ног.
[1] Жезл «Уас» — являлся одним из самых главных символов «божественности» фараона, т. к. его изображали в руках почти всех богов древнего Египта. Слово «уас» — обозначало силу и власть. Сам жезл был длинным. Верхняя часть посоха соответствовала богам Сету и Анубису. Нижняя имела вид вилки — с раздвоенным концом. Также этот жезл имел и другие значения и отождествления. Самый старый из найденных жезлов относится к временам правления V династии.
[2] Известное имя в Древнем Египте, например одна из Таусерт (Таусерт Сатра Меренмут) — царица Древнего Египта и последний фараон XIX династии, «великая супруга фараона» Сети II. Происходила из потомства Рамсеса II. Её матерью была царица Тахат I, братом — Аменмес. Таусерт была второй супругой Сети II. Сведений об их общих детях нет, но в её гробнице обнаружено захоронение дочери.
Глава 12
Египет 2900 год до н.э. Тинис, дворец фараона.
Все стоявшие на верней площадке террасы посмотрели на маленького и худого слугу, с маленькой косичкой светлых волос[1], стоявшего в клетке с дикими кошками. В тишине возникшей и повисшей над этими людьми, вдруг раздался грозный рык большой кошки, и только после этого люди будто очнулись и зашевелились.
— Спасите её и станете главой охраны, я не поскуплюсь — повернув голову произнес Каа, глядя на своих охранников.
Те не пошевелились, не сдвинулись с мест.
Фараон сам шагнул к ступеням вниз, намереваясь направиться к клетке.
— Великий! — склонил голову один из стражей, тот самый что бросил, как думали слугу, в клетку к зверям.
— Позволь загладить вину, перед тобой…
— Спаси её Охан, и ты будешь щедро вознагражден, — фараон.
Стражник Охан развернувшись побежал по ступенькам и через миг был уже возле клетки. Его движение заметили дикие кошки. Та что была старше бросилась к решетке перед ним, громко зарычала и бросилась на стоявшего у клетки человека.
Когда появились люди, я сидела у корыта с водой, из которого только что обмыла свои пораненные коленки. Приподняв голову я внимательно их осмотрела, они были странными, так мне показалось. Издали я всмотревшись, приняла одного из них за того, кто тащил меня по коридору и выбросил потом в клетку с кошками.
Я боязливо поёжилась, и привстав немного приблизилась к кошкам. Та из них, что была крупнее и старше, посмотрев на меня, издала громкий рык. И будто ей в ответь, вскоре один из тех на возвышенности, что-то громко закричал.
В ответ люди рядом с ним стали переговариваться, и почти сразу после этого, один из них, тот что бросил меня в клетку, по ступеням сбежал вниз и направился к клетке. Сердце в груди у меня, сжалось и я будто остолбенела, лишь смотрела, как кошка бросилась на него.
Что мне делать я не знала, почти не дыша наблюдала за происходящим. И тут вдруг мужчина у клетки заговорил.
— Беги на другой край, — он показал рукой и я глазами посмотрела, туда, куда он показывает.
— Там спасение, а я пока отвлеку их, — продолжил он, к моему удивлению, я поняла о чём он говорит.
Он замахал руками и кошка ещё сильнее стала рычать и бросаться на прутья клетки.
Я стояла, не понимая ничего, не веря ему. Какое там спасение? Что они ещё задумали?
Стояла и думала, что добром это не закончится.
Он продолжал показывать мне куда бежать, только я не понимала зачем.
И тут, он вдруг направился к двери в клетку, взялся за задвижку, намереваясь её открыть. В руках у него было большое копье и щит, им он закрывался от большой кошки, которая на него бросалась.