Чтение онлайн

Маг помолчал, разглядывая собеседницу. Хрийз не сомневалась, что видит он не только призрачную оболочку, но и что-то ещё, недоступное другим, недоступное даже ей самой.

— Вы помните, что со своей душой сделали?

— Н-нет… — вопрос застал врасплох, Хрийз растерялась.

Во-первых, что получается, раз нет чёткого ответа «да» либо «нет», то с душой какой-то непорядок? Во-вторых, что такого с ней, с этой душой, можно было сотворить? И тут же пронзила навылет догадка: Алая Цитадель!

Опора поганого Рахсима, его жизненный якорь, его творение. Но она ведь… была… уничтожена?

Хрийз не заметила, как задала вопрос вслух.

— Не могу сказать, — качнул головой маг, — меня там… эээ… не было. Но вот эта картина Репина, — кивок на заляпанную остатками Рахсима стену, — не передаёт точного образа. К сожалению.

— Так он жив? Он сбежал?!

— Возможно…

— Куда?!

Мужчина коротко пожал плечами:

— Туда, где был у него ещё какой-нибудь якорь. Неумершие моего мира не доложили о проводах души такого масштаба.

Моего мира. Даже так. Самонадеянность или реальность? Призрачная голова вспухла совершенно не призрачной болью: Хрийз слишком много не знала, чтобы понять, как ей вести себя с этим могущественным человеком.

Бывает, мнишь себя чем-то значимым. Способной стихийницей, например. Дочерью правителя большого княжества. Смело прёшь напролом вслед за любимой левой пяткой, которая велит поступать вопреки логике, здравому смыслу, безопасности и чему ещё там, чего не знаешь, но рвёшься нарушать с лёгкостью прущего под гору паровоза. А потом внезапно налетаешь на истинную силу. Чужую силу. Которая не собирается потакать тебе ни в чём. И ни в чём опять же не даст поблажек. Потому что ты для этой силы — всего лишь призрак, хоть и знатного происхождения. Да, дочь Стража Грани, какая жалость, но — Стражей много, а мир, который взялся хранить, — один.

И если князь Бранислав не мог отмахнуться от родства, если правитель Островов внезапно треснул чувствами к юной девочке, напомнившей ему ту, которую он любил когда-то давно, в далёкой юности, если остальные посматривали со снисхождением — мол, младшая дочка Сирень-Каменногорского, какая прелесть, молодая да ранняя. То тут ничего подобного не светило даже в отражении.

Что тому, кого называли Темнейшим даже его враги — не забывая об уважении! — какая-то там призрачная девчонка?!

Захочет — раздавит. И совесть его не съест, и свыше никто не накажет.

И никто не спасёт.

Даже мама.

— Я прошу Вас, — начала было мама, голос сбился, она длинно, со всхлипом, вздохнула, опустилась на одно колено и трудно продолжила: — Прошу Вас… о снисхождении…

— Но вы ведь понимаете сами, Аглая Митрофановна, — последовал грустный ответ. — Вы понимаете всё.

— Я не понимаю! — воскликнула Хрийз. — Объясните! — подумала и попросила: — Пожалуйста…

— Без подпитки извне, на собственном запасе, долго вы не продержитесь, Хрийзтема Браниславна. Вам должно вернуться обратно.

— Но Третий Мир закрыл границы… — растерянно выговорила Хрийз, вспоминая слова имперского эмиссара Славутича.

Крайняя мера, акт отчаяния, но иначе портал в ад ака Империю Третерумка мог открыться в любой момент… Как следствие: Третий мир оказался в изоляции. Переходы затруднены даже для высших магов. А призраку… без силы, без знаний, без опыта… каково будет?

— У вас есть Проводник, Хрийзтема Браниславна — невозмутимо сказал Темнейший.

Какой еще проводник, хотела спросить Хрийз, но проследила за взглядом мага и увидела Яшку. Яшка переминался с лапы на лапу, разевал свой клюв, яростно жёг оранжевым глазом всё вокруг на предмет угрозы любимой хозяйке, но бросаться больше было не на кого, а в Темнейшем он чуял силу, но не угрозу.

Хрийз смотрела и видела, чётко, хорошо и точно видела тусклую серость неумершего, давящую самим фактом своего существования здесь и сейчас. Видит небо, девушка достаточно общалась с вампирами, чтобы сейчас ошибаться! Один Кот Твердич со своей маскировкой чего стоил.

— Боже! — не смогла она сдержаться, — Яшка! Яшенька! Кто тебя — так?! За что?!

— Метаморфоз невозможен без согласия младшего, — тихо сказал высший маг. — Он пошёл на перерождение добровольно…

— Добровольно? — закричала Хрийз. — Добровольно?!

— Ради вас, насколько я понимаю. Поразительнейшая верность, редкая среди фамильяров. Как-то о подобных случаях я даже не слышал… Он отведёт вас домой.

Хрийз хотела обнять верного Яшку, и не смогла, рука прошла насквозь. А казалось бы, неумерший, пусть даже всего лишь птица — средоточие магии, к магическим существам и пропитанным магией предметам Хрийз прикасалась — как раньше, будучи в теле, легко!

— Я снял привязку к душе Карины Емельяновны, — сообщил Темнейший. — Теперь вы не в состоянии черпать из её источников, как раньше. Собственные же силы скоро покинут вас.

— Что же мне делать… — беспомощно выговорила Хрийз. — Мама!

Мама поджала губы, но промолчала.

— Возвращаться обратно, — последовал безжалостный ответ.

— Но моё тело там — оно ведь погибло…

— Вы не помните? — Хрийз замотала головой. — Вспомните. Вспомните хорошо, что произошло. Что именно произошло внутри этого артефакта, Опоры Третерумка, с вами. Может быть, еще не поздно исправить случившееся… Время в закрытых мирах течёт медленнее, скорее всего, там прошли секунды, может быть, минуты. Возвращайтесь. Дайте вашим соратникам спасти вас. Без души тело угаснет быстро.

— Я… я… я…

— Боитесь? — понимающе сказал маг.

Хрийз кивнула, отчаянно пытаясь не разреветься. Слёзы в магическом пространстве — потеря сил, это она помнила.

— Не плачь, добрый ангел, — тихо сказала Каринка, поднимая лицо. — Я с тобой.

От неё словно протянулся тихий, тёплый ветер, погладил ласково по щеке, схлынул, оставив прилив пьянящей бодрости, с которой горы по колено, море по щиколотку. «Я справлюсь, я не могу не справиться».

— А можно, она останется со мной? — продолжала Карина. — Я — сильная. Мне — не жалко делиться. Пожалуйста!

— Нет, — сурово сказал Темнейший. — Не такая вы сильная, хотя я верю в то, что вам… эээ… не жалко.

— Пожалуйста!

— Нет.

Короткое, простое «нет». И точка. Последняя, весомая. Время завертелось вокруг и прыгнуло вперёд: в кабинет заглянули какие-то крепкие люди в чёрном, стали осматривать помещение, один из них почтительно заговорил с магом… ему жестом велели пока помолчать…