Дочь ледяного юга
Шрифт:
Морячок вынул из нагрудного кармана свёрнутый листок.
– Посмотри.
Вирия взглянула и обомлела. Её Танри! Танира! Такая, какой она попала в дом Синардов! И даже шапка та же!
Рисунок был выполнен карандашом, но очень искусно. Не узнать девочку было невозможно. Вирия только на миг представила, как моряк увозит её Таниру, как она теряет свою приёмную дочь навсегда… У пожилой женщины закружилась голова.
– Вам, наверно, всё-таки плохо, – засуетился морячок, ибо Вирия покачнулась. – Давайте я вам платок в фонтане намочу!
– Нет, не надо. Я лучше пойду в тень, – пробормотала женщина, возвращая моряку листок. – А девочку… Нет, не встречала.
– Тогда счастливо оставаться, – парень встал. – Пожелай мне счастливого пути!
– Счастливого пути, – словно эхо отозвалась Вирия.
Как в бреду, почти ничего не видя перед собой, она поднялась по ступенькам, дошла до кофейни. И замерла на пороге, через стекло витрины разглядывая весело щебечущую приёмную дочь.
«Бог мне просит. Я не могу потерять её окончательно!» – прошептала она и куда более твёрдым шагом направилась к столику.
… Танри сама не понимала, как её приняли в Воздушную Академию на отделение дальней авиации. Арвисо забрасывал её вопросами. Сирино, и тот удивлялся.
– Девушка в дальних полётах? Насколько я знаю, до тебя их было четверо. Виржиния Лео – самая известная. Обычно девчонок если и берут самостоятельно летать, то только на короткие внутриконтинентальные рейсы, на наших, людских моделях. Тебе же предстоит изучать технику гатуров.
Вирия обиженно молчала, поджимая в ниточку губы, отчего Танри было не по себе. Уж лучше бы ругала! Но отказываться от такого подарка судьбы, пусть и ради матери, девушка не собиралась.
Осознав в полной мере, что она действительно зачислена в Академию, да ещё на самое удивительное отделение, она летала без самолёта. Сердце сладко замирало в предчувствии нечто чудесного, волнующего. Ещё бы, большинство дальних лётчиков так и продолжали летать от континента к континенту. Но самые талантливые со временем становились навигаторами и водили небесные корабли среди звёзд. О чём ещё мечтать?
– Будете два месяца учиться, неделю отдыхать. Я стану приезжать за вами, – заверил молодежь дядюшка. Вот только как дождаться эти первые два месяца учёбы?
Она собрала вещи за три дня до отъезда. И теперь оставалось совсем чуть-чуть подождать, чтобы оказаться в Лиссаране.
Ещё раз обойдя комнату, девочка сняла со стены свои рисунки: портреты новой семьи, картины с ледоколом и моряком Бартеро. Странно, ей больше ничего не вспоминалось. Но отчего-то она твёрдо знала – в её прошлом было не слишком много радости.
Собрав все листки, девушка положила их и «Дикое сердце ветра», книгу стихов Фредерика Надара, поэта-командора, как говорилось в предисловии. Командора? Ну и пусть ими бывают только гатуры! Зато стихи словно написаны про неё, Танри. Девушка открыла закладку с одним из своих любимых:
Тебе, моя нежность, отдал бы полмира,
Ведь есть у тебя половина другая.
Ты только поверь – есть одна неизбежность:
Мы встретимся вскоре. Я верю. Я знаю.
Знать бы, кому он их посвятил? И вообще хорошо бы познакомиться с этим гатуром…
Я глаз этих грустных запомнил сиянье.
Его прозревал я сквозь сны одиночеств.
Тебе ожерелья, тебе одеянья
Из вьюг я сплетал все полярные ночи.
А пишет, словно полярный лётчик! Где ты летал, прежде чем тебе доверили звёздные путешествия?
Я ждал, ты вернёшься. Искал, но напрасно.
И плакали скрипки, как чайки над бездной.
Но кто-то сказал непреклонно и властно,
Что ты только сон. И искать бесполезно.
«А если меня кто-то ищет? – подумала Танри. – Нет, если бы искали, давно бы нашли!»
Она захлопнула книгу. Её кто-то подарил дядюшке Джеральдо, и та валялась в магазине среди отчётности, счетов и бланков заказов, пока её не обнаружила Танри. Стоило прочесть пару стихотворений, и перед глазами сразу вставала линия горизонта, изрезанная оледенелыми горами и собачья упряжка, несущаяся по волнистой снеговой равнине…
Кто-то отвлёк Танри. Она обернулась. Маленький дух-хранитель залез в её приоткрытый чемодан и юркнул в ворох платьев.
– Что это ты? – она поймала его за лапку и вытащила на стол.
«Не езди! Тебе грозит опасность!» – ответило пушистое существо.
– Какая? – удивилась Танри.
«От него»
– От кого «него»? – ещё больше запуталась девочка.
«Того, чей портрет висел на стене».
– Почему ты так решил?
«Портрет изменился. Раньше от него веяло спокойствием, потом тоской, а теперь безысходностью».
– А причём тут я?
«Ты уезжаешь. Мы боимся».
– Чего?
«Что он сделает тебе больно».
– Но ведь я даже не знаю его!
«Вы встретитесь. Не знаем, как скоро».
– Но ведь это здорово!
«У него неприятности. Он ищет тебя. Ты его спасение. Он слабее тебя».
– Так, маленький, – Танри погладила светящееся тельце духа-хранителя. – Не запутывай меня. Я уезжаю. И вам меня не переубедить.
«Будь осторожна!» – ответил ей дух, и его свечение поблекло. Пальцы девушки встретили пустоту. Дух исчез.
– Нет, я просто в восторге! – вздохнула она. – Вначале все считают, будто я очаровала ректора. Потом мама дуется без причины. А теперь ещё и это!
Но разве можно отказаться от ТАКОЙ МЕЧТЫ? Даже если все против? О, так острее и волнительней смотреть на мир. Тем более, что тебе пятнадцать лет по документам. И впереди вся жизнь. И небо! И её Бартеро. Её? С чего она так решила?
В дверь постучали.
– Не заперто, – сказала Танри, забравшись с ногами в кресло.
В комнату осторожно вошел Арвисо. Он сел рядом на стул и молча уставился на свои руки.
– Ты всё дуешься? – спросила девушка.
– Уже нет. Я долго думал и понял – дирижабли – тоже хорошо. И Сирино убедил меня. Буду возить людей и грузы. Это же всё равно дальние полёты. Буду летать на Спиру, на Герию… Дирижабельщик – действительно уважаемая профессия. Буду полагаться на волю ветров и надёжность техники…
– Я рада, что ты доволен, – обрадовалась Танри. – Я переживала за тебя, Арви.
– Правда? – Арвисо помолчал, но набрался храбрости и задал давно волновавший его вопрос: