Дочь лучшего друга
Шрифт:
— Не придумывай. Это не так.
— К чему тогда все эти слова о том, что ты меня отпустишь?
— Чтобы ты не терзала себя, когда однажды проснешься утром и поймешь, что слишком долго стоишь на месте. И отношения со мной стали для тебя тесными.
— Этого не будет.
Я молчал. Не хотелось разочаровывать ее. Рита зло поднялась на ноги и вернулась к раскрытому чемодану. Ее движения были порывистыми и дерганными. Она больше не заботилась о сохранности вещей. Моя девочка торопилась уйти. Я наблюдал, как она металась по комнате, собирая косметику, духи, украшения.
— Я готова, — Рита дернула на себя чемодан, опуская его на пол. Злится. На меня не смотрит.
Я набрал Пашу и велел ему забрать чемодан. Ждали молча. Моя девочка собралась спуститься следом за водителем.
— Задержись.
Остановилась на пороге. Спина напряжена. Ладони сжаты. Не хочу, чтобы мы расстались вот так.
Мои пальцы сплелись с ее. Рита вздрогнула.
— Обними меня, — попросил негромко.
Она растерянно повернулась ко мне.
— Прошу тебя, обними меня.
Ее руки неловко обернулись вокруг моей талии. Не прижалась. Я это исправил.
— Малыш, теперь ты понимаешь мои чувства? Я каждую секунду со страхом жду от тебя звонка или сообщения, что ты уходишь.
— Я не уйду, — всхлипнула, вжимаясь в меня.
— Девочка моя, посмотри меня.
Ее лицо мокрое от слез.
— Я благодарен тебе за каждый миг, что ты позволила провести рядом с тобой. Я не заслужил этого.
— Игорь…
— Тихо, малыш. Я хочу, чтобы ты знала. Я не прощаюсь с тобой. И первый никогда этого не сделаю. Между нами двадцать лет. На это не закроешь глаза. От этого не отмахнешься, как бы нам этого ни хотелось. Если ты хочешь быть со мной, я только рад. Нет, я счастлив. Ты принесла в мою жизнь свет и раскрасила ее яркими красками. Ты — подарок судьбы для меня. Самый лучший подарок.
Рита спрятала лицо у меня на груди. Ее плечи мелко вздрагивали. Моя девочка плакала.
— Я люблю тебя, — ее голос заглушила рубашка.
Это был выстрел в упор. Я с трудом устоял на ногах.
— Не говори так, малыш, не надо.
Она замотала головой.
— Я люблю тебя. И ты тоже не сможешь от этого отмахнуться.
— Я не имею права на твою любовь, — я заставил ее посмотреть на меня.
— Имеешь, — прошептала Рита. — Ты имеешь право на меня всю.
Ее губы были влажными и солеными от слез. Мое сердце разрывалось от боли и счастья одновременно, пока я целовал их.
— Спасибо тебе, малыш.
— Не прогоняй меня, — отчаянная мольба шепотом.
— Не буду.
— Обещаешь?
— Да.
Моя девочка потянулась ко мне губами, прижимаясь всем телом. Я хотел ее. Снова. Это невозможно! Так не бывает!
— Займись со мной сексом, — она озвучила мое собственное желание.
— Самолет, малыш.
— Займись со мной сексом. Сейчас.
— Рита…
Вместо ответа она отступила на шаг назад и одним движением стянула с себя платье, оставшись лишь в черных стрингах, кружево которых кокетливо прикрывало ее киску.
— Малыш, что ты делаешь? — мой голос показался мне чужим.
Она снова не ответила, обнажаясь до конца. Не помню, как мы оказались в постели. Пуговицы на рубашке разлетелись по всей комнате. Рита была нетерпеливой. Ее горячие ладони скользили по моей груди. Я перестал дышать. Моя девочка сводила меня с ума одним только взглядом.
Два пальца вошли в нее легко. Она довольно улыбнулась, чуть выгибаясь. На ее шее и груди останутся засосы. Пусть! Я не мог себя контролировать.
— Малыш, повернись, — тяжелое дыхание мешало говорить. Пока я снимал брюки и трусы, моя девочка стояла передо мной на коленях, позволяя любоваться своей попкой и блестящей от влаги киской.
Моя ладонь скользнула вдоль ее спины и собрала волосы в кулак. Рита откинула назад голову, раскрываясь сильнее. Я наполнял ее собой медленно, наслаждаясь протяжным стоном. Она плотно обхватила мой член. Держись, малыш, мы взлетаем!
Крики моей девочки, наверное, слышали даже в Австрии. Это заводило так, что я потерял контроль, врываясь в нее снова и снова. Она шептала что-то бессвязное. Ее рука нащупала мою и вцепилась в нее ногтями. Да, малыш, покажи, как тебе нравится, когда я тебя трахаю.
Я сильнее потянула Риту за волосы, заставив максимально выгнуться. Свободная рука упиралась в ее бедро. Нет, мне мало этого.
Я вышел из моей девочки.
— Малыш, я хочу тебя сверху. Иди сюда.
Я потянул ее к себе, заставляя развернуться. Сам устроился на краю постели и усадил Риту себе на колени. Она медленно опустилась на член до конца, подставляя мне напрягшиеся соски. Они были твердыми. Я потянул за один губами, заставляя мою девочку зашипеть сквозь зубы. Ее бедра двигались все быстрее. Я помогал ей, вжимаясь пальцами в ягодицы. Один скользнул между ними, входя в анус Риты. Она вскрикнула, распахивая губы. Да, детка, это то, что надо. Мой язык ворвался между ними. Зубами я потянул ее за нижнюю губу. Рита завыла, сжимая анус. Палец оставался внутри.
Ее ладони обхватили мое лицо. Она хотела смотреть на меня, кончая. Я был не против. Мы сделали это вместе. Голова моей девочки запрокинулась назад, и из ее груди вырвался пронзительный крик. Сперма билась внутри нее, растекаясь по бедрам. Я прижался губами к ее шее. Моя девочка затихала, расслабляясь. Палец осторожно выскользнул наружу. Ее поцелуй стал для меня наивысшей наградой.
— Только попробуй меня прогнать, — прошептала она, все еще приходя в себя после полученного оргазма.
Вместо ответа я вернул ей поцелуй.
Самолет поднялся в воздух, унося от меня мою девочку. Но она продолжала оставаться внутри меня. Под кожей. Так глубоко, что никому и никогда не удастся достать ее оттуда.
— В офис, — велел я Паше, когда в небе не осталось даже точки.
Телефон в кармане пиджака принял новое сообщение. Номер был незнаком. Я открыл его. Фото загрузилось не сразу. Текста не было. Но и без него мне стало все понятно. Я подставил мою девочку. Счастье не бывает бесплатным. Но за ее я готов был платить.
ГЛАВА 11
Рита
Сумасшедшая ночь. Сумасшедшее утро. Сумасшедший день. Рядом с Игорем я никогда не знала, что произойдет в следующий момент. Он то поднимал меня в небеса, то снова сбрасывал вниз. Но каждый раз ловил. И мне все равно было мало его. Я пила и никак не могла им напиться. Как он может думать, что однажды мне захочется уйти? Этого не будет никогда.
Лера по-прежнему не давала о себе знать. Неужели, нашей дружбе пришел конец? Я не хотела в это верить.