Чтение онлайн

— Нравлюсь? — выдохнула смело.

— Нравишься, — согласился он. — Да только чужая жена.

— Да ты, кажется, привык чужое брать, — она усмехнулась, слегка прищурив глаза.

И все-то уже знает. Но, кажется, судить не торопится. А уж обвинять — и подавно.

— Чужое чужому рознь. Одно возьмешь — и ничего тебе за то не будет. А за другое и голову снять могут.

Она ничего отвечать не стала. Шагнула навстречу и обхватила его запястья озябшими, еще не согревшимися пальцами. Приподняла — и Рарог объял ладонями ее талию. Поднялся вверх по животу, чуть надавил на манящие бусины под цатрой большими пальцами. Погладил медленно по кругу — и Сения глаза прикрыла, сжимая его руки сильнее. Горячее становилась ее кожа, жар растекался по лицу бледному, окрашивая щеки лихорадочным румянцем. Голову кружило еще, и лихое чувство закипало по всему телу — безнаказанности.

Раньше он упивался им часто, как только начинал лихую жизнь находника в ватаге Тихобоя. Злой, обиженный пренебрежением княжьих людей и решением отца прогнать его из рода. Тогда все казалось по плечу. Возьми, что хочешь — река, да лес густой по берегам укроют надежно. А от такого не сбежишь. Женщина и похожа порой на ларь с добром — только не знаешь, что в нем сокрыто. То ли золото, то ли куча тряпок бесполезных. Но ее не отбросишь, как вещь. Особенно такую. Тонкую, но сильную, словно вырезанную из кости. Жену князя. Хоть и младшую.

Сения развязала его пояс, бросила на поневу, провела ладонями вдоль рук Рарога от от запястий до локтей, задирая рукава рубахи. Мягко очертила рисунки на коже. И прикосновения ее были такими приятными, ласковыми даже, как будто знала она его не день, а очень давно.

— А что это за знаки? — спросила.

— Обережные, — соврал он. — От водяного.

И чтоб отвлечь меньшицу, притянул ее к себе и поцеловал в прохладные губы. Она запрокинула голову доверчиво, позволяя провести ладонью вдоль изгиба ее тонкой шеи. Рарог спустил с одного плеча рубаху, очертил кончиками пальцев гладкую округлость. Зачем это ему? Ведь он понял сразу, как вошел, что это не Гроза. Да и раньше должен был понять, что дочка воеводы не станет увлекать его за собой. Слишком колючая, слишком надменная — как будто нарочно.

Как он вообще тут оказался? Теперь путь до горницы вспоминался и вовсе плохо.

Но хмель все бил в голову, заставляя тело раскаляться от желания. Откроешь глаза

— пред ними Сения: молодая совсем и красивая женщина — но не та. Да неважно уже. Вместе они, медленно переступая, дошли до лавки, пышно устланной: в такую завалиться бы на денек другой — сны в ней наверняка все, как один, приятные.

— Давай же, — зашептала Сения, отрываясь от губ Рарога.

Провела по ним языком и оттолкнула его слегка. А сама коленями на лавку опустилась, повернувшись спиной. Подхватила подол, подняла, оголяя бедра — а другой рукой в стену уперлась.

— Зачем я тебе? — Рарог, точно в тумане, приблизился и положил ладони ей на пояс, спустил, поглаживая, ощущая острые косточки. — Зачем вела сюда? Разве ласк мужа тебе не достаточно?

Меньшица прогнула спину, встряхнув волосами. И правда ведь, если не слишком приглядываться: рыжеватые, завитые не такими мелкими волнами, как у Грозы, но издалека можно было перепутать. Еще и с хмельного неверного взгляда.

— Ничего не спрашивай, — проговорила хрипло, качая бедрами вместе с движениями его рук. — А коль не хочешь продолжать, так и иди.

Она обернулась через плечо. Бросила взгляд чуть сердитый, вопросительный: вдруг и правда уйдет? Но Рарог вжал ее мягкими округлостями в себя, давая понять, что теперь уж не оступится. Сения его ладонь поймала и завела себе между ног — горячая, ждущая. Он спустил одной рукой порты и вошел резко, придерживая ее. Разметал в стороны расплетенные волосы, ухватил женщину за шею, заставляя голову запрокинуть, и рывками мелкими начал дергать к себе. Она выдыхала рвано, царапая ногтями стену, то опиралась на нее сильнее, то выпрямлялась, вбирая Рарога в себя глубже. И как будто мало ей все было, просила быстрее — еще!

И била кулачком в бревно, опуская голову низко, двигаясь навстречу. Почти рыдала

— так казалось. Словно в близости этой нежданной хотела забыться. А голова пьяная, дурная отчего-то помалу трезвела. И мысль в ней колотилась ясная: не по любви большой она Рарога к себе заманила — откуда бы той взяться. И не из вожделения непреодолимого, какое порой случается. А просто горечь свою унять с тем, кого, может, больше не встретит никогда. С тем, кто на лодью сядет по утру и весла в воду бросит, чтобы скорее от Волоцка подальше убраться.

Рарог схватил ее за рубаху на спине и к себе подтянул.

— Мстишь, Сения? — выдохнул прямо в ушко.

Вбился сильнее, чтобы почувствовала все полно и не забыла после. И еще, еще — до всхлипа жаркого, что вырвался из ее горла.

— Не твое дело, — почти простонала меньшица. — Ах-х…

Выдохнула протяжно и забилась мелко под тяжестью накатившей на нее волны наслаждения. Ворот рубахи ее расползся в стороны, как выгнулась она. Оголилась грудь, и женщина смяла ее пальцами, продолжая еще тереться о бедра Рарога своими.

Он провел ладонью по лицу: вот это сходил до дружинной избы! Весь мед, выпитый на пиру — впустую. И не заметил ведь, как излился. И удовольствия не получил особо. Так только — злое удовлетворение. Да и телу, конечно, полезно — после долгого пути.

А то, что меньшица княжеская — беспокоило смутно, конечно. Да, может, Владивою урок будет. Чтобы жену свою бдил лучше, следил да заботился. Чтобы не задирала подол перед другими.

Рарог разомкнул кольцо рук, позволив Сении бессильно опуститься на постель. Женщина на спину перевернулась и замерла, сжимая ворот рубахи у горла. Вцепилась взглядом, ощупала, пока он порты поправлял.

— И часто ты так балуешься? — посмотрел исподлобья.

— Первый раз, — ответила она серьезно.

И помрачнела вдруг, словно осознала, что сделала. Может, мужа своего она и любила. Но, видно, есть обида на него, что в ней сидела крепко. Да права она: то не его дело. Рарог успел только свиту с крюка снять и к двери подойти. Но ручка прямо из пальцев ускользнула, когда та открылась. Короткий вдох — и синие глаза, чуть испуганные, недоуменные, поймали в свой плен — и задохнуться в нем за радость почтешь.

— Это что тут… — протянула Гроза растерянно.

И за плечо Рарога заглянула.

— Рассказать, или сама докумекаешь? — вгрызся Рарог в ее бестолковое бормотание, чтоб уколоть сильнее.

Это ж надо было так не вовремя наведаться! Еще пару мгновений — и разминулись бы, пожалуй. Рарог оттолкнул ее слегка и хотел уж мимо пройти. Да Лисица его за грудки ловко поймала. Надавила всем весом своим птичьим, впечатывая спиной в косяк.

— Силой ее взял? — сощурилась и губы пухлые, мягкие сжала сердито.