Чтение онлайн

Я стояла босиком, все еще в пижаме.

Отец всегда говорил: «Пусть они всегда показывают тебе свой полицейский значок. Пусть доказывают, что они копы». Не то чтобы кто-то до этого подходил к моей двери с полицейским значком, но, наверное, для всего есть первый раз.

Я приоткрыла дверь, загородив проход ногой. Если он был из ФБР, то мог и вломиться внутрь, а может, и нет. Сложно сказать, исходя из того, что я видела в фильмах.

На агента ФБР он не был похож. Мужчина выглядел так, будто работал в налоговой.

– Вы мне покажете свои документы?

– Да, – он раскрыл значок и позволил все рассмотреть, затем продолжил в более мягком тоне: – Так я могу зайти? Мне нужно с вами поговорить.

Хорошо… Но какого черта?

– Да, конечно, мой муж скоро будет дома. На обед. Он уже в пути.

Еще один урок от отца: всегда говори незнакомцу, что кто-то скоро будет дома, даже если это неправда.

– Отлично, с ним мне тоже надо поговорить.

Рассматривая незнакомца в коридоре своей квартиры, я решила, что он выглядел нормальным. У него с собой даже не было пистолета – только желтый блокнот и карандаш.

Вот вам и фильмы.

– О чем вам надо со мной поговорить? Вы точно к тому человеку пришли?

Он перевел взгляд на блокнот и затем снова на меня.

– Да, думаю, что все верно. Вы Керри Роусон? Девичья фамилия – Рейдер. Двадцать шесть лет?

Я кивнула.

– Родом из Уичито, штат Канзас? Ваш отец – Деннис Рейдер?

– Да, все так, – я не могла понять, что все это значит.

Почему этот мужчина тут? Чего он хочет?

Я развернулась по направлению к кухне, но коридор был настолько узкий, что зараз по нему мог пройти только один человек. Я не хотела, чтобы мужчина шел позади меня, поэтому пропустила его вперед. Я пыталась понять причину его визита, но ощущала только белый шум в голове. И страх.

Я сосредоточилась на мелких деталях: василькового цвета полотенца с изображенными на них подсолнухами выделялись на фоне моей белой кухни. Мы привезли их из Канзаса в Мичиган восемнадцать месяцев назад, когда папа помогал нам переезжать после свадьбы. На столешнице стоял шоколадный торт, посыпанный сахарной пудрой. Я его испекла накануне.

Возле моих кулинарных книг лежали связка ключей и синяя сумочка. Книга Бетти Крокер была подперта коробкой с рукописными домашними рецептами друзей и родственников.

Мужчина из ФБР встал напротив меня, спиной к микроволновке.

– Вы слышали о BTK?

Что за?..

Комната вдруг сузилась, а затем все стало слишком ярким и отчетливым.

– Вы про парня, которого разыскивают в Уичито? В Канзасе?

– Да.

Во мне поднялась паника.

– Что-то случилось с моей бабушкой? Ее убили?

– Ваша бабушка? Нет, с ней все в порядке.

– Бабушка очень хрупкая, – сказала я. – То одно, то другое. Мои все время должны следить за ней. На этой неделе она была в больнице. А BTK ведь убивает женщин.

– Это ваш отец.

– Что мой отец?

– Он был арестован.

– Что, простите?

– Арестован. Его подозревают в том, что он и есть BTK. Подозревают в совершении убийств в Канзасе.

– Мой отец – что?..

– BTK. Подозреваемый. Арестован. Давайте присядем. Мне нужно задать вам пару вопросов.

– Моя мама? С моей мамой, Полой, все хорошо? Её убил мой отец?

– Нет, с ней все хорошо. Она в безопасности. Ее сейчас забирают на допрос.

– Кто? Кто забирает?

– Полиция. Они будут ее допрашивать. С ней все в порядке.

– А мой брат Брайан? С ним все хорошо? Он расквартирован в городе Гротон, штат Коннектикут. Он пехотинец.

– Да. В данный момент мы ему сообщаем новости.

– Кто мы?

– ФБР, – мужчина раскрыл блокнот. – Мне нужно задать вам вопросы. Это важно. Когда, вы сказали, ваш муж будет дома?

Комната вокруг меня закружилась. Я схватилась за стену у плиты. Моя ладонь задела картину из витражного стекла – всполохи фиолетового, розового, зеленого, – на ней была выгравирована бабочка и слова «Любовь никогда не подводит».

До меня дошли слова: «Ваш отец BTK». Меня всю трясло.

– Кажется, мне лучше присесть, мне нехорошо.

Комната окрасилась в красный цвет, и перед глазами замелькали темные пятна.

Я проваливалась в черную дыру, не понимая, как буду оттуда выбираться.

Июнь 1981 года

Уичито, штат Канзас

Люди, которые знали моих родителей до того дня, 25 февраля 2005 года, сказали бы вам следующее: Деннис нежно любил Полу. Мой папа сказал бы вам то же самое – даже сейчас. Но он должен был осознавать, что все это не будет длиться вечно.

Мои самые ранние воспоминания о том, как дома раздавалась музыка из проигрывателя. Папа отправил его нам посылкой годами ранее, когда его воздушно-силовые войска были расквартированы за границей. В момент, когда Carpenters запевали в унисон «We’ve Only Just Begun», папа притягивал маму ближе, она начинала смеяться, и они кружились по комнате минуту или две, затерявшись в моменте. А я, будучи еще малышкой, крутилась в своем стульчике и хлопала в ладоши. Когда играла «(They Long to Be) Close to You» и я танцевала с папой, встав на его белые носки, я думала, что его любовь ко мне не знает пределов.

Все эти музыкальные хиты вышли в 1970-х, незадолго до того, как встретились мои родители. Старший из четырех братьев, папа был последним из них, кто встретил маму, тоже старшую из сестер. Они все посещали Лютеранскую церковь, моя бабушка Доротея всегда говорила моей маме: «Погоди, у меня есть еще один сын, ты еще не видела Денниса. Он скоро вернется домой».

Летом 1966 года папа вызвался добровольцем в армию до того, как его привлекли к службе. В течение четырех лет он ездил по миру в качестве специалиста по коммуникациям: он побывал в Греции, Турции, Южной Корее и на острове Окинава, в Японии.