Чтение онлайн

Далия

Стихия не радовала. Мне пришлось ждать контрабандистов лишние два дня, что вызывало лишь глухое раздражение.

Рози не сказала ни слова по поводу инцидента, произошедшего в камере, лишь безучастно пожала плечами и посетовала на утраченный материал. Ах, беда! Ох, огорчение! Ну, просто с ума сойти.

Кетрин пришла к тому же выводу, что и я: от меня хотят избавиться, прощупывают почву. Хотя зная этих больных на голову людей, можно смело предположить, что таким образом сотрудников готовят к повышению.

Вот только ни один из этих исходов мне даром не был нужен.

— Я могу уйти ненадолго? — старалась, чтобы мой голос звучал как можно ровнее.

— Снова к этим? — презрительно поморщилась Рози, намекая на контрабандистов. — Зачем вращаться рядом с ними?

— Умом они не блещут, — с чем я была в корне не согласна, — однако могут быть полезны.

Глава лекарского крыла одобрительно хмыкнула, окинув меня покровительственным взглядом, и махнула рукой.

Исследования занимали её гораздо больше медсестры, желающей потратить обеденное время на болтовню с шастающими по морям мужланами. Однако стоило мне открыть дверь, как она вспомнила о ящере, обитающем в одной из палат:

— Не забудь про пациента во второй, моя прелесть, — пробормотала блондинка. — Его нужно осмотреть. Кетрин сказала, что у него наметились метаморфозы.

— Разумеется, — спокойно ответила я и прошмыгнула в коридор.

Если я не потороплюсь, то он может и вовсе рассудка лишиться. Тогда плакали все мои мечты и планы, как пить дать.

Выбежав во внутренний двор, я рванула к главным воротам, издалека увидев пришвартованный «Тень Семи Ветров». Единственное судно, которое никак не могло пройти в секретную гавань Фиенда. Гигантский галеон, с лёгкостью входящи в океанические шторма.

Этот красавец за неделю предупреждал о своём появлении, умело скрываясь от посторонних глаз. Коменданту было достаточно времени для перекрытия любых путей. Когда «Тень Семи Ветров» стояла у берегов проклятого острова, не проводились бои, не приглашались щедрые господа с материков. О, нет.

Никого не подпускали к Драгонхолду, даже в зону видимости.

Если кто-то решал, что ему очень нужно пришвартоваться, то смело мог заказывать поминки по себе и всей своей команде, ведь Арно Вьерн таких огрехов не прощал.

Выскочив из-за спины охранника, я увидела его.

— Тормози, шестёрка, — меня грубо ухвати ли за плечо, не пропуская вперёд. — Сегодня для тебя ничего нет.

— Отцепись, — прошипела, намереваясь впиться в оголённую кисть зубами.

— А это уже не тебе решать, — раздался вкрадчивый голос капитана.

Охранник был далеко не новичок, а потому послушно отпустил меня и отошёл в сторону. Глядя на высокую и достаточно стройную фигуру Вьерна, можно было подумать, что в бою его победить — всё равно что конфетку у ребёнка отобрать. Однако внешность, как и немногословность, были крайне обманчивы.

Во всех пиратских тавернах знали имя капитана «Тени Семи Ветров». Да и за их пределами тоже. Кто-то звал его Призраком Штормов, другие же — Железным Вороном.

И всё это было чистейшей правдой. Арно появлялся из ниоткуда и наносил сокрушительный удар. Иногда он позволял себе поиздеваться над жертвой, то и дело возникая в поле зрения, а затем исчезая.

Выточенные, словно из камня, черты лица были ожесточены обветренными тонкими губами и множеством шрамов. Самый крупный — выглядывал из-под чёрного камзола, протягиваясь от уха до самой шеи.

Если даже эта смертельная рана не смогла подкосить грозу морей, то что уж говорить о прихвостнях Фиенда? Поговаривают, что даже коменданту этот противник не по зубам.

Мужчина подвёл меня к трапу и, сверкнув чёрными, как ночь, глазами, тихо спросил:

— Что тебя привело на этот раз, Дочь Севера? — он дал мне это прозвище, когда я впервые оказалась в Драгонхолде.

Оно мне безумно нравилось, однако никому более я не позволяла называть себя подобным образом.

Тогда погибал его верный квартирмейстер — Себастьян Хейнрих. Никто не брался за его спасение после неудачного абордажа, а я… Рози предложила мне испытать себя. И для этого требовалось спасти жизнь одному из страшнейших душегубов Раота, сумевшему избежать наказания.

— Я…

— Госпожа эйн Исгельд, — вышеупомянутый квартирмейстер коротко кивнул мне и пошёл дальше, стараясь не задерживаться ни перед чьим взором.

После того раза всё его тело было одним сплошным шрамом. Никто не мог предвидеть, что помимо дорогих тканей и богатств на борту корабля окажется порох. Достаточно было одной искры, чтобы судно взлетело на воздух, унося за собой чужие жизни.

Себастьяну чудом удалось спастись, и с тех пор он всегда обращался ко мне уважительно, как к женщине с материка.

Ответила ему таким же кивком и вернулась к разговору с капитаном:

— Я хочу сбежать из Драгонхолда.

На мгновение непроницаемая маска треснула, выдавая крайнюю степень удивления её обладателя, а затем произошло то, чего я ожидала меньше всего: суровый Арно Вьерн, не привыкший попусту растрачивать воздух, расхохотался! Казалось, что от его грубого смеха сотрясаются тюремные стены.

Невольно отступила в тень, которую отбрасывал галеон, чтобы никто из руководящих не увидел, кто именно развеселил грозу вод альянса Драгор.

— А ты умеешь удивить, — пророкотал он, когда приступ хохота спал. Затем добавил, понизив голос до заговорщического шёпота: — И как же ты планируешь нагреть старину Фиенда?

И вот это было самым сложным — сказать флибустьеру, что у него есть очень большой риск лишиться прекрасного перевалочного пункта.

Капитан отметил моё замешательство и, наклонившись ближе, поторопил:

— Ну же… Ты ведь знаешь, что я не обижу. Дай Железному Ворону вдоволь повеселиться.

— Мне будет нужна ваша помощь, — выпалила я, глядя Призраку Штормов в глаза, готовая к любому ответу.

Сперва капитан подумал, что я шучу. Однако, когда убедился в противном, моментально посерьёзнел и процедил:

— Пройдём в каюту.

Никто бы ничего не заподозрил. С позволения Рози я часто договаривалась с приватирами о поставках ценных ингредиентов для изготовления очередного экспериментального эликсира.

Я обернулась, чтобы посмотреть на охранников у входа, и увидела, как они недовольно косятся на башню, в которой располагалось лекарское крыло. Обо мне и капитане Вьерне и без того ходили различные слухи, порочащие мою девичью честь, однако для меня это не имело значения. Пока все думали, что я любовница пирата, никто не пытался сунуть нос в наши с ним договорённости.