Чтение онлайн

Он попросил меня выбрать его по собственной воле.

Я никогда не ожидала, что подумаю об этом, но почувствовала мгновенную связь между нами прошлой ночью в клубе, и с каждой секундой она становится все сильнее.

Эрик поцеловал меня в шею еще раз и отступил назад, ни на секунду не отрывая от меня своего внимания, пока брал баскетбольный мяч из стойки на боковой линии.

О боже.

Меня не должны привлекать баскетболисты. Мне даже не должен нравиться этот вид спорта, но вид его дриблинга в мою сторону, как будто мяч — продолжение его тела, эта самоуверенность. Почему я не могла просто игнорировать его, как делала это с остальными мужчинами планеты?

— Хорошо, ангел, иди сюда.

Я покачала головой и продемонстрировала свои ногти, заставив его рассмеяться.

— Тогда я приду к тебе, — сказал он, проведя мяч в полукруге позади меня. — Ты когда-нибудь забивала сверху раньше?

— Что? — я жестом показывала на свое жалкое тело. — Это вообще вопрос?

— Рост не является проблемой на моей площадке. Оно обладает магической силой, — явно наслаждаясь собой, он указал подбородком в сторону ближайшего бортика. — Даже самый невысокий человек может забросить мяч в эту корзину.

Я скептически посмотрела на него, улыбнувшись.

Эрик передал мне мяч.

— Давай. Попробуй.

— Я с трудом удерживаю равновесие на беговой дорожке, — призналась я, неся мяч к линии фола и расправляя плечи. — Я собираюсь опозориться.

Очевидно, у него было что-то в рукаве, поэтому, когда я начала бежать в направлении корзины, внезапно две огромные руки подняли меня вверх за талию, и такого я точно не ожидала. Ускорившись вверх так быстро, что мои волосы взлетели вместе со мной, я с визгом бросила мяч вниз через сетку. Секунду спустя я упала, приземлившись спиной к груди Эрика, пока моя кровь пульсировала по венам, и я не могла перестать смеяться так, как никогда раньше не слышала от себя.

— Я же говорил тебе, — шепнул он мне на ухо. — Волшебство.

— Так и было, — честно выдохнула я.

— Значит ли это, что ты теперь любишь баскетбол?

— Не дави на меня.

Мы тихо посмеялись, и это перешло во вздохи. Я не была уверена, адреналин ли это, харизма Эрика, возбуждение, которое он разжег на половине площадки, или все вышеперечисленное, но я внезапно возжелала его вкуса. Мой пульс бился со скоростью тысяча миль в час, и я хотела, чтобы его губы оказались на моих. Сейчас, сейчас, сейчас. Я развернулась в его руках и нашла его губы рядом с моими, обхватив бедрами его талию, прижалась, жадно ища его язык, и вскоре нашла. Нашла, потому что он сам дал его, желая того же так же жадно, как и я. Он зарылся пальцами в мои волосы, наклонившись и вжавшись в мой рот еще сильнее, и общие стоны наполнили пространство между нами.

Его сильные и грубые руки сжимали мои ягодицы, разделяя и поднимая их.

— Ты хочешь сказать, что пришло время начать трахаться, малышка?

— Да, — выдохнула я, пока моя голова кружилась от ощущений. — Да, папочка.

Мы оба сделали паузу.

Эрик отступил назад, изучая мое покрасневшее лицо, ведь что я вообще только что ляпнула? Неужели я правда назвала этого двадцатидевятилетнего мужчину папочкой?

— Извини…

— Не извиняйся. Мне это понравилось, — быстро прервал он, унося меня с площадки обратно в коридор, ведущей к лестнице, и его мощная мускулистая грудь тяжело вздымалась.

— Я заставлю тебя сказать это снова, когда буду глубоко в тебе.

От его прямоты, я уткнулась лицом в его шею и застонала, впитав запах мяты и мужской аромат. Никогда в своем самом смелом воображении не думала, что этот момент с Эриком будет таким абсолютно правильным. Быть внесенной в его комнату, ощущая почти ослепляющую по своей интенсивности срочность, чувствовать, что я могу умереть, если он не займется со мной любовью.

В поисках чего-то, что могло бы меня остановить, я осматривала дом, пока он нес меня по нему, обращая внимание на книжные шкафы, отсутствие вычурности.

— Где твой аквариум с девятью миллионами галлонов воды и шест для стриптиза? — пробормотала я ему в плечо.

Он подавил смешок.

— Что, прости?

— Большинство спортсменов предпочитают более показной стиль.

— А, да, в этом ты права.

Покачав головой, он понес меня вверх по изогнутой лестнице, ведущей на второй этаж.

— Я не пью. Не устраиваю вечеринок. Я всегда думал… нет причин делать мой дом чрезмерно впечатляющим, когда я единственный, кто его увидит.

Он поцеловал меня в шею.

— Думаю, мне придется переосмыслить это. Теперь ты будешь здесь.

Я едва подавил свой влюбленный вздох.

— Буду? Не наглей, Бентли.

Его смех громко отразился от стен.

Через минуту мы вошли в его спальню, и я улыбнулась ему в плечо, посмотрев на откровенно мужской декор. Комната оказалась серо-черная, без излишеств, создана для того, чтобы спать, одеваться и точка. Затемненные шторы и кожаная скамейка, мягкие ковры, кровать, на которой мог бы поместиться великан. Или один баскетболист и я.

Нервы начали трепетать в моем горле от того, что должно произойти, поэтому, когда он опустился на край кровати, качая меня на руках, я была искренне благодарна ему за то, что он не торопится. Но я искала отвлекающий маневр.

— Почему ты не пьешь или не устраиваешь вечеринки?

Когда он немного напрягается, я подняла голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Эрик?

Он прочистил горло.

— Просто кое-что случилось в колледже. Я не… я не говорил об этом с тех пор, как это случилось.

Я подняла руку, чтобы взять его за подбородок, погладив отросшие за день темные волосы.

— Ты не должен мне говорить.

Он долго смотрел мне в глаза.

— Думаю, я хочу.

Кивнув, я стала тихо ждать, продолжая водить пальцами по его лицу.

— Я был в братстве в колледже. Специально для спортсменов. На самом деле это было не мое, мне комфортнее быть одному, но мой лучший друг, Уэйд… он так сильно хотел быть частью того места. Вечеринки, товарищество, постоянная активность. Я уже сделал себе имя на первом курсе, заняв место первого разыгрывающего защитника. Спортивные специалисты называли меня следующей большой звездой. Уэйд знал, что он попадет в братство, если я присоединюсь, и сделали из нас пакетную сделку.

Он замолчал.

Следуя инстинкту, я обхватила его шею руками и обняла его.

Через мгновение он продолжил.

— Я был молод… но не глуп. Или безрассуден. Я просто поддался постоянному давлению однажды ночью во время недели братства. Мне все время передавали напитки, и в итоге все превратилось в сплошное пятно. Я потерял след Уэйда и очнулся в чужой постели с кем-то, кого я не знал. Когда я проснулся, был полдень, а он… Уэйда уже не стало. Они издевались над ним, напоили его и он умер в больнице.