Дочь Земли
Шрифт:
– Иногда жалость чрезвычайно вредна.... А я тебя жалел. Это было малодушно и глупо.... Как ты себя чувствуешь?
– Намного лучше!
– Аля придвигается к нему, обхватывает за пояс. Глядится снизу вверх в зеркала черных глаз. Улыбается - смущенно и благодарно.
Он треплет её по щеке. Словно бы между прочим, интересуется:
– Что с тренировками?
– Как обычно.
– Аля жмет плечами удивленно, - почему спрашиваешь?
– Да думаю, вот. Не настало ли уже времечко распрощаться с нашим приятелем, серым волком? А, девочка, Красная Шапочка?!
Аля молчит секунд двадцать, собираясь с мыслями и утихомиривая эмоции. А потом, нараспев, с теми же нотками, что и рагезт, произносит:
– Нет, милый. Нет, Кощеюшка! Не трогай волчка. Он вредный, конечно, но Шапочке твоей еще пригодится!
– Молодец!
– Хохочет Краасс.
– Хорошо ответил ребенок. Прямо в цель!.. Ценю!.. Но ты понимаешь, Алира.
– продолжает уже совершенно серьезно, - у нас прецедент возникает нежелательный. Такие вещи прощать не принято. Как и оставлять в живых провинившихся. Так что в какой-то момент, мне все равно придется избавляться от него.
– И тебе станет от этого легче?
– бесстрастно вопрошает она.
– Естественно нет. Мы это уже обсуждали!
– Морщится он болезненно.
– Не надо, Краасс.
– Она не молит и не упрашивает. Будто раздумывает вслух. Ровно, убежденно.
– Иногда одна непредсказуемая уступка оказывается намного полезнее прогнозированных и шаблонно правильных действий. Можешь считать меня наглой пустомелей, но я отчего-то абсолютно уверена: его нельзя убивать. Он связан с тобою гораздо глубже и сильнее, чем ты готов признать себе. Понятия не имею, что это за связь. Но вижу её факт отчетливо и ясно. Возможно, он понадобится тебе когда-нибудь в чрезвычайно важном деле. И будет в нем незаменимым.... Или другое что-то... не знаю!
– Она замолкает, рассеянно, будто вынырнув из минутного транса. Смотрит несколько испуганно.
– Я тут ерунды наплела всякой, да?!
– Нет, - медленно отвечает он, придирчиво её рассматривая.
– Не думаю. Это больше походило на считывание скрытой информации.... И это меня заинтересовало. Вполне вероятно, у тебя еще и способности к предвидению проявляются.... Надо будет копнуть поглубже. Получится - займемся вплотную.... Но не сейчас. Успеется.
Обрывает рассуждения. Улыбается Але.
– Красная Шапочка одержала убедительную победу. Кощей прислушивается к её рекомендациям. Пока что. Но оставляет за собою право, при неблагоприятном стечении обстоятельств, принимать решения, опираясь на собственные соображения и расчеты.... Кстати!
– Спрашивает с искренним интересом и долею обиды.
– А почему Кощей-то? Он же, по сказкам вашим, страшненький такой. И старый?.. Вроде бы.
Аля заливается смехом:
– Ну конечно! Смотри сам! Практически всемогущий? Это факт! Давно уже не мальчик? Тоже не оспаривается!.. Ну и стра-а-ашненький, как ни крути!
– Хамка!
– Рычит Краасс, делая попытку ухватить её за шиворот. Аля, смеясь, отпрыгивает в сторону. Вскочив на ноги, прячет руки за спину. Вытянувшись к нему, спрашивает интригующе:
– Хочешь, открою тебе свою самую страшную тайну?
– Валяй.
– Милостиво разрешает трансформер.
– В не столь отдаленном, но канувшем в Лету детстве, Кощей Бессмертный был одним из любимейших моих персонажей. Я сказки перечитывала, и понять не могла: ну чего всем этим Василисам и Аленушкам не хватает? Это же просто мужчина мечты получается - опытный, заботливый, щедрый. Так нет же, их по жизни на каких-то Иванушек левых тянет. Они что, хронически больные на всю голову?!
– Это вопрос или утверждение?
– Польщенно-благодушно улыбается он.
– Это констатация!
– Заявляет девочка. Снова опускается с ним рядом. Берет за руку. Почтительно и нежно целует. Не отнимая от губ, смотрит. В глазах мельтешат бесенята.
– Демоненок!
– Краасс вопросительно приподнимает бровь.
– Я тебя правильно понял?
– Ага!
– Соглашается Аля с энтузиазмом.
– Я холодный и голодный!
– Будем исправлять.
– Смеется он.
– Правда, в обратном порядке. Сначала - накормим. Потом - обогреем!
Подмигивает ей. Материализует стеклянный овал столешницы.
– Но зато, и первое и второе предоставим по максимуму!
Глава 44
Краасс, обернувшись, приветливо махнул рукой:
– А вот и мой малыш. Проходи, Алира!
Зэер, поднявшись, галантно отодвинул кресло. Аля послушно подошла. Уселась. Обвела глазами, одновременно незаметно прощупывая на предмет настроений и отношения. Ничего экстраординарного, ничего прямо настораживающего. Легкий негатив со стороны его братца, как всегда. Остальные - Зэер, Арео, нынешний комендант Сэтх и троица старших по отрядам, их имена Аля помнила смутно - так вообще лучатся добродушием и приветливостью. Ладно, теперь вопрос основной - для чего он её выдернул сюда?
– Все по-взрослому, Алира.
– Деловой тон Краасса сомнений не оставлял. Пришел-таки "момент откровений".
– Сейчас будешь нам рассказывать и пояснять. Готова?
Аля кивнула. Он передвинул к ней поближе прозрачный куб стереомонитора.
– Пожалуйста. Тут все цифры. Оперируй.
Аля рассортировала таблицы и списки в удобном ей порядке. Поинтересовалась:
– С координаторами что не ясно?
– К ним претензий нет. Набранного количества хватит. Обставлено все достаточно грамотно.
– С богом солнца забавно придумано!
– Арео переглянулся с Зэером, прыснул смешком.
– У тебя отличное чувство юмора. А наш уважаемый помощник в своей роли был просто неотразим!
Зэер на это довольно сильно пихнул друга локтем в бок. Но видно было, что сам с трудом удерживается от смеха. Аля вздохнула.
– Людям нужно верить во что-то, что благоволит к ним. С помощью веры им удается переживать самые злые беды, перебарывать трудности, находить в неприемлемых им обстоятельствах смысл и рациональное зерно. А главное - смиряться! Что особенно важно в данном случае. Разве не так?
– Все так.
– Откликнулся Денио. Аля удивленно воззрилась. Это первый раз, когда он вслух среагировал на её слова. Неужели идет на контакт?! Странно даже!..
– Здесь все, в принципе, правильно.
– Продолжил он.
– Поясни другое. По каким таким причинам ты сократила общую цифру базового материала почти вдвое? Система признала всех изначально отобранных пригодными, и физически, и морально.
– Сейчас разъясню!
– Нехорошо улыбнулась ему Аля.
– Перевела наливающиеся холодом глаза на Краасса.
– Первое. Я исключила всех старше двадцати. Зрелым человеком, со сложившимся характером и опытом, управлять сложнее. Он стопроцентно постарается в новую модель социума привнести свои старые обычаи и привычки. И всю оставшуюся жизнь будет заниматься сравнениями настоящего с прошлым, перекраивать окружающее на привычный ему лад. И молодежи будет навязывать свои идеи. Вам это надо?
Аля в упор посмотрела на Денио. Тот передернул плечами, но промолчал.
– Дальше!
– Подал голос Краасс. Она снова повернулась к нему.
– Второе. Я отказалась от представителей творческих профессий и людей с выраженным техническим складом ума. Первые чересчур утонченны, к тяжелому физическому труду приспосабливаются плохо, в облаках витают и думают слишком много. Вторые тоже думают, и тоже слишком. Но уже в другом направлении - как бы общество модернизировать, как бы прогресс подтолкнуть.... Вам охота, чтобы они у вас там по лесам и полям из подручного материала втихомолку какие-нибудь дирижабли с самолетами конструировали и мечтали вырваться в заоблачные выси? Где мечты и одержимость идеями, там недолго до неповиновения и, даже, бунта.... Третье.
– Выдержала паузу. Произнесла уверенно: