Чтение онлайн

— Если ты, похотливое животное, хоть раз обидишь ее — я обижу тебя, — прозвучал рядом безразличный голос.

Аргас почувствовал, что бешенство вновь закипает его крови. Он открыл рот, чтобы послать Даррена куда подальше, но тот уже скрылся в стенах гильдии. Какого хрена он вечно лезет? Почему постоянно ошивается около его женщины? Пора с этим заканчивать, и побыстрее. Пусть эта красотка определиться, с кем из них она крутит, потому что он — не прыщавый пацан, готовый на все ради женского внимания.

***

Разговор с лидером прошел на удивление легко. Он остался полностью доволен окончанием миссии, и адекватно отреагировал на ее просьбу, хотя с этим, по идее, должны были возникнуть сложности. В любом случае, сейчас ее ждет горячая ванна и долгий, долгий сон… Интересно, Даррен уже спит? Наверное, храпит, как пьяный боров… Ну и черт с ним, пусть. После такой дороги она, может, и сама еще жару даст…

Как же хорошо, что в гильдии сегодня пусто! Разговаривать она, конечно, и так ни с кем не собиралась, но хотя бы никто не путается под ногами. Она шла неспешно — торопиться было некуда, как вдруг кто-то схватил ее за руку и рванул в сторону. Быстрее, чем могла опомниться, она оказалась в чужой комнате прижатой стене, и успела узнать объект своей симпатии прежде, чем ее рот накрыл требовательный, обжигающий поцелуй. Ну и кто тут будет возражать?! Она с огромным удовольствием ответила на его ласку, притянула ближе к себе за шею одной рукой, а второй провела по гладкой коже его рельефной груди. Опустив ладонь, она аккуратно помассировала пальцами его сосок и, прервав поцелуй, прошептала ему в губы.

— Вот это я понимаю — соскучился… Полегче, парень, а то оставишь на мне синяк там, где лучше делать приятно.

Ладонь Аргаса заскользила вниз по талии и, дойдя до брюк, с легкостью проникла под них.

— Скажи, я не ошибся? — его пальцы поиграли с самым чувствительным местом, после чего без предупреждения скользнули внутрь, вызвав этим тихий стон. — Ты это имела в виду?

В ее сознании шло недолгое, но кровавое противостояние между здравомыслием и похотью, в результате которого похоть одержала разгромную победу. Ее тело воззвало к давно желанному гостю, и по его примеру она также скользнула рукой ниже и через брюки провела рукой по возбужденной, внушительной плоти.

— С огнем играешь… я ведь тоже кое-что умею…

— Я на это рассчитываю. — Он снова поцеловал ее и, вытянув руку из штанов, на что она протестующе замычала, потянул в сторону кровати. Значит, комната его…

— Погоди, мне нужно…

— Потом. — Он толкнул ее на матрац и подмял под себя. — Иди сюда…

Элениель знала, что спит. Какая-то часть сознания понимала всю нереальность происходящего, но повлиять на это она никак не могла. Девушка стояла перед той самой дверью, за которой находился страшный секрет Аргаса. Она не хотела входить — и все же толкнула ее. Элениель оказалась в скудно обставленной комнатушке с голыми стенами и ледяным полом, в которой стоял лишь один стул возле свисающей с потолка массивной цепи. Девушка сглотнула. Как Аргасу удавалось держать анаха в помещении гильдии? Почему этого никто до сих пор не заметил? Она приблизилась и жалость сковала ее сердце. Но внезапно висящая на цепях женщина исчезла, и Элениель дернулась от неожиданности, услышав голос позади себя.

— Эллар. Любопытно.

У двери стояла женщина-анах и сверлила ее взглядом, в котором не было ничего доброжелательного. Растрепанная копна прямых, черных волос обрамляла худощавое лицо, вся ее одежда была изорвана и запачкана кровью, на теле почти не было живого места, а под глазами залегли глубокие тени. Женщина провела языком по разбитой верхней губе.

— Я призвала тебя, эллар, не для того, чтобы ты пялилась на меня.

Анах с ней разговаривает. Уму непостижимо!

— Призвала?.. Надо же, что в голове намешалось…

— Слушай меня! — Элениель замолчала и гордо выпятила подбородок, скрывая свое истинное состояние. — Стараниями твоего любовника я не могу удерживать связь долго. Я сноходец, и мне тяжело, поэтому не отвлекай меня болтовней. Не позволяй ему делать это. Отговори, убей его — но только не позволяй. Я не знаю, каковы будут последствия. Боги непредсказуемы…

— Подожди! О чем ты говоришь?

Женщина непонимающе нахмурилась, а потом изумленно выдохнула:

— Ты не знаешь…

— О чем я не знаю, черт бы тебя побрал? Что вообще значит все вот это?

— Я чувствовала сильную взаимосвязь между вами, и не ожидала, что он до сих пор не рассказал тебе… Так ты не знала…

— Знала ли я, что он удерживает анаха? Два дня назад я не догадывалась, что вас вообще можно как-то поймать. Вот черт… — она присела на край табуретки и прикрыла рот. — Зачем ему это?

— Он одержим. Ему в руки попал артефакт — кинжал Ментесан. Он убежден в том, что с его помощью можно захлопнуть двери между нашими мирами. В чем-то он прав, но не все так просто, и уж тем более, на это не способен человек. Чтобы пробудить кинжал, ему понадобилась кровь анаха — и он убил одного. — Черные глаза с желтым перевернутым треугольником в зрачке наполнились гневом, лицо посуровело. — Я до сих пор жива, только потому что он пытается выбить из меня заклинание, благодоря которому мы, Спутники, путешествуем. Он не догадывается, что понадобится больше одного предмета, чтобы собрать печать, и пусть так остается и дальше.

— Почему ты сейчас рассказываешь мне об этом? Ты ведь сама сказала, что чувствуешь нашу связь. Откуда тебе знать, что я не выложу ему все при встрече?

— Потому что я вижу тебя насквозь, Элениель Легорэас: все твои муки сердца, совести и желаний. И потому что ты — единственная, у кого есть власть над ним.

— Боюсь, это не так, — тихо сказала Элениель, и прикрыла глаза. — Что я должна сделать?

— Кинжал с изогнутой рукоятью. Ты его не спутаешь — от него исходит потусторонняя энергия. Укради его, и убирайся отсюда. Беги так далеко и настолько быстро, насколько это будет возможно. Я обрекаю тебя на жизнь в бегах, и вынуждена умолять об этом. Все действительно очень серьезно.

— А что с Аргасом?

Элениель не могла не спросить, как и не могла скрыть отчаяние в голосе. В глубине души она знала, что скажет анах. А потому, была готова к этому.

— Он не избавится от наваждения. Анахи и эллары способны устоять перед манящей силой реликвии, но люди слишком слабы. Он будет преследовать тебя до последнего вздоха, Элениель Легорэас, так что тебе, так или иначе, придется столкнуться с неизбежным. Сделай это сразу по возвращении на остров. Это — наш единственный шанс.

Элениель не успела ничего ответить, потому что в следующий момент огромные руки начали тормошить ее, отчего она ударилась головой о стену.

— А, твою мать! Больно!

— Я не хотел. Пора двигать, Легорэас. И еще кое-что…

Даррен поджал губы и незаметно кивнул на выход из пещеры. Девушка не могла полностью прийти в себя, остатки сна все еще витали в ее голове, но сфокусировавшись, она увидела того, кого не рассчитывала увидеть.

— Я подожду снаружи. — Даррен мимолетно сжал руку девушки и тут же вышел, но Элениель не сводила глаз с Аргаса. Прекрасный, как сам грех, опасный и сексуальный мужчина быстро пересекал пещеру. По его лицу девушка не могла понять, о чем он сейчас думает. Она едва сумела подняться и смахнуть с лица растрепанные волосы, когда Аргас присел на корточки рядом с ней и притянул к себе. Он впился в ее губы нетерпеливым поцелуем, от которого у нее зашумело в голове.

— Аргас, — она нехотя отстранилась и посмотрела в его голодные глаза. Вот только думал он сейчас не о куске мяса. Ее сердце было готово вот-вот выпрыгнуть из груди, во рту пересохло, поэтому она могла говорить только шепотом. — Что ты здесь делаешь? Ты ведь ушел…

— Это они ушли…. А я загнал свою лошадь до полуобморока, пока нарезал круги по долине, не зная, что делать…. Я нашел вас на рассвете, и даже вздремнул чуть меньше часа, когда убедился, что ты спишь в пещере, а Даррен держит свои ручищи при себе. — Он посмотрел на Элениель: волосы растрепались, глаза затуманены, губы слегка припухли от поцелуя. Возможно, он перестарался, но она не может быть против. Его руки шарили по ее телу, пока он сам целовал и покусывал ее шею. — Ты рада мне?.. ты скучала, Элениель?.. Скажи, что ты моя, только моя…