Чтение онлайн

— Давай пока пододеяльник надену, — порываюсь ей помочь, но слышу в ответ только:

— Нет, я сама. Стой и жди.

Усмехаюсь, упираюсь плечом в дверной косяк и послушно жду. Осматриваю свою любовь, облизывая губы. На это нереально смотреть. Этот халат сведёт меня с ума и будет сниться всю ночь.

Как мне засыпать, если в штанах уже нещадно загорается?

Но Настя вообще удивляет. К себе забрала, вещи мои сложила, причём даже на завтра, чтобы вместе сходить к врачу. Теперь ещё и обхаживает меня так, будто я какой-то больной и безрукий.

— Всё, укладывайся, — взбивает подушку.

— Мне спокойно лежать и наблюдать, как ты пыхтишь и суетишься?

— Да, — говорит с нажимом.

— Ну ладно, — я вальяжно отрываюсь от стены, направляюсь к постели. Снимаю с себя спортивные штаны, оставаясь в одних боксерах. Мельком вижу, как Настя это замечает, мучаясь с пододеяльником.

— А что? Я привык спать в трусах.

— Да спи, я не даю, что ли? — смутившись, продолжает своё дело. Я падаю на кровать, с наслаждением слежу за этой золушкой.

Когда заканчивает, подходит ко мне, опускает одеяло рядом со мной. Наклоняется так, что я вижу её холмики. Округлившиеся, налитые… Чёрт, после беременности они выросли. Хочу дотронуться до них. Просто дотронуться! Ничего не делать.

Что-то щёлкает в голове, и я хватаю Настю за запястье. Тяну на себя, из-за чего она падает прямо на моё тело. Резко садится внизу моего живота, оседлав меня. Ощущаю каждым кубиком пресса тепло её тела…

Её ладошки на моей груди.

Удачно присела.

— Ты чего? — спрашивает, запыхавшись. Бой с пододеяльником она выиграла, но ценой своего дыхания. Бедняжка, а тут я…

Не первый раз вижу её в таком ракурсе.

Приятная картина…

— Ничего.

А пальцы сами дотрагиваются до пояса её халата.

Дёргаю в сторону.

Настя приоткрывает губы, хватая ртом воздух. Но ничего не говорит.

А я жду разрешения. Если ударит по руке — продолжать нельзя. Я и не буду.

Но Настёна сидит, ждёт, молчит.

Сильнее дёргаю за пояс, отчего узелок распускается, и полы шелкового халата падают, приоткрывая вид на женское тело. Ложбинку между грудей, плоский живот и полоску трусиков.

Вглядываюсь в её лицо, будто пытаясь увидеть там разрешение. Ну, дай же мне его!

Ничего не делает.

И пальцы сами дёргают за рукава, отчего ткань с её плеч падает и струится по рукам. Обнажает полностью грудь с твёрдыми бусинами, от вида которых в моём рту моментально образуется пустыня.

Несколько плавных движений — и Настя сама избавляется от надоедливого халата.

Зелёный сигнал. Мать его, зелёный.

Большая ладонь сама накрывает упругую грудь.

Выпускаю воздух из носа, как разъярённый бык.

Сжимаю. Легонько.

Веду вниз по линии, чётко вырисовывающейся из-за худобы Насти.

Она ёрзает, чем делает ещё хуже.

Я в полной, мать его, боеготовности.

Терпеливо спускаюсь вниз, хватаю её за бёдра. И резко переворачиваю свою девочку на бок, а затем укладываю спиной на диван. Нависаю над ней, чувствуя головокружение.

М-да, всё же удар о стеклянный столик не прошёл без последствий.

— Идиот, — бьёт меня по плечу. Вид на неё сверху ещё шикарнее. Светлые волосы разметались по подушке. Некоторые мокрые прядки прилипли к её шее, к которой я и припадаю, нежно целуя.

Слышу её стон.

??????????????????????????Твою мать…

Минус стоп-кран.

Меня срывает.

— Ещё не хочешь сбежать?

— Хотела бы — давно бы сделала, — выдыхает спустя долгое молчание. Её холодные ладони оказываются на моей шее. Проходит легонько по ней короткими ноготками, вызывая мурашки и ещё большее острое желание завладеть ею. Но на последнее, скорее, действуют её слова.

Обхватив её бедра, наклоняюсь и припадаю к сочной и упругой груди.

Прикрываю глаза от наслаждения.

Как же давно я хотел это сделать! Попробовать свою малышку на вкус.

Извращённое желание, но ничего не могу с собой поделать. Будто одержим этой девушкой.

Настин трепетный вздох и стон накаляют обстановку в моих трусах.

— Ак-куратнее, — говорит еле-еле.

— Больно? — быстро отрываюсь от неё, заглядываю в серые искрящиеся глаза. Я их обожаю. Особенно в эти моменты похоти. Они как будто становятся серебристыми, металлическими… Чудо природы, мать его.

— Нет, просто… — шепчет с раскрасневшимися щеками. — Грудь ужасно чувствительная. И я отвыкла, что кто-то касается её, кроме Сони. У меня вообще секса не было после нашего последнего раза.

Барабанная дробь в башке от её слов.

Что значит «не было»?

Нет, я понял, что тогда её слова про первого попавшегося парня и клуб были ложью, как и про секс между ними, но…

— А программист твой? Даже с ним не было? — удивлённо хлопаю глазами.

— Мы друзья! — возмущённо восклицает.

— Капец, Настён, — удивляюсь ей. И на секунду стыдно становится. Я монахом не был. Спал с другими, хотя частенько сравнивал их с Покровской. Да что уж говорить… Представлял на их месте её.

А тут делать этого не надо. Она рядом, подо мной. Ведёт своими пальчиками по моей коже. В тех местах, где она касается, словно горит. А мне и нравится.

Возвращаюсь к ласке своей девочки. Еле-еле держу себя в руках.

Пальцы уже поддевают резинку трусиков. Непроизвольно сжимаю её и дёргаю в сторону, слыша треск ткани. Она никогда не ругала меня за это, зная, что я обязательно куплю ей новые.

— Ладно, их не жалко, — выдыхает.

Выпрямляюсь, наслаждаясь видом сверху. Взгляд гуляет по её безупречному телу. Да, она похорошела с родами. Всё ещё худенькая, но эти бёдра… Схожу с ума.

— Возмещу ущерб комплектами, — уже представляю её в белом, кружевном. Чёрный для неё слишком порочен. А она для меня как ангел. — Хотя без лифчика ты мне нравишься больше.

Я готов смотреть на неё вечность. Но больше не могу сдержаться. Приспускаю боксеры на автомате, лишённый рассудка. И одним мощным толчком вторгаюсь в миниатюрное тельце.

Ногти врезаются в мою шею, а розовые губы приоткрываются, выпуская протяжный стон. Твою мать… Что ж так узко?

Раньше фраза «застрять в девушке» казалась смешной. А сейчас я правда боюсь сделать это, несмотря на влагу. Возбудилась Настя быстро. С этим у нас никогда не было проблем…