Чтение онлайн

И сильно удивилась, услышав размеренный голос:

— Скажем так — свое имя мне никогда не нравилось. Наша семья не имела знатных корней, и как-то я спросил отца, отчего меня назвали словно лорда или графа. Отец, отмахнувшись, отправил меня к матушке. Оказалось, она придумала имя своему первенцу, начитавшись любовных романов. Похоже, главные герои этих книжиц для легкого чтения были потерянные во младенчестве аристократы, которых звали непременно возвышенно и пафосно: Арчибальд, Тристан, Артур. Хорошо, хоть Апполоном не назвала… — Профессор Рин прыснул в кулак и Роанна, признаться, тоже еле сдержала неуместный смешок. — А сокращение… Что до сокращения, тут все просто. В детстве я довольно долго не выговаривал букву «р». Поэтому, недолго думая, выбросил ее из своего короткого имени. Домашние сначала возмущались, а потом привыкли. Теперь иначе и не зовет никто. Да я и сам привык…

Он оборвал речь на полуслове и остановился, как вкопанный. Профессор поспешил выглянуть из-за спины мастер с тем, чтобы тоже замереть на месте. Роанна, в свою очередь, заняв позицию по левое плечо от господина Карпентера, взглянула вперед и не поверила своим глазам.

Прямо перед ними, на расстоянии ста шагов, застыл огромный бурый медведь.

Возле медведя, протягивая к нему худенькую ручку, стояла невысокая, немного похожая на сказочного эльфа, девушка. Смуглая, стройная, с ежиком обсидиановых волос, распущенных, еле доходящих до плеч.

Лия.

Роанна раньше видела медведей, которых приручали люди из вольного народа йаху. Те медведи были низкорослые, с мутными бусинками усталых глаз, с грязной, свалявшейся колтунами шерстью, с прочным кожаным намордником, чтобы зверь не смог никого укусить. Их заставляли плясать под бубен, кувыркаться на протертом коврике лимнского плетения, стоять на задних лапах, выпрашивая плату за представление. Зрелище было печальное, и Роанна всегда недоумевала, что заставляет толпу зевак глазеть на унижения несчастного животного да еще и платить за это.

Этот медведь был другим. С блестящей густой шерстью, мощными, широко расставленными лапами, выразительными глазами, настороженно наблюдающими за подошедшими людьми. Настоящий царь леса.

Господин Карпентер отмер первым. Сделал шаг вперед. Ветка под его ногой хрупнула, медведь насторожился и оскалился, обнажив острый частокол зубов.

— Засуха подери, — прошипел мастер, — все-таки надо было взять ружье. — Лия, послушай, послушай меня, — он слегка повысил голос, — медленно отходи в сторону.

Не делай резких движений. Иди к нам, только осторожно, плавно. Давай же, ты сможешь!

Лия сморгнула. И не двинулась с места.

— Д-девочка м-моя, — вставил профессор, снова начавший заикаться, — н-нужно лишь с-сделать шаг в-вперед. П-послушай брата. П-поверь…

— Нет! — вдруг тоненько взвизгнула девушка. — Лия не пойдет! Зря пришли. Уходите! — У нее вдруг застыл взгляд и голос, которым она начала говорит дальше, промораживал изнутри, пугая своей неестественной отрешенностью и холодным безразличием: — Здесь будет страшно. Скоро… Ненависть… тьма, злоба. Но все смоет очищающий огонь. Не бойтесь за меня — за мной придет волк… Бояться надо вам. Вам всем. Вы еще можете все изменить, нужно только правильно выбрать путь…

Мастер, выругавшись сквозь зубы, придержал за рукав профессора, завороженно шагнувшего вперед.

— Стойте, профессор Рин. Если она не хочет, настаивать бесполезно. И когда она так говорит, лучше к ней не приближаться. Так уже бывало, это мы и зовем приступами. Нужно попытаться спугнуть зверя.

Медленно, очень медленно, не отводя глаз от бурой громадины, господин Карпентер нагнулся, нащупал палку возле своих сапог. Так же медленно поднялся, сжимая ее в руке и пряча за спину.

Медведь по-прежнему настороженно за ним наблюдал, переминался на месте с лапы на лапу. Но не уходил и будто даже не думал нападать.

— Ачи, ч-что ты с-собираешься делать?

— Брошу палку. Попаду, я меткий. Вспугну зверя — сам убежит.

— П-плохая идея, — зачем-то озираясь на Роанну, прошептал профессор.

— Предложите лучше! — огрызнулся мастер. — Нет? Не мешайте тогда.

Роанне пришлось немного отступить в сторону, когда господин Карпентер спокойным неторопливым движением поднял руку, размахиваясь, но застыл в нерешительности, услышав воркующий, умиротворяющий и уже нисколько не пугающий голос Лии:

— Все будет хорошо, Лия поможет. Это надо лечить… Лия не знает, как… но придумает. Больно? Потерпи… Хороший мишка, хороший…

Она снова потянулась к зверю худенькой рукой, словно хотела, но боялась дотронуться. Медведь немного переступил лапами, повернулся боком, и Роанна увидела рваную рану у него на спине. Неглубокую, но свежую и кровоточащую.

— Подождите, господин Карпентер, — она потянула мастера за руку с зажатой палкой, мешая сделать бросок. — Смотрите, медведь ранен. В таком состоянии вы его вряд ли вспугнете, только разозлите еще больше.

— Д-девочка п-права, Ачи, — не н-надо принимать п-поспешных решений.

— Поспешных? — взревел господин Карпентер, забыв, что нужно разговаривать тихо. — Не вашу сестру собирается разорвать на части огромный зверь! Предлагает просто стоять и смотреть?

— Т-тише, мой м-мальчик, т-тише, — шикнул профессор. — Н-никто пока не собирается ее р-рвать…

Медведь заворчал и угрожающе оскалил пасть, напуганный громкими звуками.

— Ачи, нет!

Но было уже поздно. Мастер, не имея больше не выдержки, ни терпения, размахнулся и бросил палку. Бросок и впрямь оказался хороший, палка метко стукнула медведя по морде. Зверь взревел, замотал башкой и вдруг встал во весь рост на задние лапы.

— Вы плохие, плохие! — услышала Роанна тонкий девичий визг.

Лия, отпрянула от разъяренного зверя в сторону, сгорбилась на земле, закрыла лицо руками. Плечи ее задрожали.

Медведь, опустившись на четыре лапы, коротко на нее оглянулся и решительно двинулся на путников.

— Роанна, бегите! — крикнул господин Карпентер, вооружаясь очередной палкой.

Роанна никогда не умела быстро бегать, а теперь страх пригвоздил ее к месту.

Поздно дернувшись в сторону, она не пробежала и десяти шагов как споткнулась о корень и упала на мерзлую черную землю, успев выставить руку, чтобы смягчить падение. Руку тут же пронзило болью. Не было ни сил, ни времени посмотреть, что с ней такое. Потому ее туту же ослепила вспышка, шумная возня, крики, рычание зверя. А потом все как будто стихло.

Она во все глаза смотрела, как профессор, вскинув руки вперед, двинулся на медведя. Из его ладоней сочился голубоватый яркий свет, который лучом бил прямо в глаза-бусины шедшему на него зверю. Медведь заворчал, остановился. Поджал лапу. Подобострастно пригнул морду к земле. Затем развернулся и, припадая на одну ногу, двинулся вглубь леса.

Когда профессор, брезгливо стряхивая с рук остатки голубого сияния, повернулся к ним, Роанна все еще сидела на земле, прижав к себе поврежденную руку. Мастер так и застыл с палкой в руке, словно не зная, куда ее теперь деть.