Чтение онлайн

Волк «Маленькая моя, извини, нужно срочно покинуть тебя. Я не знаю, смогу ли вернуться сегодня, но я хочу, очень хочу. Оставь свой контакт, что угодно телефон, адрес, эмейл. Я приеду и всё объясню. Твой Дмитрий»

Давай же не подведи меня Лисичка, дай мне знать, что тебе это тоже нужно.

Больница встретила меня неприятным запахом, тихо плачущей матерью Ника и его перепуганным отцом. Ромка ходил из угла в угол, и тормозил всех проходящих мимо врачей.

— Как там…

— Плохо, трещина в основании черепа, сломаны обе ноги и рука, повреждение внутренних органов, разрыв то ли селезёнки, то ли печени, я уже и не помню всего что говорили. А ещё ребра, сильный удар грудной клетки. Как ещё позвоночник цел, остался, загадка.

— Как он так…

— Это я виноват, недосмотрел, — Ромка понурил голову. — Он говорил, что сам прокатиться хочет, я возразил, такси вызвал. Только ты же знаешь Ник, ему, если что в голову взбредёт. А тут так быстро согласился со мной, домой поехал. А сам такси отпустил и за руль. Мне тёть Нелли, через пару часов позвонила, я сразу сюда, по пути до Завидного дозвонился, потом тебе стал бомбить.

Я повернул голову, к сидевшей неподалёку, матери Никиты, она теребила в руках платочек и шевелила губами. В голове всплывали обрывки нашего последнего разговора, как мы охраняли его с Ромкой после разрыва с Олесей, как он всегда серьёзный и рассудительный, терял голову только из-за неё. Шальная мысль разорвала мою голову.

— Тормозного пути не было, — как будто слыша мои мысли, подтверди страшную догадку Ромка.

— Нет, не хочу так думать. Отказали тормоза, у машины отказали тормоза. Надо проверить исправность.

— Уже распорядился, отгонят, и проверят. Восстановлению она всё равно не подлежит, пусть по винтику её разберут, и узнают в чём дело.

Я несколько раз кивнул головой. Неужели это она сука виновата. Может, позвонила, и что-то сказала, недаром он ко мне с бутылкой припёрся. Бл*, что это за одержимость-то такая. Я растёр руками лицо. Сел на диванчик неподалёку и прикрыл глаза. Усталость взяла своё, я задремал, но при этом слышал происходящее вокруг. Пока надрывные всхлипы не заставили меня подскочить, сбрасывая с себя остатки дремоты.

Нелли Николаевна, уткнулась в плечо супруга, тот обнимал её и поглаживал по спине, было видно, что тоже ели сдерживает слёзы. Ромка с серьёзным видом выслушивал молодого врача. Я молниеносно оказался возле них, но застал лишь обрывки разговора.

— Была остановка сердца, — говорил полушёпотом Ромыч, косясь на родителей. — Запустили. Операция ещё идёт, это интерн, вышел нам хоть, что-то сообщить. В остальном вроде всё по плану.

— Надеюсь, Завидный травматолог от бога. Сколько там, — кивнул на часы, на руке у друга.

— Почти восемь.

— Пошли хоть кофе попьём.

Мы спустились на первый этаж, к кофейному автомату, пойло там конечно, то ещё, но двойной экспрессо хоть немного бодрил. Я смотрел на проходящих мимо людей как через дымку, пока в этом беспорядочном потоке взгляд не зацепился, странную фигуру. Огромный, бородатый мужик, одетый в строгую рубашку и брюки, ему бы пошли скорее штаны и касуха, приближался ко мне.

— Доброе утро Дмитрий Алексеевич, — проговорил мужчина, протянув мне руку. — Не хотелось бы беспокоить вас в такое время, мы сочувствуем вашему другу. Я пришёл забрать браслет.

Пока я соображал, о чём может идти речь, он указал рукой на моё запястье. Браслет. Уже всё, я даже как-то сроднился с этой штукой. Расстегнул ремешок и протянул ему вещь. Это всё. Теперь меня ничего не связывает с этой игрой. Всё кончено. Только… Лисичка… выхватив телефон, стал просматривать имеющиеся на неё приложения, но не находил нужного.

— Подожди, — я догнал мужика, — как мне найти девушку, что играла со мной. Мне нужны её данные.

— Ни как, — спокойно ответил тот. — Игра закончена. Все ваши данные стёрты. Никто и никогда о вас не узнает. Ничего не было, ни вас, ни игры. Гейм овер. — со смешком закончи он и направился к выходу.

Чёрт. Я с разворота ударил автомат в боковую стенку. Как её теперь искать.

— Идём, — перебил меня Ромка. — Там Завидный нас ждёт.

Я найду тебя лисичка, ты только потерпи немного, сейчас только разберусь с Ником.

— Состояние стабильно тяжёлое, его переводят в реанимацию, но операция прошла хорошо, — доктор снял очки и потёр переносицу. — Заставил ваш друг, нас понервничать, запускать пришлось. С нашей стороны сделано всё что нужно, дальнейшее уже зависит от него. В повторной операции, я необходимости не вижу. По крайней мерее пока. После того как Никита отойдёт от наркоза, я составлю примерный план лечения.

— Я зайду к вам позже, — обратился к врачу Ромка, намекая на благодарность, то кивнул и собрался уходить.

— А когда его можно будет увидеть, — спросила Нелли Николаевна, жалобно всхлипывая. Завидный посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на Романа.

— Я могу распорядиться, чтобы вас пустили к нему в реанимацию, но он сейчас в таком состоянии, сами понимаете. Авария, операция, только бы вы не свалились рядом, при его виде.

— Я понимаю, я всё понимаю, я ненадолго, одним глазком только.

— Не более пяти минут, — доктор снова обвёл нас взглядом и добавил, — на каждого, не более двух человек. Роман Юрьевич, я из-за вас на должностной выговор напрашиваюсь.

Столько, сколько отстегнёт ему Ромыч, сгладит неприятное послевкусие, должностного выговора. А посмотреть на нашего аварийного всем хотелось. Первые конечно пойдут родители, потом зайдём мы с Ромкой.

— Димаа, — раздалось жалобное, где-то недалеко от меня.

— Олеся, — удивился я, — ты как тут?

— Это правда, он разбился? — девушка не была похожа сама на себя, всегда с идеальной укладкой и макияжем, сейчас она стояла передо мной растерянная и надломленная. Не накрашенная, с красными глазами и припухшими веками, бесконечно облизывая пересохшие губы и терла уже раскрасневшийся нос.

— Да Олеся, состояние тяжёлое, много переломов и травм, сейчас переводят в реанимацию, уже прооперировали, но была остановка сердца. — я говорил твердо, чеканя каждое слово. Вроде и не она виновата в дурости Ника, но… мне просто нужно было кого-то обвинить, и я выбрал её, ту которая сводила моего друга с ума и свела, кажется.

Только такого эффекта, от своих слов, я не ожидал, Олеся вдруг упала на колени и буквально взвыла, как раненый зверь. Теть Нелли подбежала к ней и стала успокаивать, Ромка пытался поднять и поставить на ноги, но она валилась снова. С помощью медперсонала, нам удалось усадить её на диван и дать успокоительное.

— Олеся, он ещё живой, — с нажимом произнёс я. — И сейчас от него, как и от нас тоже, зависит его дальнейшее состояние. Нас пустят в реанимацию к Нику, но на пять минут, и… без лишних эмоций, закатишь истерику там, и всех выгонят. Ты поняла.

Девушка часто-часто закивала головой. Пусть идет с Ромкой, я после них. Одну её туда точно отпускать нельзя. Мы дождались, когда выйдут родители Никиты, на матери не было лица, но она попыталась изобразить одобрительную улыбку, пропуская следующих в палату.