Чтение онлайн

— Должно быть, я неверно завязала узел, — пробормотала я, не дав ответить Дмитрию.

— Ты? — быстро окинув меня взглядом, вернул его на парня. — Дима, ты не проверил?

Водитель, склонив голову, покачал ей в отрицательном жесте и признал ошибку.

— Доверился вам как ребёнок! — вспылив, Максим развернулся и ушёл.

— Помнишь, чему я тебя учил? — услышала я слова тренера, предназначенные не мне. — Никому не доверяй, Дима! Проверяй сам!

Илья был высоким мужчиной крепкого телосложения. Такой мог запросто подстраховать и слона, взбирающегося на стену. Что уж говорить о нас. А меня он, казалось, может одной своей ручищей поднять, не напрягаясь, как пушинку. Но, несмотря на грозное тело, его добрые глаза и милая улыбка выдавали в нём хорошего человека и старого приятеля для этих двоих.

— Давай! — хлопнув по плечу Дмитрию в знак прощания, Илья удаляется вслед за Виленским.

— Что ж, Валерия Игоревна! Надеюсь, вы не намерены лишить меня высокооплачиваемой работы, оставив меня с женой и новорожденным сыном без средств?

— Дмитрий, я не хотела!

Водитель ничего на это мне не ответил, лишь кивнул головой, принимая мои жалкие оправдания. Переодевшись в спортивный костюм, я вернулась к машине, где меня уже ждали. Молча сев на заднее сидение, предпочла ехать без разговоров и смотреть в окно. Когда машина остановилась у площадки с вертолётом, осознала, что меня везли не домой, а значит, приключения продолжаются.

— Прыжки не отменяются? — уточнила у Максима на всякий случай.

— А ты специально это сделала, чтобы я проиграл? — спросил он в ответ, нахмурив брови.

— Нет.

— В таком случае, изменению подлежат условия выполнения. Ты слушаешься меня и выполняешь то, что велено. Если, конечно, у тебя нет цели свести с жизнью счёты, — под застывшим внимательным взглядом мужчины я отрицательно мотаю головой, а он спокойно продолжает, словно не был разъярён некоторое время назад. — Прыгать будешь со мною в связке, пока не убилась сама или не покалечила инструктора.

— А за себя, стало быть, не боитесь? — не удерживаюсь от колкости.

— Это тебе не под силу, — впервые улыбнувшись за это время, отвечает он.

На вертолёте мы добрались до базы аэроклуба. Самолёт уже был готов и ждал только нашего прибытия. Я снова слушала инструктаж от Виленского, пытаясь сконцентрироваться и хоть что-то запомнить. Получалось не очень, нужные мысли убегали прочь, а другие заставляли думать о том, что же движет этим человеком. Любит сложности? Забавляется? Увидев, что мыслями я где угодно, но не с ним, он вздохнул и прошептал: «расслабься, я всё сделаю сам».

Сезон для прыжков подходил к концу, но с погодой нам повезло. Солнечный световой день подходил к концу, а ветер был слабым. Полностью доверившись Максиму, я наслаждалась нашим падением. О высоте в четыре тысячи метров я не переживала. Знала, что защищена от всего. Он об этом побеспокоился и всё предусмотрел. Мне начала безумно нравиться эта черта. Наверно, это здорово быть окружённой заботой такого мужчины. А может, я просто пьяна от вина и высоты. Адреналин, кажется, заполнил собою каждую клеточку моего организма. Небольшой толчок, и вот парашют раскрыт.

— Ты не боишься высоты. Почему? — интересуется Максим.

— Не уверена, что знаю ответ. Просто она мне нравится.

Я мечтала о таком моменте. Хотелось ощутить свободу, безмятежность. Застыть в мгновении полёта, словно птица, и забыть о проблемах. Мечта оказалась куда ближе, чем я могла представить. Возможно, сама судьба столкнула нас и мне не стоит отталкивать Максима.

— Такую же страсть к высоте я наблюдал у моего брата, — снова нарушил молчание Виленский. — А меня всегда манила скорость.

— Странно, — высказала своё предположение вслух.

— Что именно?

— Любовь к скорости обычно присуща темпераментным людям, не умеющим ждать. А вы, я наслышана, в силу своей профессии часами можете прорабатывать детали. Для этого нужно обладать огромной силой воли.

— Я её в себе воспитал. Пришлось.

Приземление произошло плавно. И оказавшись на земле, мы наблюдали закат. В ожидании машины с инструктором аэроклуба, которая должна была нас забрать, Максим рассказывал то, что знает о прыжках и парашютах и истории о них из своей жизни. Я, не пряча своего восхищения, разглядывала мужчину. За каких-то пару часов, проведённых сегодня вместе, он смог привлечь к себе всё моё внимание, пробраться в мысли и впечатлить. Словно Максим открывался для меня с разных сторон не только как директор и профессионал, а как мужчина, личность.

— Мне кажется или ты хочешь меня о чём-то спросить? — Виленский приобнимает меня, заметив мою дрожь от прохладного ветра. Спрятал меня как в коконе, обхватив и прижав к себе своими руками.

— Не спросить, а попросить, — смелею, уткнувшись головой в его грудь. Его спортивная ветровка была расстёгнута и не помешала спрятать мои руки, обняв мужчину за талию. Со стороны наши объятия смотрелись как объятия соскучившихся влюблённых. И так мы продолжали беседу. — Удиви меня!

— Чем? Автокроссом? — слышу озадаченный, но весёлый голос. Максим сосредоточен на разговоре, а я, согревшись, начинаю руками блуждать по его спине.

— То есть про скорость ты не шутил?

— Нет. Разумеется, в соревнованиях я не участвовал, и такого желания не возникало. Но с другом гоняем периодически. Ему — тренировка, мне — сброс напряжения после рабочей недели. Хочешь, поедем прокатимся, как прилетим?

— За руль? Мы же пили. В тебе бутылка вина, — немного отстраняюсь от горячего тела и заглядываю Виленскому в глаза.

— Значит, до этого, подвергая наши жизни опасности, ты про вино благополучно забыла, а теперь испугалась? — точно! А ведь я об этом совершенно не переживала, будучи и ощущая себя опьянённой. Максим, на мой взгляд, таким не казался. Это исказило моё восприятие действительности. Кажется, прийти в себя меня заставил адреналин, действуя отрезвляюще. — Лерочка, ты сегодня явно рассеянна. Я выпил лишь два бокала, которые испарились, когда я ловил тебя на скалодроме. И поверь, сильно за тебя испугался. А вот на твоём счету оставшиеся полторы бутылки.

Да, неловко вышло. После поцелуя он определённо действует на меня одурманивающе. Я была столь увлечена планом «утереть нос директору» и его осуществлением, что не обращала на ужин внимания. Но сколько бы я ни выпила, в этот момент я чувствовала себя прекрасно. Снова прильнув к груди Виленского, решаю предоставить ему самому выбор следующего места нашего пребывания.

Долго мёрзнуть не пришлось, нас быстро забрали. Также оперативно мы вернулись в город. Всё ещё хмурый Дмитрий по распоряжению Максима привёз нас на автодром, находящийся на окраине города. Не так я себе его представляла. Вместо идеально ровной асфальтированной дороги передо мной предстали широкие трассы с грунтовым покрытием, огороженные с двух сторон отбойниками в особо опасных участках. Несколько кольцевых трасс отличались между собой продолжительностью и сложностью дистанции, наличием и отсутствием подъёмов и спусков, ям и трамплинов. Максим знал про автокросс даже больше, чем про прыжки. Рассказывал с таким упоением, что к моменту прибытия сюда я знала правила гонок и классы модифицированных автомобилей. Мне предстояло прокатиться с Виленским на его любимом трансформированном Опеле, принадлежащем другу, по относительно лёгкой трассе.

— Валерия, это мой хороший друг Игнатьев Николай Степанович, — начал знакомить меня Максим с подошедшим к нам мужчиной. Крепкий, спортивного телосложения, с татуировками по всей правой руке до запястья, стильно и молодёжно одетый в рваные синие джинсы и чёрную футболку с абстрактным принтом Николай с лёгкостью сошёл бы за сорокалетнего мужчину, если бы Виленский не сказал, что они одногодки. В высоком брюнете с лёгкой проседью на висках и с голубыми глазами я уловила знакомые черты.

— Любитель и участник гонок, учредитель, спонсор и, — сделав паузу, Максим обратился к другу. — Кто ты ещё?