Чтение онлайн

Крис выбрал меня подсознательно, потому что потянулся к свету, когда тонул во тьме. Но не понимал, что этим он его гасит. Идея выбрать жертву на собственной вечеринке пришла друзьям случайно. Это было весьма рискованно, что, несомненно, придало им решимости. Дальше всё должно было быть как прежде. Накачав спиртным, наркотиками или снотворным, девушек похищали. Друзья вместе пользовались и издевались над жертвами, а наигравшись, их убивали.

Я внесла раздор в их слаженный механизм. Крис отказался от жертв друзей, проводя всё свободное время со мной. Но они требовали своё. Тогда он схитрил, обыграв их в карты. А своим выигрышем назначил мою неприкосновенность. На меня у Криса были свои планы. Во мне он увидел ту, которую рисовал в своём воображении, но не надеялся реально встретить. А моя задержка дала основания считать, что он создал нашу семью. Он говорил мне о своём желании иметь от меня ребёнка и уехать со мной в другую страну. Но сначала я должна буду вернуться домой, откуда он меня заберёт, как уладит тут свои дела.

О моей семье он не спрашивал, как и о том, хочу ли я жить с ним. Он всё решил за меня. Я не хотела ему рассказывать ничего о себе больше того, что он мог узнать в университете. Перечить я не стала, не в том положении находилась. Мне бы только уехать домой, а там я скроюсь, если такая больше не буду нужна Максиму.

Когда настал день Х, я видела Криса последний раз. В этот день они завершали очередную игру, но только для меня был иной план. Меня ждало снотворное, обеспечивающее мне сон на пару часов, и дорога в парк, где меня должны будут обнаружить. А я в свою очередь должна буду молчать, изображая, что ничего не помню, и моё временное исчезновение не свяжут с пропажей других трёх девушек.

— Ты лучшее, что было в моей жизни. Береги его, — сказал напоследок Кристиан, положив руку на мой живот и нежно его погладив. — И себя тоже. Я приеду примерно через месяц или два.

— Мама прилетела за мной перед тем, как меня нашли, так как я больше месяца не давала о себе знать. Только ей я рассказала, что случилось со мной на самом деле. И она решила, что отцу мы скажем о похищении с целью выкупа. Иначе я могу не возвращаться домой. Он не поймёт и не примет меня такой, — продолжала свою историю Маргарита, едва притронувшись к еде. Она смотрела мне в глаза, не отрываясь. Я видела все её эмоции и чувствовала, что ей нужна моя поддержка. — Мама разработала целую схему по выходу из сложившейся ситуации без потерь. Вернувшись домой, она в разговоре с отцом настояла на том, что похищение сказалось на мне не лучшим образом, у меня стресс, и мне необходимо путешествие, чтобы отвлечься и всё забыть. На самом деле мы с мамой улетели в Италию на операцию по восстановлению утраченной мной девственности.

— А как же ребёнок? — в голове пронеслась мысль о старшем сыне. — Андрей Максимович… он…

— Я не была беременна. Видимо организм среагировал таким образом на стрессовую ситуацию, — перебила меня Марго, понимая к чему я клоню. — Андрей родился спустя два года после этих событий. Он тоже, как и младший, сын Максима.

— А по возвращении вы вышли замуж за Виленского, правильно?

— Да. Мама видела, как я избегаю любого столкновения или общения с мужчинами и парнями. И попросила помощи у своей близкой подруги, которая работала психологом. Она же нам помогла и с клиникой в Италии. Наталья Константиновна озвучила маме то, в чём я не могла признаться самой себе. Я стала всех бояться, меня пугала возможность сексуального контакта. И с момента возвращения домой меня мучили ночные кошмары с тремя несостоявшимися мучителями в главной роли. Тут мама вспомнила про Виленского, решив, что он моя единственная надежда. Она сделала для этого всё. А главное — нашла подход к отцу.

Максим был выставлен будущей тёщей как молодой, умный и перспективный управленец их фирм и состояния, который его преумножит и будет действовать только в их интересах. Ведь на него не окажут влияния родители, владеющие другой половиной акций компании, как получилось бы с другим кандидатом на вакантное место зятя. К тому же он влюблён в их дочь, а это ещё одна нить для своих манипуляций. Да, отца Маргариты волновал лишь успех его дела. А дочь стала дополнительной возможностью, которой стоило воспользоваться, как он считал, на их общее благо. Какие-либо слова о чувствах, о любви были для него пустым звуком. Расставив акценты правильно, её мать выиграла для Марго счастливый билет.

— Максим ничего этого не знал?

— Нет, я не смогла. Он был так счастлив, получив разрешение отца на брак. Много раз я собиралась начать разговор, но при встрече с ним терялась. Доверять мужчинам, кроме Максима, меня отучили. И если бы не он, я никогда не вышла бы замуж и не завела отношений. Я стала опасаться узнавать людей ближе. Представляла, что могу через месяц проснуться не с мужем, а с монстром. И только в одном человеке я была абсолютно уверена. Не знала лишь возьмёт ли он меня в жёны после случившегося или навсегда отвернётся. Я струсила сказать правду и хотела познать счастье с ним. В брачную ночь меня трясло от страха так, что у Максима не возникло сомнений. А мои рыдания утром он отнёс к боли. Только в моём случае она была не физической. Я страдала от этой лжи, но признаться не могла.

Так в жизнь Марго на постоянных началах вошла Наталья Константиновна. Она помогала справляться с мыслями, избавляла от кошмаров. На протяжении нескольких лет её сеансы носили регулярный характер. Потом у Виленских появились дети, и общение с психологом постепенно стало сходить на нет.

— Страх быть пойманной ещё долго жил со мной. Я постоянно ждала, что вот-вот Кристиан окажется передо мной и моему счастью с Максимом придёт конец. Время шло, а мой покой нарушала лишь память. Но дети и наша с мужем забота о них стёрли яркость прошлых событий, заменив самыми чудесными мгновениями.

Пару минут Маргарита молчала, глотая слёзы и запивая их водой.

— Всё изменила потеря ребёнка. Я хотела подарить Виленскому дочь, но поздний выкидыш украл эту мечту. В больнице вернулись мои кошмары, я почти не спала по ночам. И когда вернулась домой, Максим, сам того не зная, совершил ошибку. Он тихо подошёл со спины и обнял меня за плечи. Так любил делать Крис и его наглый дружок Рик. Так начинались мои кошмары. Рик подкрадывался сзади, а Крис в моих снах не успевал меня спасти. Я умирала каждую ночь.

«Ненавижу! Я ненавижу тебя, слышишь! Не прикасайся, меня тошнит от мужских рук».

— Но наяву, когда я обернулась, вместо Виленского передо мной стоял Кристиан. Я снова видела его полные тепла и надежд глаза. Он будто сочувствовал мне и в тоже время осуждал. Со мной играло моё воображение.

«Больше не смей! Я тоже умерла!»

— Я говорила Крису, но слышал меня Максим. Чуть позже я устроила Виленскому скандал, наговорив кучу гадостей, а он молча меня жалел. Через пару дней, немного придя в себя, я рассказала ему всё. Я ожидала взрыва эмоций, а получила тишину. Когда я начала признание с обмана, Макс улыбался, не верив мне. И по мере продолжения грустнел. Задумавшись, Виленский развернулся и вышел из комнаты, покинув на несколько дней наш дом, — на этом моменте Марго разрыдалась. Воспоминания явно тяготили женщину, мешая двигаться вперёд. Но только она сама должна победить своих демонов. Ни я и ни кто-то другой за неё. — Предположение, что мне станет легче, оказалось ошибочным. Особенно тяжёлыми были эти дни без Макса. Я решила, что он ушёл от меня. Возможно, больше не захочет видеть. Но он вернулся таким, словно я ему ничего не говорила. Максим простил и прошлого мы более не касались. Наши отношения изменились только в спальне. Меня начали преследовать панические атаки, с которыми Виленский пробовал справиться сам. Его попытки длились около года, прежде чем он сдался. К сожалению, сил перебороть себя не нашлось. То время я словно не жила, а существовала в какой-то прострации. Совсем выйти из состояния отчуждённости меня заставили обстоятельства. Мы взяли к себе племянника, после гибели брата Максима. Его мать сама была погружена в горе и нуждалась в помощи, поэтому в заботе о ещё одном ребёнке я наконец-то пришла в себя.

— Если хотите услышать моё мнение, то вы сами себя не простили. Не виноваты, но вините себя, наказываете так, — резюмируя услышанное, я решила озвучить свои мысли. — Только страдает от этого больше человек, которого вы любите. Вам не кажется это жестоким, Маргарита?

— Возможно.

— Я не могу вам помочь. Никто не сможет. Конечно, если Максим Викторович будет интересоваться встречей, я скажу, что из-за загруженности отказалась от работы с вами. Даже не солгу при этом. Я сейчас действительно занята несколькими проектами. А насчёт вашей просьбы, — я замолчала, не зная, что сказать. Уверена, Максим отвергнет любые мои предложения расстаться раньше обозначенного срока. — Я подумаю, что можно сделать, но ничего не обещаю.

— Спасибо, — ответила Марго, положив свою ладонь на мою руку. — Мне важна любая твоя помощь. Надеюсь, сейчас ты меня понимаешь.

— Маргарита Александровна, я попытаюсь. Но будет куда эффективнее, если вы вернётесь в постель мужа как женщина. Он всё ещё ждёт вас, скучает и зовёт меня вашим именем, — резко отдёрнув ладонь, я поднимаюсь из-за стола. Решаю уйти и дать ей возможность подумать наедине с собой. — Если вы его любите!

Последнюю фразу я обронила намеренно, желая подтолкнуть её к правильному решению. Вообще, всё произнесённое мной было жестоким по отношению к Маргарите. Но по-другому я не знала, как её взбудоражить. При разговоре её глаза и эмоции рассказывали мне не меньше, чем она сама. Я видела в ней и маленькую девочку, попавшую в беду и не знающую как из неё выбраться, и разъярённую львицу, готовую вот-вот накинуться, защищая то, что ей принадлежит. И победить должна львица. Ревность должна способствовать этому.