Чтение онлайн

Внезапно, Шон уже был рядом, стоя надо мной: - Эвери, ты в порядке? Скажи что-нибудь, - Он порывисто стал убирать волосы с моего лица, пытаясь разглядеть, не ранена ли я.

Я села на месте, смеясь. Волосы волнами разбросаны по плечам и спине. И все в снегу: - Я на санях – это отстой.

Шон ухмыльнулся, стараясь не засмеяться. Он присел рядом со мной на снег. Шон не мог больше сдерживаться: - Это мягко сказано. Считаю, твои санки невзлюбили тебя, - хихиканье и смешки стали пробиваться сквозь меня, я больше не могла их сдерживать. И вот я уже вовсю смеюсь, слегка похрюкивая, и едва могу усидеть на месте. Я смеялась громко и долго, держась за живот, чтобы он не взорвался от смеха.

Шон смеялся вместе со мной. И звук его смеха был словно музыка. Такой глубокий и насыщенный. Он был счастлив в такие моменты. Ничто не давило на него, ничто не разрывало на части. Шон откинулся назад и лег рядом со мной на снегу.

Когда смех сошел на нет, я уставилась на серое небо. Небольшие снежинки продолжали падать, но они уже были меньше. Становилось холоднее.

– Я беспокоюсь о тебе, понимаешь, - Шон смотрел на меня. Я развернулась лицом к нему, не совсем понимая, о чем он. – Пунктик по поводу холода, это… - он вздохнул, и его слова иссякли.

– Это что? – я слегка насупилась. Это мое единственное чумовое отклонение, не считая бесед с родителями, но мне это необходимо. И я буду защищать это чувство, то, каким образом я справляюсь.

Как и Шон. Черт побери. Я сжала зубы. Выживание есть выживание.

Поток разных мыслей наводнил рассудок, но Шон заставил меня забыть о них, придвинувшись ближе. Приподнявшись на локте, он возвышался надо мной. Сняв перчатку, он коснулся моей замершей щеки, пока всматривался мне в глаза: - Это пугает меня, так как это так на меня похоже. Не желаю, чтобы ты была бесчувственной, Эвери. Все это гадко – проживать жизнь, ничего не ощущая. И раз ты решила жить таким образом, больше не будет пути назад. И я волнуюсь за тебя, потому что мне кажется, что ты все еще рассматриваешь такой ход событий.

Прикосновение Шона было так приятно ощущать на щеке. Закрыв глаза, я прильнула к его руке. Холод пробрался под одежду, и дрожь прекратилась. И в этот момент, когда нормальные люди спешат в помещения, чтобы согреться, я делаю наоборот. Мне нравится это чувство. Нравится, когда бесчувственность переходит в боль. Знаю, как с этим справляться. И понимаю, как нужно реагировать.

Сжав губы, я наблюдала за его обеспокоенным лицом: - Я все еще рассматриваю эту идею, - ответила я. – Совсем немного. Но это не только отсутствие эмоций – это еще и боль, - Сердце бешено стучало. Взгляд, который он устремил на меня, мог растопить рядом лежащий снег за секунду.

Шон нагнулся ко мне, и мы были так близко, наши губы почти соприкасались. Он смотрел на меня сквозь опущенные ресницы. Взгляд смещался с моих глаз на губы и обратно: - Есть более безопасные способы ощутить боль.

Все внутри сжалось. Я так хотела поцеловать его. Он был так близко, но не шевелился: - Такие, как быть с Вами в постели, Мистер Джонс?

– Как один из способов, да. Обдумай это. Так безопасней. А то ты закончишь тут с обморожением или гипотермией (1. пониженная температура тела 2. искусственное понижение температуры тела с лечебными целями – прим. пер.) – Шон перестал говорить, продолжая смотреть на мои губы.

– Есть что еще сказать, Джонс?

– Нет, больше нет смысла что-то говорить, - Он сократил расстояние между нами, и будто вспышка электричества прошлась сквозь тело. Я уже была возбуждена до предела, а когда он прикоснулся ко мне, я была готова улететь в никуда. Когда его губы прижались к моим, я могла чувствовать тепло, исходящее от него, и на какое-то время это было лучше холода.

Поцелуй был нежным, осторожным. Шон облизнул краешек моих губ, и я открылась для него. Его язык переплетался с моим, в то время как бабочки запорхали в животе. Они ощущались во всем теле, пока я полностью не пришла в себя. Спина замерзла, а спереди все было окутано теплом из-за Шона, лежащего на мне. Одно его колено вклинилось между моих ног. Я толкнулась бедрами навстречу ему, когда поцелуй углубился. Нас медленно укрывало падающими снежинками, пока мы лежали там, едва шевелясь.

Шон отстранился, почти задыхаясь: - Давай, вставай. Мы не для того добирались сюда черт знает сколько времени, чтобы скатиться с холма лишь раз, - Он поднялся и отряхнул джинсы от снега.

– Дважды, - уточнила я и поднялась. Отряхивала с себя снег, и в тоже время улыбаясь: - Ты, вообще-то, съехал дважды.

Коварно ухмыляясь, Шон глянул в мою сторону: - О, совсем забыл об этом. И я должен тебе наказание, - То, как он это произнес, заставило все во мне сойтись в приятной судороге. Я сразу же перестала заниматься собой и остановилась. Я была захвачена его взглядом, словно птица в клетке. Он сделал шаг ко мне, и я тяжело сглотнула. Руки Шона сомкнулись у меня на талии, и он притянул меня ближе к себе: - Хочешь, чтобы я сделал это сейчас или позже?

О чем вообще он говорит? Я думала, это была шутка. Но, смотря в его глаза, я понимаю, что это далеко не так. Я издала нервный смешок: - Наказать меня? Знаешь, тебе пора не так серьезно воспринимать все свои задумки и желания.

– Прости, что это сейчас было? – Он поднес ладонь к уху как старик, будто плохо меня слышит, и нагнулся ближе к моему лицу: - Я правильно расслышал: ты хочешь получить свое наказание сейчас?

– Нет! – рассмеявшись, я оттолкнулась подальше от него.

– А я думал, это именно то, что ты сказала. Это прозвучало так, знаешь: «Шон, я действительно очень плохая девочка и хочу этого прямо сейчас», - То, как он это произнес, вместе с его взглядом, заставило даже мои пальцы на ногах подогнуться от предвкушения. Почему он кажется еще более горячим, когда выделывает вещи, подобно этим?

Я выставила вперед руку и стала пятиться назад с огромной улыбкой на лице: - Полагаю, Вы плохо меня расслышали, старина.

Рот Шона слегка приоткрылся, а затем он резко дернулся ко мне. Его плечо стукнулось о мое, и мы вместе рухнули на землю. Я приземлилась спиной вниз, но Шон удержал мою голову. Через какое-то мгновенье, он уже сидел на мне верхом, держа мои руки крепко над головой: - Старина, - поддразнил он, - Ты очень хорошо знаешь, как возбудить мужчину.

Я засмеялась и постаралась выкрутиться из его хватки. Когда это не увенчалось успехом, я ответила: - Хочу свое наказание позже. Позже!

Шон рассмеялся и покачал головой. Его темные волосы были влажными от снега: - О, я так не думаю. Посмотрим, что будет более подходящим за то, что ты напугала меня до смерти? И столкнула с холма?

– Что? Почему это я должна получить два наказания?

– Вообще-то их должно быть даже три – ты потом также и убежала, - Шон выпустил одну мою руку и попытался удержать меня на месте коленом. Я могла спустить эту руку вниз, что и сделала. Схватив горсть снега, я кинула ему ее в лицо. Он пораженно посмотрел на меня: - Не могу поверить, что ты только что сделала это.

Перед тем, как я успела хоть что-то ответить, Шон резко перевернул меня на живот, чуть спустил мои штаны и три раза отшлепал. Взвизгнув, я попыталась высвободиться, но его хватка была слишком сильной. Когда его ладонь касалась кожи, холод продлевал неприятный зуд после удара. После очередного шлепка, Шон засунул руку внутрь моих штанов сзади, но спустя всего мгновенье вытащил ее. Я не поняла, зачем он это сделал, пока он не отпустил меня, и я не поднялась на ноги. Я завизжала, прыгая в разные стороны. Он засунул мне в штаны кучу снега. – О, Боги! Ты – придурок! Черт! Черт! Черт! – Я скакала на одном месте, хлопая себя по заднице, стараясь избавиться от снега.