Чтение онлайн

Прикидываю, какие лучше заказать для сна, и чтобы Артур мог принимать сидячее положение без напряжения в пояснице.

Захожу в ванную комнату. Ее отремонтировали, видимо, перед продажей дома. Душевая кабина сделана современно. Без поддона, в один уровень с полом.

Идеально! Не придется перешагивать через высокие бортики.

Но всё же я отмечаю в уме: нужно заказать и установить пару хромированных поручней.

Даже если Щербинский будет ворчать, что он не старик, безопасность превыше всего. Первые недели после операции не помешает страховка.

Выхожу в коридор и нажимаю кнопку вызова мини — лифта. Хорошо, что он здесь есть.

Первое время лестницы для пациента под запретом. Обойдемся без лишних нагрузок на позвоночник.

Я проверяю, насколько плавно движется кабина. Всё работает как часы.

Иду в свою спальню и достаю блокнот. Составляю предварительный список необходимого.

Хожу по дому, делая пометки в блокноте. А телефон в кармане то и дело оживает.

Незнакомый номер. Настойчивый в своем желании достучаться.

Я не беру трубку. Точно знаю: если я понадоблюсь Артуру, он наберет со своего личного номера или свяжется через помощников. Разговаривать с кем — то ещё у меня нет ни сил, ни желания.

И в глубине души я догадываюсь, кто скрывается за этими цифрами…

Когда дела закончены, я иду в душ. А стоит мне выйти и накинуть халат, как снова вижу уведомление. На этот раз в мессенджере.

Открываю, и пальцы невольно сжимают телефон.

«Ты не слушаешь ни меня, ни сестру, Аня. Совершаешь огромную глупость. Но я помогу тебе, даже если ты брыкаешься. Ты не должна работать на этого человека! Скоро на столе у Вадима Михайловича, владельца клиники, будет лежать твое полное досье. Когда твой работодатель увидит его, он сам разорвет контракт. Я укажу там всё: каждый твой врачебный промах. Даже те, о которых ты забыла».

Виктор…

Опускаюсь на край кровати. По спине пробегает холодок.

Я знаю, на что он способен. Как главный врач, он имеет доступ к разным архивам. Тем более, с его умением «наводить мосты».

Виктор из тех людей, кто знает, кого подмаслить, кого сделать своим должником. А кого — другом.

Если плохого досье нет, он его сфабрикует. Добавит пару роковых ошибок, припишет халатность — и вот я уже не квалифицированный специалист, а опасный дилетант.

Мои мысли мечутся. Артур... Как он отреагирует?

Он человек неглупый, но у него скоро операция. Ему нужны покой и уверенность в тех, кто рядом, а не мои бесконечные «скелеты в шкафу» и разборки с бывшим мужем. Ему просто надоест этот шум.

А ещё есть Вадим. Они с Давыдовым, хирургом Артура, совладельцы клиники. Но Игорь больше практик, а его партнер занимается всей административной работой.

С Вадимом Михайловичем я знакома лишь мельком. Если Игорь вызвал у меня симпатию, то Вадим показался человеком неоднозначным. Себе на уме.

И как сказала Мари, он фанат репутации клиники. Что в целом логично. Любое пятно на ней, на сотруднике, для него — катастрофа.

Если Виктор подсунет ему фальшивку, Вадим может не захотеть разбираться в хитросплетениях моей личной жизни. Он просто укажет на дверь, чтобы не рисковать именем заведения.

Первая реакция — позвонить Артуру. Рассказать всё прямо сейчас, пойти на опережение.

Но я вспоминаю его категорическое: «Не беспокойте меня всяким мусором».

Для такого человека, как он, мои разборки с бывшим — именно мусор. Мелкие дрязги, которые не должны его касаться.

И что именно я ему скажу?

«Артур, мой бывший на меня копает? Что — то соврет, но я не знаю, что?»

Это звучит странно.

Я не хочу оправдываться раньше времени. Не хочу защищаться от обвинений, суть которых ещё сама не знаю.

Если я ни с того, ни с сего начну убеждать, что в моей карьере всё было чисто, это будет выглядеть, будто я пытаюсь скрыть правду.

Всё слишком мутно и неопределенно….

Утро в усадьбе снова тихое. После тревожного сообщения от бывшего мужа я спала плохо..

Артур больше не звонил и не писал. Первое и последнее сообщение отправил, когда садился в самолет.

За завтраком пытаюсь осторожно расспросить домработницу.

Она лишь качает головой: «Артур Антонович не сообщал, когда вернется».

Этого и следовало ожидать. В этом доме каждый знает свое место и лишнего не болтает.

Но вполне возможно, она ничего не знает на самом деле.

Сегодня я решаю никуда не выезжать с усадьбы. Да мне никуда больше и не надо.

Надеваю куртку и кроссовки, выхожу прогуляться по территории у дома.

Олега, моего водителя, нигде не видно. Охрана кивает в знак приветствия, но в разговоры не вступает.

Я решаю пройтись.

Снег лежит неровными пятнами, местами он совсем подтаял, обнажая темную землю и пожухлую траву.

Я медленно иду по дорожкам сада. Усадьба огромная.

Видно, что лет десять — пятнадцать назад здесь жила большая семья. В глубине сада я нахожу деревянную беседку с резными перилами и детскую площадку.

Краска на качелях облупилась, а горка сломана.

Когда — то здесь было уютно и шумно, хозяева явно любили этот дом. Но потом наступило запустение.

Теперь Артур купил это место, чтобы устроить себе «крепость» на время восстановления после операции.

Интересно, а какой его настоящий дом? Тот, что в Москве. Это такой же величественный особняк или городская квартира холостяка?

Я вспоминаю то немногое, что успела найти о нем в интернете. Когда студентка Мари предложила мне эту вакансию, я первым делом залезла в сеть.

Информации о Щербинском мало.

Пишут, что Артур женился лет в двадцать пять — двадцать семь. Брак продлился около пяти лет и распался. О причинах — ни слова.

Были ли у них дети? Об этом интернет тоже молчит.

После развода его часто видели с разными спутницами, что логично для такого мужчины. Он активен и не подавляет своих желаний — взять хотя бы тот пункт об интиме в нашем контракте…

Хм, странное дело, но я не чувствую в нем бабника. Он не кажется мне неразборчивым.