Чтение онлайн

Он говорит это серьёзно, но… в глазах пляшут чертики.

— Может быть... мы поставим рацию? — предлагаю я.

Артур усмехается и делает шаг ко мне.

— Вы серьёзно, Анечка? Скажите спасибо, что я не заставляю вас спать со мной на одной кровати и слушать мое дыхание во сне. Не сбилось ли оно.

Я широко распахиваю глаза. Он это серьёзно?

— Пока не поздно, — советует Щербинский, — соглашайтесь лучше на первый вариант.

Уф… И как с ним спорить?

— Какая из них моя? — спрашиваю я, оглядывая комнаты.

Артур равнодушно ведет плечом.

— Выбирайте любую. Вот здесь присоединена ванная комната. Вы можете закрыть дверь со своей стороны и не пускать меня в нее.

Я смотрю на него во все глаза.

— В огромном доме всего одна ванная?

Артур не выдерживает и смеётся.

— Нет, Анна, конечно же, нет, — он заканчивает серьёзно, — эта ванная только ваша. Вашему комфорту ничто не будет мешать. Но вы же понимаете, что как пациент я прав. Мне нужно, чтобы вы были рядом.

Я вздыхаю.

Ловлю в его взгляде мимолетную вспышку торжества и какого — то странного умиления. П — ф-ф…

Ухожу к себе и плотно закрываю ту самую дверь.

Артур сдерживает обещание и больше меня не беспокоит.

Мы желаем друг другу доброй ночи. Он говорит, что ляжет пораньше из — за утреннего вылета.

Я долго вожусь: разбираю вещи, принимаю душ.

Уже ночью сажусь у туалетного столика прямо возле смежной двери. И вдруг застываю.

Из — за стены доносятся звуки. Глухие, болезненные стоны.

Я приоткрываю дверь.

В комнате царит полумрак, но я вижу его. Артур лежит на животе, смяв под собой одеяло. Не лучшая поза для травмированной спины.

И она дает о себе знать. Он стонет во сне от боли.

Беру из своей аптечки обезболивающий гель и иду к пациенту.

Артур в одних черных боксерах… На мгновение я цепенею — мой босс выглядит пугающе притягательным и уязвимым одновременно.

Тут же одергиваю себя: я врач.

Я увижу его в таком виде ещё много раз. А может, и вовсе без одежды... От этой мысли меня бросает в жар, и я поспешно отгоняю ее.

Осторожно перекатываю его на бок. Вынуждаю чуть разогнуть ноги, лечь прямее. Но оставляю себе доступ к спине.

Кожа под моими пальцами горячая. Я начинаю втирать гель плавными движениями, чуть разминая зажатые мышцы.

Мои руки двигаются все увереннее. А его дыхание постепенно выравнивается, стоны затихают.

Пора уходить. Я убираю руку.

Он вдруг произносит хрипло, почти шепотом:

— Док... с вашей рукой спине гораздо лучше. Можно ещё немного?

Сердце пропускает удар. Меня пронзает жалость к этому сильному человеку, который скрывает свою боль от всего мира.

Выдавливаю ещё немного геля и продолжаю мягко поглаживать его спину. Пока он окончательно не погружается в глубокий сон.

Мой организм тоже сдается. Усталость дня наваливается свинцовым грузом.

Я сама не замечаю, как начинаю клевать носом прямо на краю его огромной кровати, и проваливаюсь в беспамятство.

Просыпаюсь одна. В его постели.

Пространство ещё хранит его аромат — горький шоколад и металл. Странное сочетание.

Это запах спокойной силы. Который, кажется, пропитал всё вокруг.

Кто — то — очевидно, сам Артур — заботливо укрыл меня одеялом. Мне до безумия стыдно за то, что я отключилась прямо здесь.

Боже, как это выглядит со стороны… Первый день в доме, на рабочем месте, а уже проснулась в постели босса. Видел бы это сейчас Виктор.... Он бы точно выдал тираду про «дешевку».

Я плюхаюсь обратно на спину и смотрю в потолок.

«Да к черту всё», — думаю решительно. — «Особенно Виктора».

Нужно вставать. Приводить себя в порядок, завтракать и ехать к сестре. У меня всего пара дней на свои дела.

Я быстро принимаю душ, привожу в порядок волосы и спускаюсь вниз. В доме тихо, только из кухни доносятся негромкие звуки.

Домработница, высокая женщина с поджатыми губами, встречает меня в столовой.

Она не хамит, ведет себя предельно вежливо. Но я кожей чувствую ее холод.

Ее взгляд скользит по мне, и в этом молчании я читаю неодобрение. Для нее я, должно быть, странная гостья, которая слишком быстро оказалась в спальне хозяина.

— Доброе утро. Будете завтракать? — спрашивает она ровным сухим тоном.

— Да, если можно, — отвечаю, стараясь тоже держать голос ровно.

Женщина чуть заметно оживляется, когда речь заходит о делах.

— Артур Антонович завтракал омлетом с красной рыбой и овощами. Он распорядился, чтобы вам предложили то же самое. Сказал, вам должно понравиться.

Я киваю, усаживаясь за стол. Такое сочетание кажется необычным — в моей жизни завтраки были проще.

Но признаю — выглядит аппетитно. Нежный омлет, ломтики слабосоленой семги и яркие овощи.

Только я подношу вилку к губам, как телефон в кармане вибрирует. Достаю его и вижу сообщение. От Артура...

«Поднимаюсь на борт. Кстати, док, у вас потрясающие руки и спать в моей постели вам идет».

К щекам приливает густая краска. Вот же невыносимый!

Я быстро печатаю ответ, пальцы подрагивают:

«Хорошего полета, Артур Антонович. Массаж был исключительно лечебным. Соблюдайте режим перед операцией».

Нажимаю «отправить» и вижу, как две галочки тут же становятся синими. Прочитал. Значит, успел перед самым взлетом.

Откладываю телефон в сторону, но аппетит почему — то пропадает. Внутри дрожит от смеси злости и какого — то глупого, неуместного восторга.

Нужно взять себя в руки! Этот человек — мой работодатель. То, что я заснула в его кровати, ничего не меняет. Наверное.

— Спасибо, было очень вкусно, — говорю я подошедшей домработнице и встаю.

Пора уезжать. Навестить сестру и разобраться с машиной.

Мне жизненно необходимо вернуться в реальный мир, где нет этого огромного дома и запаха мужчины, который слишком легко пробирается мне под кожу.