Чтение онлайн

Я ведь врач! Привыкла мыслить рационально, опираться на факты. Но сейчас вся моя логика рассыпается в прах.

Я вышла из — под горячей воды, а меня потряхивает.

Кутаюсь в мягкий отельный халат. Заказываю в номер кофе.

Когда официант приносит чашку — благодарю, ставлю горячий напиток на столик и забываю про него через секунду. Он остывает, покрываясь тонкой пенкой, а я продолжаю мерить шагами комнату.

Боже…

Смотрю на пакеты с покупками, которые мы сегодня делали. Красивые платья, туфли… Я боялась этого шоппинга, но он мне реально понравился!

А сейчас все это кажется таким неважным.

Пригодятся все эти вещи?..

Черт, Аня! Хватит думать о плохом!

Ругаю себя внутренне почем свет… Не нужно притягивать негатив. Я должна наоборот даже на расстоянии посылать Артуру тепло и поддержку.

По крайней мере, стараться… Сажусь на край кровати, обхватываю себя руками.

Как это произошло? Мы знакомы всего ничего, а я чувствую себя так, будто от меня оторвали половину. Это пугает.

Бывало, Виктор меня упрекал, что я холодна в эмоциональном плане. Не люблю его настолько сильно, остро, как он хотел. Даже в начале нашего брака.

А тут…

Провалилась в него с головой... Кожей чувствую его напряжение даже за километры.

И вот сейчас я остро, до боли в ребрах понимаю — я влюбилась.

Это не та фееричная влюбленность из романов. Это какое — то понимание, узнавание родного человека.

Как будто мы когда — то давно были одним целым, а потом нас разбросало, и вот… Мы снова столкнулись.

А ведь я никогда ни во что такое мистическое не верила.

«Будь осторожнее, пожалуйста», — снова и снова повторяю про себя, как заклинание.

Время тянется. Я подхожу к окну, гляжу на огни ночного города.

Резкий щелчок замка разрезает тишину номера. Сердце делает кульбит. Это он!

Бросаюсь к двери, едва не путаясь в полах длинного халата. Артур только успевает шагнуть через порог и закрыть за собой дверь, как я буквально впечатываюсь в него.

Обхватываю его шею руками, прижимаюсь всем телом.

Чувствую холод его пиджака и надежное, мощное тепло под ним. Боже, он здесь. Целый.

В этот момент я окончательно понимаю — без него мне просто нечем будет дышать.

Попала…

Артур на секунду замирает от неожиданности. Но вот его руки ложатся мне на талию, притягивая ещё ближе. Утыкаюсь носом в его шею, вдыхая родной запах.

Я начинаю целовать его лицо… Хаотично, жадно.

Сначала в колючую щеку. Эта легкая щетина приятно обжигает мои губы, напоминая о том, что все это — реальность, а не сон.

Он действительно здесь.

Я нахожу его губы. Этот поцелуй — страсть, облегчение…

Артур отвечает мне с какой — то особенной нежностью. Его ладонь зарывается в мои волосы на затылке.

Когда мы прерываем поцелуй, я все ещё не отпускаю его.

Глупости, но я словно боюсь, что он исчезнет.

Мы стоим в полумраке прихожей. Артур делает глубокий выдох, прислоняется лбом к моему лбу и тихо, почти шепотом, спрашивает:

— Ты ещё не спала?

В этом коротком вопросе и его взгляде столько всего… Забота обо мне. Удивление, и, кажется, благодарность за то, что его так ждали.

— Мы хотели срезать путь, — рассказывает Щербинский, — но только время потеряли. Напоролись на ремонт дороги! Пришлось тащиться в пробке на черепашьей скорости.

Только киваю, не сводя с него глаз. Какая теперь разница…

— Конечно, я не сплю. Глаз не сомкнула, пока тебя не дождалась. Есть какие — то новости?

В ту же секунду осекаюсь. Щербинский выглядит выжатым как лимон.

— Так… Сначала отдохни. Помой руки… Может, в душ хочешь?

— Если честно, то пиздец как, — признается мужчина, — поскорее отмыться от этого дня.

Жду его, прислушиваясь к шуму воды. Любопытство будоражит, но облегчение все равно сильнее. Он вернулся живым и невредимым — это единственное, что по — настоящему важно!

Дверь ванной открывается, и выходит Артур. На нем только полотенце, перехваченное на бедрах.

В очередной раз любуюсь им. Мужественная фигура, литые мышцы, в которых чувствуется сила... Мое сердце болезненно екает, когда взгляд падает на его спину — там шрам от операции.

Напоминание о том, через что нам пришлось пройти. И приходится…

Артур проходит вглубь номера. Он не садится ко мне на кровать, а останавливается у окна.

— Если вкратце, то пока одни намеки.

— А подробнее?

Щербинский пересказывает мне разговор с Петром. Слушаю очень внимательно, сопоставляя детали.

Как в детективе!

— Подожди, — прерываю его. — Вспомни, что говорил тебе Антон! Твой брат предупреждал — не езди на Столбы. Это ведь по сути означало — не возвращайся на родину. А этот старик, наоборот, буквально выталкивает тебя туда. Не думаешь, что это как — то связано?

Артур пожимает плечами.

— Не знаю. Но у меня стойкое ощущение, что Петр знает тех, кто на меня напал. По каким — то причинам не хочет или не может сказать прямо. Ходит вокруг да около. И он как будто правда хочет меня предостеречь. Такое чувство, что старик пытается играть сразу на два лагеря. На таких людей очень похоже — всегда оставлять себе путь для отступления.

— Возможно….

Ему виднее, я с подобными личностями не пересекалась раньше.

— Кстати, — Артур поворачивает голову в мою сторону. — Его дочка попросила взять ее в Москву.

Я хмурюсь. Внутри поднимается колючая волна.

— Дочка? Ребёнок? — переспрашиваю, хотя уже догадываюсь, о ком речь.

— Нет, она далеко не ребёнок, — Артур качает головой и подтверждает. — Это та самая байкерша, которая передавала нам информацию у отеля.

Вот какая!

Мне совершенно не нравится эта идея. Совсем. Я не хочу, чтобы эта девица крутилась где — то поблизости от Артура.

— Надеюсь, ты ей отказал? — я вскидываю на него взгляд.

Но Артур разочаровывает меня:

— Нет. Она поедет с нами.

— Зачем? Какой в этом смысл?

По спине бежит холодок. Может, не стоит делать такие преждевременные выводы, но это неспроста!

А Щербинский? Неужели повелся на манипуляции?

Артур чуть щурится и вдруг улыбается — той самой своей уверенной улыбкой.

— Только не надо ревности, док. Я же говорил — у тебя нет конкуренток.

Фыркаю, стараясь скрыть, что его слова попали в цель и хоть немного меня утихомирили.