Чтение онлайн

– А теперь сожмите мою руку... Сильнее. Покажите свою силу.

Стрэндж взглянул на физиотерапевта. Большой, крепкий, сильный детина. Такой способен перекусить тебя напополам, такого в драке ты предпочтешь иметь на своей стороне.

Когда это с ним происходит? Где он? Сеанс физиотерапии. Точно. Какое-то время назад его выписали из больницы. Стивен уставился на флуоресцентную лампу наверху. На облезлую краску, покрывающую стены. На старую стальную гарнитуру.

Потом кивнул, а затем ахнул, попытавшись сжать руки терапевта. Мускулы на его лице напряглись, на лбу, на косматой челке и на неухоженной бороде выступил пот.

С тем же успехом он мог вообще ничего не делать.

– Это бесполезно, – удрученно произнес Стрэндж.

– И вовсе нет, – ответил терапевт, – вам это под силу.

Стрэндж в отчаянии закатил глаза:

– Ну конечно! Позвольте спросить вас, Бакалаврская Степень. Встречали ли вы хоть однажды кого-то со столь же обширными повреждениями нервов, кому это оказалось «под силу» и кто действительно восстановился?

Стивен указал головой на сетку страшных красных шрамов. Со временем они несколько поблекли, но эти чужие руки по-прежнему тряслись. У него был постоянный тремор.

Терапевт осторожно массировал руки и пальцы Стрэнджа, особое внимание уделяя суставам. Склонил голову, обдумывая вопрос. Затем кивнул.

– Однажды.

Теперь была очередь Стрэнджа вопросительно наклонить голову. Он посмотрел на терапевта. Не сквозь, а на него.

– Производственная травма, – начал терапевт. – Человек сломал спину. Паралич. Ноги отнялись. Ему было больно сидеть в кресле-каталке. Приходил ко мне три раза в неделю и однажды перестал. Я подумал, он умер.

Стрэндж в восторге откинулся на стуле.

– Затем, несколько лет спустя, он прошел мимо меня по улице.

– Прошел? – недоверчиво уточнил Стрэндж.

– Да, прошел.

Стивен начал быстро соображать. Так же быстро, как во время операции, или поиска нужной песни по радио, или во время обгона едва ползущей машины.

– Как звали этого пациента? – спросил он.

– Кажется, Пэнгборн, – ответил терапевт.

– Пэнгборн, – вслух повторил Стрэндж.

«Случайно не Джонатан Пэнгборн?» – подумал он.

В Нью-Йорке был день. Осунувшийся, присмиревший Стивен Стрэндж шаркал по улице. Остановился перед баскетбольной площадкой. Несколько мужчин играли в мяч. Стрэндж ждал и наблюдал неделями, и наконец-то он заметил кого-то, кого узнал. Человека, которого он так хотел увидеть, которого ему было так необходимо увидеть.

– Джонатан Пэнгборн, – произнес Стрэндж, подходя к одному из баскетболистов.

Высокий, стройный мужчина развернулся и уставился на Стивена. Встреча явно доставляла ему дискомфорт.

У вас было полное повреждение шейного отдела позвоночника.

Мужчина посмотрел на других игроков и отошел в сторону, но Стрэндж не отставал.

Баскетболист уставился на Стивена:

– А ты еще кто такой?

– Вы были парализованы, – продолжил Стрэндж, игнорируя вопрос, – начиная с середины груди и вниз. Частичный паралич обеих рук.

– Я тебя не знаю, – резко ответил мужчина.

Стрэндж попытался сбавить свою настойчивость (ну, по крайней мере он надеялся, что ему это удалось):

– Меня зовут Стивен Стрэндж. Я хирург. Был хирургом. Но...

Стрэндж пожал плечами, а потом вытащил чужие-свои руки из карманов потертого пальто. Поднял их на уровень глаз собеседника, чтобы мужчина увидел, что они безостановочно трясутся.

Тот, кто был Джонатаном Пэнгборном, посмотрел на Стрэнджа. В его взгляде было презрение.

– Честно говоря, я тебя знаю. Я был у тебя в офисе, – произнес Пэнгборн, – и не смог пройти дальше помощницы.

– Вы были безнадежны.

– Ни какой славы для тебя, верно?

Стрэндж посмотрел в сторону, взглянул обратно.

– И тем не менее вы вернулись из места, откуда нет возврата, – тихо произнес Стрэндж, – а я… я тоже пытаюсь найти свою собственную дорогу назад.

«Из пустоты, – подумал он. – Из пустоты, в которой я живу сейчас».

А потом подумал о Кристине. Пэнгборн задумчиво разглядывал Стрэнджа, не отводя взгляда. Позади них возобновилась игра, один из баскетболистов махнул Пэнгборну, приглашая присоединиться, но тот отмахнулся от приглашения и пошел рядом со Стрэнджем.

– Я отчаялся вернуть свое тело, – прошептал Пэнгборн. – Считал, что у меня остался один лишь разум. И тогда я подумал, что могу по крайней мере развить свой ум.

«Звучит знакомо», – мысленно кивнул Стрэндж.

– Я общался с гуру и мудрыми женщинами. Незнакомцы относили меня в горы на встречи со святыми. И, наконец, в самом неожиданном месте я нашел своего учителя. И мой ум действительно расширился, мой дух углубился и неожиданно...

– Ваше тело исцелилось, – закончил Стрэндж.

Пэнгборн кивнул:

– Там можно было узнать куда более глубокие секреты. Но у меня не хватило силы узнать их. Там были уроки, обязательства... истины, к которым я не был готов. Так что я решил ограничиться своим собственным чудом и вернулся домой.

Его голос звучал задумчиво, даже печально.

На мгновение воцарилась тишина.

– Место, которое ты ищешь, называется Камар-Тадж. Но цена будет слишком высока. Выше, чем ты думаешь.

– Сколько? – спросил Стрэндж.

– Я говорю не о деньгах. Это все, что я могу тебе сказать. Больше, чем должен был, – ответил Пэнгборн, затем развернулся и медленно вернулся к игре в баскетбол.

Стрэндж смотрел, как уходит человек, который не мог, вообще не должен был ходить.

– Удачи, – произнес Пэнгборн.

Стрэндж был готов заплатить любую цену. Любую. Потому что альтернативой было это.

Пустота.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Он упал, точнее, позволить себе упасть к ротонде, к закутанному в рясу зелоту, готовящемуся уничтожить его. С ловкостью, приобретенной за время изучения боевых искусств в Камар-Тадже, Стрэндж врезался в женщину ногами вперед. Сила удара сшибла ее с ног, и она упала в ротонду.

В ротонду, с ее окнами-вратами.

Впервые, с тех пор как все это началось, Стивен позволил себе легкую улыбку. Святая Святых была полна сюрпризов. Возможно, сейчас они сыграют ему на руку.

Женщина влетела спиной в одно из окон, во все стороны брызнули осколки стекла. Стрэндж, как мог, уворачивался от осколков, во все глаза глядя на происходящее во вратах.

Он как будто наблюдал за кем-то, кто провалился в картину. В картину с изображением огромной, бесплодной и раскаленной пустыни. Покрепче встав на ноги, Стивен увидел, как женщина, полностью потеряв ориентацию в пространстве, продолжает падать, скатываясь с песчаной дюны.