Чтение онлайн

Поняв, наконец, что с ней приключилась, блондинка попыталась подняться обратно по бархану, но бесполезно – ее руки и ноги не могли найти опоры. Она вцеплялась пальцами в песок. Смотрела ли она на него? Стивен не был уверен, что портал работает в обе стороны и зелотка способна видеть сквозь врата.

Прямо сейчас ему было все равно. Его взгляд упал на панель управления в оконной раме, и он знал, что нужно делать. Взмахом ладони Стрэндж повернул переключатель, и засушливая пустыня мгновенно сменилась буйным зеленым лесом, купающимся в летнем ливне.

«Минус один, – мысленно посчитал Стивен. – Осталось двое...»

Отчаянный, кошмарный вопль, полный ярости и самых зловещих намерений, прервал мысли Стрэнджа Это зелот-силач устремился в атаку. Присев, доктор вспомнил, чему его учил Мордо. В тот же момент, как зелот соприкоснулся с ним, Стрэндж двинулся вместе с ним, используя инерцию своего оппонента против него самого. Шагнув в сторону, Стивен толкнул зелота в окно, прямо в дождевой лес.

Прежде чем бугай успел понять, что происходит, рука Стрэнджа снова оказалась на контрольной панели. Поворот переключателя, и на месте леса оказался обширный скалистый каньон, залитый солнцем.

«Минус два, остался один».

Стрэндж выпрямился и развернулся. Кецилий ждал его.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Как долго Стрэндж ждал? Дни, недели, месяцы... годы? С момента аварии время утратило для него всякий смысл

«Только время покажет».

Как долго Стрэндж ждал этого чуда? Той единственной вещи, которая сможет восстановить надежду и вернет смысл его жизни.

Найти одну-единственную вещь, которая восстановила надежду и вернула смысл жизни Джонатану Пэнгборну.

Найти Камар-Тадж.

Холодный ветер ударил Стрэнджу в лицо, и он поплотнее запахнул воротник своего потертого пальто. Не помогло. С тех пор, как Стивен прибыл в Непал, он по-новому познал концепцию холода. Это был совсем иной мир, отличный от всего, к чему он привык, вдали от Нью-Йорка.

Вдали от больницы.

От аварии.

От Кристины.

Стрэндж продолжил идти, как шел уже днями (неделями?), и оказался на окраинах Катманду. Город кишел жизнью. Мимо него по оживленной улице сновали пешеходы, сквозь толпу проталкивались велосипедисты, мотоциклисты, машины и грузовики.

Он огляделся по сторонам и заметил странное соседство – древние здания, почти каждое из которых походило на храм или на святилище, чередовались с ярко раскрашенными современными домами. По обеим сторонам дороги сидели мужчины и женщины, почти никто из них не обращал внимания на идущую мимо них помятую фигуру в грязной одежде.

Стивен поправил рюкзак на своих усталых плечах. Он казался невероятно тяжелым, хотя внутри почти ничего не было. Стрэндж продал или обменял почти все свои пожитки, которые хоть чего-то да стоили, чтобы добраться сюда

Сюда? Нет, не сюда, не в Катманду. В Камар-Тадж.

Штуки, которые заменили ему руки, пульсировали от боли. Они всегда пульсировали от боли. С момента самой аварии он не чувствовал ничего, кроме боли. Ничего. Стрэндж глянул на грязные, потертые бинты и нахмурился.

Продолжив путь, Стивен миновал запруженную народом улочку. Он уже зашел так далеко и, тем не менее, по- прежнему не знал, куда конкретно ему идти. Похоже, он нашел свой стог сена. Теперь предстояло отыскать в нем иголку.

Ему требовалось чудо, чтобы найти свое чудо.

Оглядевшись по сторонам, Стрэндж едва сдержал смешок – почти на всех зданиях были вывески на английском языке.

«Гималайское исцеление. Обретите мир. Найдите себя, – вслух читал Стивен. – Спа и массаж «Просвещение», «Бар Чакра», «Святые туры».

С тем же успехом он мог остаться в Нью-Йорке. Все это было заведениями для туристов, для людей, которые искали внутренний покой или ускользающую от них истину. Стрэндж покачал головой. Не эту иголку он искал в стогу.

Продолжив идти, Стивен поравнялся с большим храмом, рядом с которым сновали местные. Увидел людей, склонившихся в молитве или крутивших молитвенные барабаны. Без какой-либо задней мысли Стивен протянул замотанную в бинты руку к одному из барабанов и рассеянно крутанул его. Впереди очередь туристов ожидала благословения от пожилого монаха. Стрэндж тяжело вздохнул.

– Камар-Тадж? Простите, вы не знаете, где я могу найти Камар-Тадж? – спросил Стрэндж у одного из местных, который не то что не удостоил мужчину с неряшливой бородой ответа, а даже внимания на него не обратил.

Если бы Стивен не был так занят отчаянными поисками хоть кого-то, кто укажет ему путь к Камар-Таджу, он бы обязательно приметил крадущуюся в тенях спиной к нему фигуру в капюшоне. Мужчина, одетый в зеленую рясу, слегка наклонил голову, как будто прислушиваясь к Стрэнджу.

– Камар-Тадж? – спросил приковылявший к Стрэнджу ребенок. Пацаненок опирался на костыль и одарил Стивена взглядом, состоящим из смеси любопытства и презрения.

– Да! – закричал Стрэндж, а затем, в надежде, взволнованно спросил: – Ты говоришь по-английски?

Ребенок протянул к Стрэнджу раскрытую ладонь:

– Камар-Тадж?

Стивен поежился:

– Малыш, я на мели. Я потратил свой последний доллар, чтобы добраться сюда.

– Камар-Тадж?

Стрэндж вздохнул. Он немного покривил душой. У него осталось немного денег. Несколько долларов, едва ли больше. Но он уже зашел так далеко, что еще ему оставалось делать? Непослушными, замотанными в бинты пальцами он полез в бумажник, достал оттуда купюру и отдал мальчишке.

Пацан взял деньги, засунул в карман, а затем указал пальцем вперед. Стрэндж глянул в ту сторону, а затем перевел взгляд обратно на мальчишку.

– Тысячу рупий за то, чтобы указать мне на восток? Ну, спасибо, попрошайка.

– Это ты тут попрошайка, не я, – огрызнулся пацаненок.

Стивен улыбнулся. Итак, парнишка все-таки знал английский.

– Ну да, хорошо, – произнес Стрэндж, выдавив улыбку.

Мальчишка рассмеялся:

– Площадь Патан-Дурбар.

– Площадь Патан-Дурбар? – переспросил Стрэндж.

Пацан кивнул и ухромал обратно в толпу, а Стрэндж направился в сторону площади Патан-Дурбар.

Человек в зеленой рясе пошел следом.