Чтение онлайн

— Безусловно, — согласился следователь. — Но в эту нашу версию нужно внести и такое предположение, что убийца или убийцы сначала могли попытаться договориться со стариком.

— Годится, — одобрил Жихарев.

— Так или иначе, — продолжал Князев, — но я убежден в том, что этими двумя наблюдателями круг участников преступления не ограничивается.

— Любопытно! — повернулся к нему полковник.

И следователь начал излагать свою версию.

Кабинет начальника отдела покинули за полночь. Все участники этого неофициального совещания пришли к выводу, что предстоящую работу надо вести по двум основным направлениям — проверять, во-первых, книжных негоциантов, во-вторых, перекупщиков золота и драгоценных камней.

А утром дежурный доложил Жихареву, что звонили из приемной и передали, чтобы в половине десятого он был у генерала. Не заходя в кабинет, полковник подписал несколько срочных документов и поехал в управление.

Поздоровавшись, Трофимов передал Жихареву справку, исполненную на бланке.

— Как видите, Федор Федорович, здравствует Лютый и, учитывая нынешние средства передвижения, проживает, можно сказать, по соседству.

— Выходит, нам крупно повезло, товарищ генерал, — в тон начальнику ответил Жихарев и тут же добавил: — Иллюзий я не строю. Но отработка этой версии в любом случае так или иначе приблизит нас к истине.

— Кого думаете посылать в командировку? — спросил генерал.

— Майора Рогова.

— Одному человеку трудновато будет, Федор Федорович.

— Тогда дам ему в помощь лейтенанта Воронина. Способный работник.

— Ну что ж, пусть оформляются. Я распоряжусь о чем следует.

Начальник отделения уголовного розыска майор Рогов и инспектор лейтенант Воронин приехали в областной центр в полдень и, не заходя в местное управление, направились по адресу, где значился проживающим гражданин Остроух. Они быстро отыскали старый двухэтажный дом, стиснутый со всех сторон башнями новостроек. Воронин сел на скамейку, а Рогов вошел в дверь и поднялся на второй этаж. Пожилая женщина подметала лестничную площадку.

— Мирон Брониславович дома? — спросил у нее майор.

Женщина выпрямилась:

— В сарае с утра возится. Номер восьмой на двери. Там его и застанете.

— Будь здесь, — бросил Рогов на ходу Воронину и зашагал вдоль шеренги сараев. Отыскав нужный номер, он заглянул в полуоткрытую дверь и, увидев кряжистого старика, поздоровался.

— Здорово, коли не шутишь, — отозвался тот и положил топор на верстак.

— Я к вам, Мирон Брониславович, — майор перешагнул порог сарая.

— Не припоминаю такого знакомца, — осклабился Остроух и крепкой, натруженной ладонью смахнул стружку с самодельного табурета. — Седай, ежели не гребуешь.

«Словцо из доноса на Дымшу», — усаживаясь, подумал майор и спросил:

— Против разговора не возражаете?

— У меня разговоры давно закончились. Все переговорено, — Мирон смерил Рогова недобрым взглядом.

— Извините, Мирон Брониславович, я сразу не представился, как-то из головы вон. Я майор милиции Рогов, начальник отделения уголовного розыска.

— Что вам от меня нужно? — перейдя на «вы», быстро заговорил Остроух. — Свое я отбухал от звонка до звонка. Советская власть меня простила. Годами проверялся. Что еще? — И вдруг он весь как-то обмяк и надрывно выдавил из себя: — Люди токмо не простили. Из села уехал, так в городе встречи случаются. В глаза чуть не плюют и указывают как на иуду... — Остроух умолк и обессиленно опустился на колоду.

— Мирон Брониславович, вы давно знаете Дымшу? — нарушил молчание майор.

Старик вздрогнул.

— Одной веревкой были связаны. Только он в десятских ходил. И он свое отбыл.

— Это известно, — вставил майор, а сам подумал: «С таким надо напрямую». И сказал, глядя на собеседника в упор:

— Дымша убит. Обстоятельства привели к вам...

Остроух вскочил.

— Никаких обстоятельств! Ишь, куда заворачиваете! Дымша там, а я здесь! Из города, почитай, десяток лет не отлучался. Обстоятельства... Нет, мил человек, если что, то по старому делу спрашивай...

— Вы знали, что у него имеется библия в золотом окладе? — перебил майор.

— Не токмо знал, а и в руках вот этих держивал, — с вызовом ответил Остроух. — Постой, постой, гражданин начальник... Из-за нее и порешили раба божьего?

«Что он, догадливого простачка из себя разыгрывает?» — подумал майор и, не отвечая на вопрос Остроуха, задал свой очередной вопрос:

— Как она попала к нему?

— К нему ничего не попадало. Сам брал. Перед начальством угодничал. А книгу эту в рождественское служение в соборе взял. Служку церковного медным крестом взгрел по башке и приказал под страхом смерти молчать...

— Во время следствия по вашему делу почему не сказали об этом? — строго спросил Рогов. Старик съежился.

— Об этом не спрашивали. Без того хватило по самую завязку.

— Какова ваша роль в разбойном нападении?

— В храм не входил. А потом, не скрою, книгу нес, когда десятский закуривал, — с готовностью ответил Остроух.

— Где же она хранилась столько лет, пока Дымша отбывал наказание? — поинтересовался майор.

— Это мне неведомо, — в голосе Остроуха прозвучало сожаление. Добавил: — Уже потом, после отсидки, был я как-то у него в отцовском доме. Выпили на радостях, крепко выпили. О прошлом молчали. Дымша сильно захмелел и книгу ту мне показывал. Позавидовал я ему тогда. Подумал, что у него жизня сразу через отца налажена, а теперь вот еще библия есть, вся в каменьях и в золотище. А у меня портки да бушлат и жилья своего нет, сестра приютила...

— И как же вы расстались? — перебил майор.

— Долю я потребовал. Стращал властями. За грудки хватались, — надрывно рассказывал Остроух. — Он, чертяка, в силе мне не уступал, хотя и старше был... Я только стращал. Куда там к властям? Такая каша заварится... Однако тревожил я его, Изосима Карловича, — старик оживился. — Письмами тревожил: поделись, мол, хоть частью...

— Отвечал? — спросил майор.

— На письма-то? Каждый раз. То зло, то смиренно. Но делиться отказывался, — охотно сообщил Остроух.

— Письма сохранились?

— Последнее, мабуть, имеется. В доме надо пошукать, — и Остроух принялся складывать инструменты.

Около часа он старательно искал письмо и наконец беспомощно опустился на стул.

— Судьбища проклятая, костлявой рукой за глотку хватает. Выходит, все брехал Мирон. Надо ж, запропастилось... — и тут старика озарило: — Постой, не Галина ли его в книгах унесла? Получается, гражданин майор, что звонить сестре придется.

Вышли на улицу, которая уже тонула в сумерках, и направились к будке телефона-автомата. Лейтенант Воронин незаметно шел сзади.

Остроух набрал номер.

— Позовите Галину Брониславовну... Галя, те две книги, что ты унесла, у тебя? Там письмо нужное было... Ать, нечистая сила! Когда ж ты успела?.. Погодь, — и Остроух повернулся к майору:

— Будь она неладна. Какую-то кастрюлю и две книги о царях продала. Про письмо не знает.

— Если мы к ней наведаемся, ничего? — спросил Рогов.

— К сестре-то? В любой час, — ответил Остроух и крикнул в трубку: — Галя, я к тебе иду.

Гале оказалось лет под семьдесят. Высокая, худая, подвижная старуха приветливо поздоровалась с пришедшими и, смахнув фартуком с мягких стульев невидимую пыль, предложила сесть. Потом, виновато поглядывая на брата, рассказала, что иногда продает любителям старинные вещи и книги. Куда, мол, ей, старухе, их беречь?