Чтение онлайн

До Турции – две тысячи километров, как раз дальность «Дугласа», летел я на крейсерской скорости в двести километров в час, соответственно, сам путь занял около десяти часов, и я появился над Турцией засветло. На борту было почему-то всего два парашюта, хотя это же англичане, чего я ожидал? В общем, накинул на себя ременную систему, обвешался вещами, две сумки и рюкзак, и, открыв дверь, шагнул наружу.

Плотный поток ветра сразу завертел меня, но я – опытный парашютист, быстро руками и ногами выправил падение и дальше скользил до самой земли, лишь в двухстах метрах потянул за вытяжное кольцо. Парашют сработал штатно, дернуло сильно, но терпимо, дальше мягко опустился на землю. Не брякнулся, а пробежался. А самолет на километровой высоте продолжал удаляться. Работал автопилот.

Топлива еще километров на сто, и все, встанут моторы. Может, турки раньше его собьют? Но это вряд ли, они с тылу боевые авиационные части не держат, вот предупредить о самолете, не заявленном в полетном расписании, вполне могут. Так что, скорее всего, сами англичане пришлют пару истребителей, чтобы узнать, кто это летит и на запросы не отвечает. Запросы были, когда через Италию летел, потом через Грецию, а вот турки пока молчали. Что дальше, уже не знаю.

Ветер действительно гулял. С трудом погасил купол, парашют из старых партий, натуральный шелк, так что, сложив его в сумку, неаккуратно, комком, все равно на продажу планирую, и поправив поклажу, стал как можно быстрее удаляться прочь. Выбрал я для прыжка пустынную местность, до Анкары еще километров двести.

Стемнело уже через два часа, а я с грузом, пробежав за это время семь километров с одним получасовым отдыхом и ужином, вышел на шоссе. Не знаю, где самолет, а вот трасса заинтересовала, тут можно раздобыть транспорт. Карта с английского летчика, сбитого на этой территории, не сохранилась, пошла на дно с обломками «Аиста» в проливе Ла-Манш. Однако, имея отличную память, я давно ее изучил и запомнил, так что знал, что и где искать.

Большинство аэродромов у передовой, но и тут тоже есть разные, и боевые, и запасные. Примерные свои координаты я знал, до ближайшего турецкого аэродрома – сто сорок два километра, а вот до ближайшего английского – двести пятнадцать. Тот дальний бомбардировочный, где я диверсию совершил, не считаю. Сейчас там мало что осталось, так что я исключил его из своего интереса.

Трасса не пустой была, следы на глинисто-песчаной почве свежие, так что, сложив вещи на обочине, я стал ожидать. А куда торопиться? Транспорт сам ко мне подъедет, а дальше главное не медлить и не упустить возможность.

Больше часа пришлось ждать, похоже, ночью трасса не самая активная. Однако вот послышалось рычание множества мощных моторов тяжелых грузовиков, и на горизонте стали видны отблески фар. Я шустро убрал вещи с обочины и пропустил колонну мимо. Судя по отсветам от фар, это англичане. Тактические знаки были их. Тенты задернуты, так что, скорее всего, что-то тяжелое везли, а не солдат, насчитал двенадцать машин, ни сопровождения, ни охраны, похоже, вольготно себя чувствуют. Жаль, с ними я связываться не хотел, мне что поменьше и пошустрее нужно.

И мои ожидания вскоре вознаградились. Услышав мотоциклетные завывания, я приготовился и, присмотревшись, фарой он светил ярко, плохо видно седока, сделал прицельный выстрел. Мотоцикл, проехав немного, лег набок, взвыв мотором, а седок покатился по дороге. Готов.

Подбежав, я сделал контроль, поставив мотоцикл на подножку, заглушил двигатель. Знакомая модель, я такой же угнал во время диверсии на аэродроме и станции. Обыскал сержанта. У мотоциклиста капральские знаки различия были. Забрал его планшетку, сумку посыльного, оружие, револьвер «Энфилд», вторая модель, всю мелочевку выгреб, свои вещи забрал, устроился в седле и, запустив движок, погнал к нужному аэродрому. Бак я проверил, километров на сто будет, но сокращу путь. Чем не радость? А если топливо найду, то на этом мотоцикле и до аэродрома доберусь.

Не доехал, патруль остановил уже через час, всего километров сорок проехал. На перекрестке включили фары, когда я подъезжал, и на дорогу вышел один солдат с поднятой рукой, приказывал остановиться. В кустах я рассмотрел знакомый силуэт «Доджа» и пулеметчика за крупнокалиберным пулеметом «М-2». Я даже порадовался их появлению.

Как только я подкатил к солдату, сбрасывая скорость, то, поставив обе ноги на землю для большей устойчивости и выдернув пистолет и револьвер, они уже были приведены к бою, открыл огонь. Из парабеллума – в пулеметчика на внедорожнике, из только недавно добытого «Энфилд-2» – в солдата рядом с собой, а потом из двух стволов – по двум силуэтам возле «Доджа». Всего я четверых насчитал. Сработал легко по той причине, что никто от меня выстрелов в упор не ожидал, у двоих оружие, похоже, к бою не приведено было, судорожно затворами щелкали.

Убрав парабеллум за ремень, я поставил мотоцикл на подножку и оббежал стоянку поста, делая контрольные выстрелы из револьвера. Оружие мне не понравилось, кончатся патроны, выкину, вот его и использовал, чтобы боезапас побыстрее закончился. После этого, подсвечивая фонариком, выключив фары «Доджа», пересчитал трупы и оружие.

– Что-то не так, – пробормотал я, осматриваясь.

Тут действительно что-то было не так. У солдат с поста было два «СТЕНа», две винтовки «Ли-Энфилд» и один ручной пулемет «Брен». Что-то на четверых много, значит, был пятый. Вскочив на место переднего седока, я снял с держателя поисковую фару и, включив ее, стал изучать окрестности. Осветив кустарник чуть дальше, увидел, как кто-то метнулся в сторону, раздался хлопок, и я рассмотрел вспышку выстрела. Пуля свистнула совсем рядом. Меткий стрелок, до меня ему было метров семьдесят, запредельная дистанция для пистолета.

Выключив фару, я и так ослепил неизвестного, подхватил автомат и побежал в сторону кустарника. Дальше короткими очередями проредил кусты. Работал на звук. Опустошив магазин, повесил автомат на плечо и, достав «Энфилд-2», стал обыскивать кусты. То, что неизвестный солдат ранен и жив, я слышал. Был вскрик, а сейчас доносилось громкое дыхание с булькающими звуками, видимо, в грудь попал, легкие зацепил. Включив фонарик, осветил тяжелораненого штаб-сержанта британской армии. Хм, так вот кто командир поста, а я думал – капрал, что за пулеметом стоял.

Добив выстрелом сержанта, снял с него разгрузку. Немного порченой была. Достал из кармана документы, сейчас я собираю их, чтобы предъявить после перелета на российскую территорию, что не просто сидел, а уничтожал врагов государства. Оружие – пистолет, похожий на «Кольт М1911», но французская копия. Убрал в кобуру и тоже прихватил с собой, ну и карманную мелочь, как и наручные часы, я их всегда собирал.

Кстати, у сержанта отличные легкие десантные полуботинки были, мои в проливе утонули, так что снял, примерил и надел. Обувь как новенькая, протектор даже не поцарапан, видимо, совсем недавно получил.

Вернувшись к внедорожнику, скинул труп пулеметчика, после чего перегрузил все вещи в кузов. Я его курткой одного из солдат от крови протер. Мотоцикл загнал в кусты и бросил, в кузов мне его все равно не поднять. Оружие у солдат, документы и мелкие трофеи тоже забрал. Привычка.

Трупы прятать не стал, где бросил, там и лежат. Да и капрала, того, что на дороге лежит, мотоциклиста, так и оставил, даже не думая убирать. Я далеко буду, когда найдут, так что все равно.

Запустив движок и включив фары, внаглую погнал по дороге дальше. На каждой возвышенности останавливался и в бинокль, трофей, найденный в «Додже», изучал дальнейший маршрут.

В пути мне повстречался еще один пост, уже бронетранспортер был, я его объехал и ранним утром, перед самым рассветом добрался до нужного аэродрома. Кстати, в пути встретил лагерь торгового каравана и внаглую зарулил к ним. Тут торговец другой был, незнакомый, но он выкупил у меня все оружие, я только два пистолета оставил и четыре ручных гранаты. Один пистолет скрытого ношения браунинг и «Люгер». А вот револьвер «Энфилд-2» подарил купцу. Они сняли даже крупнокалиберный пулемет, забрали канистры и рюкзаки солдат, да все, что мне было не надо.