Чтение онлайн

О манускрипте Сигизмунда на форумах писали многое, но все впустую. Кому-то даже удавалось ухватить у Джордана Бланка имеющиеся чертежи, после чего любопытный игрок навсегда испортил репутацию у пирата. На форумах народ взывал к рассудочной деятельности и размышлял, что, раз манускрипт – это бумаги, значит, они должны храниться не в глубинах пещер или на дне морском, а в местах более располагающих. Городские архивы, древние библиотеки. Но кому охота искать иголку в стоге сена?

Иронично на этом фоне узнать, что манускрипты, созданные для Сигизмунда, и впрямь существовали, только ореола загадочности вокруг них было меньше. А Мальтийский орден действительно находился в Карибском море, и это удачно совпадало с годами, в которые Олоннэ устраивал свои набеги. Сколько всего стало для меня открытием…

На следующий день я вытащил Илюху в бар на кружку пива – отдохнуть, поболтать в нормальной обстановке. Оказалось, что он и Котэ – сооснователи клана. Только вот кто платит, тот и музыку заказывает, а наибольшая часть спонсирования шла от отца Ильи. Впрочем, никто не жаловался: соклановцы получали достойные денежные выплаты, и все, что от них требовалось сверх меры – это время от времени рекламировать какой-нибудь продукт. Ролики снимались прямо на «Карибах», и затем пускались в соцсетях и в рекламных вставках. Любой сильный клан постепенно становился брендом, а его участники – медийными личностям. А значит, имели возможность дополнительных заработков через рекламу.

С меня теперь тоже требовалось выставлять ролики. За выкладку и монтаж отвечал Клещ, поэтому я удаленно передал ему весь доступ к аккаунту. Оставалось лишь получить согласие от головорубов и Аннели, чтобы видео можно было опубликовать.

В итоге путь до устья реки Манамо занял четыре дня. Нередко на горизонте мы наблюдали морские баталии. Нам приходили квесты с просьбами о помощи, но я упорно их игнорировал, зная, во что это может вылиться. Разве что по пути нам встретилось мирное китобойное судно Франции, которое сильно налетело на рифы, повредив паруса. Мы взяли ребят на буксир и протащили их до ближайшего порта на острове Мартиника. Там мы решили пополнить провизию, заменить паруса, запастись порохом и пыжами к пушкам – один морской дьявол знал, что могло нас ждать впереди.

А впереди нас ждала все та же тропическая местность. Вернее, «такой же» я мог ее назвать лишь поначалу. После вхождения в Манамо цвет воды быстро окрасился в зеленовато-болотный. Река была широкой и быстротечной, но матросы все равно опасались, что мы вот-вот сядем на мель. Однако у меня не было причин не доверять Нэхуэлю, а согласно его координатам, путь еще оставался долгим.

На корабле мне подравняли волосы – за последние две недели они успели разрастись так, как это заняло бы в реале добрых три месяца. А вот бриться я решил временно перестать – хватает мне бритья в реальном мире, так пусть хотя бы здесь отращу бороду, насколько это будет возможно.

Скорость «Рапиры» заметно снизилась – бриг шел против течения, к тому же, мы то и дело сверялись с картой, дабы не спутаться на многочисленных развилках и поворотах. Шум местных птиц и животных усилился многократно. По деревьям, свисающих к воде, ползали не только обезьяны и другие звери, но и змеи. Обилие мух и комаров просто поражало. Я пришел к выводу, что лучше держаться подальше от берегов.

Вода, впрочем, тоже не внушала доверия. Как минимум потому, что мы неоднократно встречали крокодилов. А местные рыбы напоминали не то пираний, не то других уродливых существ. На ночь мы бросили якорь в небольшой заводи, но и это не принесло спокойствия. Пока большая часть команды находилась в реале, вахтенные испытали на своих шкурах всю ярость местных индейцев. Копья, стрелы, дротики из духовых трубок. Дикари издавали такие звуки, что ночная вахта чуть ли не сделала логаут со страху – и тогда, возможно, с кораблем пришлось бы попрощаться. Впрочем, местные индейцы не были игроками, а значит, «Рапира» осталась бы доступной для респауна.

Я узнал, что еще в мое отсутствие наш квартирмейстер Лилит получила прозвище ходячей энциклопедии. И теперь она подтверждала его каждые полмили.

– Крокодил! Крокодил, чтоб меня!

– Это не крокодил, неуч, – отвечала она матросу. – Это ящерица такая. В этих водах они достигают длины до метра. А вот там – действительно крокодилы. Точнее, кайманы.

Среди гущи мангров лежали уродливые бугристые существа, которых я поначалу принял за бревна. Кайманы лежали неподвижно в ожидании добычи – некоторые даже с открытыми ртами. По голове одного из них бегал попугайчик и что-то клевал. Время от времени кайманы издавали протяжное «хмм», которое можно было принять за человеческое.

– Орангутанги! – кричали марсовые, когда мы приблизились к правому берегу, изготавливаясь к крутому повороту. Обезьяны гроздями карабкались по деревьям и издавали звуки, похожие на мычание и скрежет.

– Здесь не водятся орангутанги, – отвечала Лилит. – Это рыжие ревуны. Их здесь едят.

– Фламинго! – удивлялись мы, завидев ярко-красных и лиловых птиц с длинными ногами. Некоторые из них тоже сидели на деревьях.

– Это красные ибисы. – И на этот раз у Лилит был свой ответ.

В этих землях растения вели ожесточенную борьбу за каждый сантиметр почвы. Какое-то фантастическое нагромождение лиан и свисающих веток занимало всю поверхность с обоих берегов. Ветви густых деревьев свешивались к воде, а порой их корни вырастали прямо реки. Такую же борьбу вели друг с другом и звери, чьи ужасающие и причудливые крики доносились и днем, и ночью. Даже вернувшийся к нам Менестрелиус не испытывал радости от подобного впечатления, хотя уж он-то, казалось, готов к любой передряге.

– Якорь мне в глотку, капитан, – ворчал он, морщась. – Но в следующий раз советую вам трижды подумать, прежде чем отправиться сюда.

Я понимал его негодование. Мы привыкли к морю, которое окружало нас со всех сторон и потому отождествляло свободу, силу которой невозможно было с чем-либо сравнить. Живительный запах океана – крепкий аромат возможностей. Южная Америка, напротив, представляла из себя сгустки тропического хаоса, в котором любой неверный шаг мог стоить тяжелой и страшной смерти. И ладно, если мы на корабле. Гораздо хуже шли бы дела, если бы пришлось добираться пешком. А такой вариант исключать не стоило.

– Мельчает, – заметила Лилит, поглядывая на многочисленные мангры, вылезающие из воды. – Далеко еще?

– Уже близко, – ответил я, глянув на карту. – Мы обошли «Исла Тигре», теперь идем по прямой, пока не увидим деревянные помосты на сваях.

Вскоре мы достигли очередного изгиба реки, на котором и обосновались местные араваки. Матросы начали по очереди убирать остатки парусов, бросили якорь и распустили блинд. Сплавив две лодки, они начали верповать судно. На причале нас встречали загорелые индейцы, чьи тела украшали разного вида бусы из рыбьих клыков и звериных когтей. Во многом эта была все та же раскраска, что и на таинах с острова Саона: минимум одежды, максимум неясных побрякушек.

Индейцы явно не были настроены враждебно, хотя и посматривали на швартующийся корабль с опаской и недоверием.

– Это не воины, – понял я. – Рыбаки, мирные жители. Даже если они не те, кто нам нужен, их не стоит бояться.

Кое-как пристроив «Рапиру», мы начали выбираться на причал. Индейцы отпрыгнули назад, стоило первым моим людям ступить на помост. Способность общаться с местными жителями «Карибов» у меня никуда не должна была пропасть.

– Спокойно! – начал я. – Мы пришли с миром. Я явился от касика Котубанама из племени Таино и их беикеса, Нэхуэля.