Чтение онлайн

С этой минуты все дальнейшие действия зависели от командира корабля, в решении которого никто не сомневался. Офицеры и матросы подтянулись: ещё минута-другая, и поступит команда: «К бою!».

Когда со стороны приблизившегося турецкого флагмана донеслось: «Урус-шайтан, сдавайся! Паруса – убрать!», – команда корабля вздрогнула. Нет, не от турецкого гомона за бортом – на него матросы даже не обратили внимания. Все вздрогнули от другого – от приказа своего командира, вышедшего к матросам:

– Флаг спустить! Оружие сдать…

Ещё через какое-то время на борту русского фрегата уже сновали юркие турки, конвоировавшие пленных моряков на свой флагман.

– Будь проклят, гад! – не выдержал один из матросов. – На веки вечные опозорил нас, вашблагородие, до смерти не отмыться…

Тот, кому были обращены эти слова, молча стоял в стороне, бледный, как мел, не в силах произнести слова…

Вскоре турки пересадили пленных офицеров и матросов на свой флагманский корабль «Реал-бей». Но османы русских моряков не интересовали – их взоры были обращены в сторону красавца-фрегата. Когда на «Рафаиле» подняли турецкий флаг, из глаз многих текли слёзы…

Теперь подробнее о командире фрегата «Рафаил».

Офицера, без боя сдавшего военный корабль неприятелю (беспрецедентный в истории российского флота случай!) звали Семён Михайлович Стройников (1780–1838?), 49 лет, капитан 2-го ранга.

Странно, изучая послужной список этого морского офицера, не устаёшь удивляться: как такое мог учудить человек, который верность Отчизне доказал своей безупречной 25-летней военной службой на флоте?

Черноморский кадетский корпус (Николаевское штурманское училище); 1802 г. – гардемарин. Через два года – мичман; служил на Корфу; принимал участие в русско-турецкой войне 1806–1812 гг. 10 марта 1807 года мичман Стройников участвовал в бою при взятии острова Тенедос десантом русской эскадры под командованием адмирала Сенявина. За эту операцию он был награждён орденом Святого Владимира 4-й степени с бантом.

1 марта 1810 года Стройникова производят в лейтенанты флота. С 1811 года – служба на Чёрном море на различных кораблях. Бригантина «Сухум» – первое морское судно, которым Стройников самостоятельно командует в течение двух лет (с 1814 по 1816 гг.). В 1819 году был награждён орденом Святого Георгия 4-й степени за 18 морских кампаний. В 1820 году находился адъютантом при контр-адмирале Ф. Мессере в Севастополе.

28 мая 1821 года Стройников становится капитан-лейтенантом. С этого момента его карьера растёт, что называется, как на дрожжах: командир брандвахтенной канонерской лодки [20] № 13 у Керченского пролива; после короткого плавания на 110-пушечном линейном корабле «Император Франц» в 1824 году назначен командиром корвета «Або». А в 1825 году состоит смотрителем Керченского адмиралтейства и транспортной флотилии.

Ничего удивительного, что на следующий год Стройников становится командиром брига «Меркурий». И он старается. В сентябре 1827 года «за отличную дисциплину и за соблюдение отличной чистоты» на корабле капитан-лейтенант Стройников получает Благоволение от самого Государя Императора. Понимая, что впереди новые карьерные горизонты, Семёна Стройникова уже не удержать! Так, в 1828 году бриг «Меркурий» под его началом отличился при взятии крепостей Анапа и Суджук-Кале, пленив турецкое транспортное судно с тремястами десантниками на борту; тогда же было захвачено три вражеских знамени. 30 июня 1828 командира брига награждают орденом Святой Анны 2-й степени. Затем «Меркурий» неплохо проявил себя при осаде и штурме Варны.

Дальше – всё как по маслу: 1 января 1829 года Стройников произведут в капитаны 2-го ранга с назначением командиром 36-пушечного фрегата «Рафаил».

Судно «Рафаил» в предыдущих войнах уже сумело зарекомендовать себя исключительно с положительной стороны. Хотя то был старый «Рафаил», линейный корабль. А новый, фрегат, был заложен в Севастопольском адмиралтействе в апреле 1825 года и через три года, 8 мая 1828 года, спущен на воду, пополнив ряды Черноморского флота. Впрочем, суть от этого не меняется.

Так вот, в Афонском сражении (1807 г.) на борту «Рафаила» героически погиб командир корабля – капитан 1-го ранга Лукин. Дмитрий Александрович Лукин на Черноморском флоте слыл личностью поистине легендарной; многие из сослуживцев отзывались о нём, как о лихом удальце и человеке необыкновенной силы. Лукин без особого труда ломал подковы, одним пальцем вдавливал гвозди в борт судна, отрывал от палубы пушку в 7–8 пудов… Неслучайно моряки называли его «русским Геркулесом».

Интересные воспоминания о Лукине оставил его современник – публицист и литературный критик Николай Селивановский: «Около пяти лет батюшка был в Николаеве, где подружился со многими флотскими и, между прочим, с силачом Лукиным, бывшим капитаном корабля. Он жил бедно, кучер его Илья, впоследствии бывший у императора Александра, тоже был силен. Бывало, у Лукина гости, Илья привозит бочку воды сорок ведер (около 480 килограммов только одной воды, не считая веса дубовой бочки) и вызовет барина составить; они двое снимут с телеги бочку и бережно опустят на землю».

18 июня 1807 года «Рафаил» в паре с корветом «Сильный» атаковал турецкий 120-пушечный линейный корабль «Мессудие» («Величество Султана») под флагом капудан-паши Сеид-Али [21] . На них и сосредоточился огонь всей османской эскадры. Имея сбитые паруса, «Рафаил» прорезал строй турок между кораблями «Мессудие» и «Седель-Бахри» (флаг капитан-бея Бекир-бея), ведя огонь с обоих бортов. «Сильный» и другие корабли, поддержав атаку, легли на курс, параллельный курсу противника. А колонна под командой Сенявина атаковала авангард противника: русский флагманский корабль «Твердый» повредил головной фрегат турок, а затем, ударив по следующему в линии кораблю, заставил и его лечь в дрейф. Одолеть остановившуюся колонну противника для адмирала Сенявина не составило труда. Лишившись почти трети эскадры, турки были вынуждены ретироваться. Русская эскадра не потеряла ни одного корабля. Однако во время сражения погибло 78 русских моряков, большинство – из экипажа «Рафаила».

Когда корабль атаковали два турецких судна, Лукин приказал:

– Абордажных – наверх!

Заметив, что сбит кормовой флаг, Лукин, взбежав по трапу, крикнул:

– Мичман Панафидин, сейчас же поднять флаг…

То были последние слова командира: турецкое ядро разорвало Лукина пополам…

О последних минутах капитана 1-го ранга Дмитрия Александровича Лукина мичман Панафидин вспоминал:

«…В исходе 10-го часа капитан позвал меня и велел, чтобы поднять кормовой флаг, который казался сбитым; он стоял на лестнице для всхода на ванты и вполовину открытый; брат Захар, его адъютант, был также послан. Исполнив приказание, я шёл отдать ему отчёт, но он уже лежал распростёртым на левой стороне шканец: в моё отсутствие ядро разорвало его пополам и кровью облило брата и барабанщика. Благодаря Бога, брат не был ранен. Кортик, перешибленный пополам, лежал подле его; я взял оружие, принадлежавшее храбрейшему офицеру, и сохраню, как залог моего к нему уважения. Тело его перенесли в собственную его каюту…»4

К слову, первым командиром нового фрегата «Рафаил» был Фёдор Юрьев. Командуя «Рафаилом», он участвовал во взятии крепости Варны, за что был пожалован золотой саблей с надписью «За храбрость»; отличился в операции под Инадой и был награждён орденом Св. Анны 2-й степени. За сожжение турецкого корабля под Пендераклией командир «Рафаила» получил императорскую корону к ордену Св. Анны. После того как Юрьев был назначен командовать линейным кораблём «Чесма», фрегат «Рафаил» возглавил Семён Стройников [22] .

Такие вот люди воевали на овеянном славой «Рафаиле». И не только воевали, но и погибали, защищая честь Андреевского флага.

Но вернёмся к послужному списку флотского офицера С. Стройникова.

Прекрасная военная карьера Стройникова, если судить по его отличному послужному списку, в полной мере получила развитие во время его службы в рядах Черноморского флота, куда он был переведён в 1811 году.

Теперь внимание: именно в этот период на Черноморском флоте в очередной раз (до этого он уже служил здесь) появляется капитан 1-го ранга Фома Мессер, назначенный командиром 110-пушечного корабля «Полтава». Где и как познакомились эти двое, история умалчивает; зато известно другое: вскоре Стройников предлагает руку и сердце дочери Мессера – Елизавете Фоминичне. К предложению привлекательного и подающему надежды офицера Мессеры отнесутся благосклонно; в 1813 году у молодой четы родится старший из сыновей – Николай.