Чтение онлайн

– Мне поручено разобраться и доложить по инстанции для соответствующей реакции руководства.

– Эх, Андрей Захарович, вы бы приехали к нам отдохнуть, покупаться в море, порыбачить, тройной ухи откушать, позагорать на пляже. Шампанское, коньяк, красивые юные грации, а не заниматься грязными анонимками, кляузами, – посетовал хозяин кабинета. – Не к лицу вам эта рутинная, ассенизаторская работа. Молодой, симпатичный мужчина и вынуждены убивать время на всякую мелочь, рыться и дышать архивной пылью.

– Я, как и вы, госслужащий, обязан выполнять задание в строгом соответствии с законом о работе с письмами, заявления и предложениями граждан, – сухо возразил гость.

– Как это скучно, – прикрыв рот ладонью, зевнул Савелий Игнатьевич. – Я тоже госслужащий пятого ранга, повыше вашего, однако не кичусь этим, лоб от усердия не расшибаю. Во всем должна быть мера, здравый смысл, а не слепое служение по уставу или директиве. Позвольте, хоть краем глаза взглянуть, что там обо мне насочиняли? Живешь и не знаешь, как выглядишь со стороны, что о тебе другие думают, гадают, какими обидными словами незаслуженно обзывают?

– Конечно можно,– Андрей Захарович, щелкнув замками, открыл крышку кожаного «дипломата».

– Минуточку, я представляю вам своего советника. Знакомьтесь, Игорь Глебович Каморин. Он на время пребывания в командировке обеспечит вам комфорт и уют, культурную программу, чтобы остались самые приятные и яркие впечатления.

– К вашим услугам, маэстро, – советник слегка привстал со стула и вальяжно подал руку. – Не скромничайте, предлагайте мероприятия для культурного отдыха. А работа – не волк, в лес не убежит..

– Я вас не обременю заботами, привык к спартанскому образу жизни, – признался главный специалист. – Похлопочите об отдельном номере в гостинице, чтобы никого не подселяли и я мог спокойно поработать с документами.

– Нет проблем, закажу самый лучший люкс-номер, как для самого дорогого гостя, – ответил Хлыстюк и поинтересовался. – Вы к нам надолго пожаловали?

– Надеюсь за три дня управиться. Предстоит изучить учредительные документы нескольких акционерных и коммерческих фирм, систему налогообложения, финансовые дела и если удастся, то встретиться с автором жалобы, прокурором и начальником милиции.

– Да, серьезный подход к делу, – похвалил Савелий Игнатьевич. – Вам с таким объемом работы самому нелегко будет справиться. Я дам вам двух-трех добросовестных, грамотных специалистов, быстро наберут текс и распечатают на принтере.

– Нет, любезно благодарю, – Райков, заботясь о сокрытии информации, отклонил помощь. – Для меня это дело не новое, уже не первый год занимаюсь подобными проверками, поднакопил ценный опыт. Объективности и справедливости ради, стараюсь вникать лично. Считаю, что каждый человек должен честно, достойно прожить дарованные Всевышним годы. Таков мой принцип.

– Похвально. Мы с вами солидарны, можно сказать, единомышленники. И все же каковы результаты ваших прежних проверок? – вкрадчиво спросил Хлыстюк.

– Положительные. Возбуждено несколько уголовных дел по фактам коррупции, мошенничества, казнокрадства и нарушениям налогового законодательства. Два руководителя отстранены от должностей и находятся под следствием, – не без гордости сообщил Райков.

«С таким его усердием неминуемы большие неприятности», – подумал мэр, переглянувшись с советником. Оба натянуто улыбнулся:

– Вы, Андрей Захарович, по всему видно, очень ценный работник, на хорошем счету, премии, грамоты, почет и уважение…

– Вниманием начальства не избалован, но от честно выполненной работы получаю моральное удовлетворение.

– Только моральное? Значит, вы – идеалист и романтик. А, как же материальное поощрение, что же не имеет для вас значения?

– Для меня оно вторично. Зарплату получаю и то хорошо, на скромную жизнь вполне хватает.

– Деньги никогда не бывают лишними, – заметил Хлыстюк.– Жена, дети, а если еще и зазноба на стороне. Это мой поезд далеко ушел, а вы молоды, привлекательны, должны нравиться женщинам. Поэтому и материальный стимул очень важен. Ведь деньги, сколько бы их не было имеют одно плохое, даже досадное свойство. Не так ли, Игорь Глебович?

– Да, они слишком быстро кончаются, – поддержал Каморин и оба дружно рассмеялись. Райков на их смех отреагировал едва заметкой улыбкой.

«Вот сухарь попался, как шланг, юмора, шуток не понимает, ничем его не расшевелить», – огорчился Савелий Игнатьевич и строго напомнил:

– Вы обещали показать жалобу.

– Ах, да, извините, увлекся, – замешкался главспец и подал написанный аккуратным почерком лист бумаги. Савелий Игнатьевич быстрым взглядом пробежал строчки. В жалобе сообщалось, «что в городе действует сеть торговых и увеселительных заведений, казино, ресторанов и баров, оформленных на подставных лиц и близких родственников, а фактическим их владельцем является Хлыстюк и другие приближенные к нему чиновники.

Данным фирмам он, используя служебное положение, обеспечил льготные условия. Они под видом благотворительных и спортивных фондов и фирм освобождены от уплаты налогов, либо платят по минимуму. В некоторых магазинах, пивбарах и т. д. реализация товаров осуществляется помимо кассовых аппаратов.

Неучтенная выручка, поборы с торговых точек, взятки поступают на банковские счета и в карманы мэра и его близкого окружения. Люди доведены до отчаяния. Учителя, медики, пенсионеры, ветераны войны и труда обречены на голод, болезни и вымирание. Смертность в городе в два с половиной раза превышает рождаемость. А в это время дорвавшаяся до власти верхушка жирует, предается утехам в салоне «Шик & Блеск» и других притонах. Требуем принять срочные меры. В противном случае обратимся к президенту – гаранту Конституции. Справедливость должна восторжествовать. Не называем имен из-за угрозы преследования. Группа справедливых товарищей».

– Группа товарищей, как под некрологом, – усмехнулся Хлыстюк. – Только напрасно, тщетно они хотят меня раньше времени похоронить. Не дождутся! Чего они испугались, ведь я за объективную критику благодарен, реагирую оперативно и справедливо, по совести и чести. В этой кляузе, что ни строчка, то клевета с целью подорвать авторитет, опорочить руководителя. Это ведь анонимка. Ни адреса, ни имен и подписей конкретных заявителей. Потому не подлежит рассмотрению. На меня давно кто-то зубы точит, нервы испытывает. Но я стою прочно, тоже не лыком шит, не дождутся отставки, только через мой труп.

Он перевел дыхание, пристально поглядел на Райкова и отчетливо предложил. – Я бы на вашем месте вынес решение о том, что факты, изложенные в анонимке, не подтвердились. Списал бы ее в архив, а еще лучше сжег, а пепел смел в корзину. Только время впустую потеряете. Побывайте нынче в любом городе. Кто сейчас депутатов, министров, да нашего брата чиновника, любит? Никто! Каждый норовит кукиш сунуть, злость сорвать. Время такое, все кому не лень недовольны властью, называют ее режимом, будто живем в огромной зоне под надзором вертухаев..