Чтение онлайн

Быстрый обыск прочих ящиков стола ничего полезного не выявил: бумаги, бухгалтерские книги, всякое такое, от чего толку нет.

В конце концов Жанно решил, что пора уходить. Не нужно, чтобы его здесь застал кто-нибудь из Сен-Клеров. Даже Элен.

Жанно тщательно закрыл за собой двери дома и конюшни — не стоит афишировать свой приход. Потом он вышел из калитки и направился в логово Мартышки и Поля. С ними он поделится, но не поровну. Человек имеет право что-то и для себя оставить.

Элен шла в сторону солнца, как и в прошлый раз, но сейчас путешествие было куда как опаснее. Слышался гром пушек, теперь уже внутри города, рокот разрушения, когда взрывались здания, освобождая путь наступающей армии. Она переняла у Жанно некоторую осторожность беспризорника, но не была готова к зрелищам, которые предстали перед ней на улицах. Битва была жестокая, и по всей земле валялись обломки домов. Лежали непохороненные тела, будто отброшенные в сторону наступающими солдатами, в ноздри лезли пыль, грязь и вонь, к горлу подкатывала тошнота. На одном углу она увидела ребенка, нагнувшегося над телом молодой женщины. Мальчик тянул ее за руку, всхлипывал и жалобно повторял:

— Мама, вставай! Ну вставай!

Элен остановилась и протянула ему руку, но он оттолкнул ее с криком:

— Уйди!

— Тебе нельзя здесь оставаться, — сказала ему Элен, оглядывая жутковатую полуразрушенную улицу.

Но мальчик только кричал:

— Уйди! Уйди! Уйди!

Расписавшись в собственном бессилии, Элен пошла дальше, оставив мальчика плакать над мертвой матерью.

На улицах уже были люди, они шли по своим делам и мало обращали внимания на девочку, идущую на запад, прочь от битвы, все еще продолжающейся на востоке. Иногда, услышав грохот сапог по мостовой, Элен пряталась в каком-нибудь подъезде и смотрела в щелку, как мимо проходят строем солдаты, но при этом она даже не знала, на чьей они стороне.

В конце концов, как и в прошлый раз, ее привела к дому колокольня церкви Богоматери Скорбящей. Элен чуть не заплакала от радости, когда ее увидела — такую же высокую и крепкую, наставившую шпиль в небеса. Уже дома. Что бы там ни было, она уже дома!

Когда Элен открыла калитку и проникла в сад, день переползал к вечеру. Она подумала, застанет ли Марселя и есть ли у него вести о Жорже. Подойдя к конюшне, Элен окликнула его, но внутри было пусто. Найдя спички, Элен зажгла лампу. И только тогда в ее теплом свечении увидела на кипе соломы сложенный лист бумаги со своим именем.

Элен схватила письмо и, поднеся к лампе, прочла. Потом перечитала еще раз, с трудом веря в прочитанное. Марсель нашел Жоржа, и тот теперь в безопасном месте, в доме доктора Симона, но сам Марсель ушел — вернулся на баррикады драться. Элен крепко сжала листок, держа его как… как талисман. Один брат спасен — это чудесно, но второй? Что с ним будет? К горлу подступил комок при мысли, что Марсель дерется не на жизнь, а на смерть и его мертвое тело может валяться на баррикаде, как тела тех, кого она видела сегодня.

— Боже, прошу Тебя, — взмолилась девочка, — пусть он вернется домой невредимым! Пусть его не убьют!

А что случилось с Жанно, она понятия не имела. Он просто исчез. Может быть, тоже убит и она никогда об этом не узнает. Бедняга Жанно.

«Что ж, — подумала Элен, вздохнув, — Марсель велел найти Жоржа, так что пора идти».

Она тщательно загасила лампу и вышла на улицу. Солнце уже садилось, небо было окрашено в сочный красный цвет, который прорезали оранжевые и желтые полосы. Элен глаз не могла оторвать от такой красоты. Какой чудесный закат! Хотя бы его не может уничтожить война.

Добравшись до дома доктора Симона, она постучала в дверь и стала ждать. Ждала, как ей показалось, долго, потом услышала за дверью шаги. Хотела постучать еще раз, но женский голос спросил:

— Кто там?

Элен Сен-Клер! — отозвалась Элен. — Мадам Иветт, это я, Элен Сен-Клер!

Послышался скрежет отодвигаемого засова, дверь распахнулась, и на пороге показалась мадам Иветт, домоправительница доктора Симона, которую Элен знала всю жизнь.

— Заходи, Элен, твой брат здесь, — сказала мадам Иветт так, будто ждала ее.

Жорж сидел в кресле, перебинтованная нога лежала, приподнятая, на придвинутой табуретке. Увидев, кто пришел, Жорж просиял.

— Элен! — вскричал он. — Слава богу, ты жива и здорова! Что с тобой случилось, где ты была? Мы так за тебя волновались!

Элен бросилась его обнимать.

— Жорж! Бедная твоя нога! Как ты себя чувствуешь? А нога заживет?

— Конечно, заживет, — ответил доктор Симон, входя в комнату. — А вы, мадемуазель, — продолжал он, — выглядите намного лучше, чем когда я вас видел в прошлый раз. Но где же вы были? Ваши братья с ума сходили от беспокойства.

Элен, сев возле Жоржа, взяла его руку.

— Это долгая история, — начала она. — Когда ты в ту ночь нас отослал, Жанно побоялся идти на авеню Сент-Анн, где как раз была зона обстрела. Он сказал, что сейчас обе армии обстреливают Пасси, и отвел меня в дом своих друзей — тети Эдит и дяди Альфонса, которые опекали его во время осады. В общем…

Элен объяснила, что не знает, где они живут, но их дом недалеко от того места, где она убежала от Гастона, перелезши через стену склада.

— Жанно пошел добыть еды, — рассказывала она. — Но не вернулся, и я с тех пор его не видела.

— Ожидаемо, — вполголоса заметил Жорж, который всегда не доверял мальчику.

— Неправда! — возмутилась Элен. — Пусть ты мне не веришь, но он все время мне помогал. Помог убежать от Гастона, и Гастон его при этом чуть не убил. И он не бросил бы меня с этими людьми и не ушел бы насовсем… если бы это было в его силах. — Голос ее задрожал. — Ты думаешь, его убили во время боя?

— Не знаю, Элен. Полагаю, что это возможно. Но ты же знаешь, он такой парень, который привык жить самостоятельно. — Жорж постарался, чтобы его слова звучали оптимистично: — Вероятно, ему пришлось на время где-то затаиться. Я думаю, что он прячется в безопасном месте и вскоре опять появится.

«Хотя только небеса знают, что нам с ним делать в этом случае, — подумал Жорж про себя. — Ладно, подумаем об этом, когда придет время».

В дверь постучали, и тут же, не дожидаясь приглашения, в комнату ворвалась мадам Иветт.

Доктор! крикнула она. — Посмотрите в окно, весь Париж в огне!

Доктор Симон подошел к окну и раздвинул шторы. Небо по-прежнему было таким, каким Элен любовалась раньше: красное с оранжевыми и желтыми мазками, но сверху клубились темные облака, подсвеченные снизу.