Чтение онлайн

У меня от напряжения тряслись руки и ноги. Но, не смотря на весь испытанный немного раньше страх, я была ужасно довольна собой. После второго подъёма и спуска, я себя уже чувствовала бывалым профессионалом, словно я покорила Эверест. Ну, по крайней мере, мой собственный Эверест.

К вечеру, я еле приползла в лагерь. Безропотно проглотив подгоревшую кашу, приготовленную Виталиной Геннадьевной, я сидела на бревне у костра и ждала, когда Артём подготовит горячую воду для бочки в летнем душе. Чтобы вода в бочке стала теплее, в неё надо было вылить несколько вёдер кипятка, согретого на костре. К костру подошел Палыч и присел на бревно, напротив меня.

– Привет, Катерина,- поздоровался Палыч, покровительственным тоном,- Чо, твой говорил, когда за клинки платить собирается? Вещь дорогая, на заказ делали. Не три копейки стоит.

– Мы с ним не обсуждали этот вопрос,- ответила я,- тебе лучше поговорить об этом с Артёмом.

– Поговорю, погорорю…- протянул он, противно ухмыляясь,- Что, Катюха? Небось, рада, что, наконец, мужика себе нашла?- он буквально лучился самодовольством,- Ты смотри, ублажай его как следует! А то вокруг полно молодых да рьяных, быстро уведут!

– Не суй свой нос не в свои дела, Киселёв,- резко ответила я. Мы с Палычем никогда не были друзьями, а после того, как я отказала ему в его домогательствах, несколько лет назад, мы и вовсе были в состоянии холодной войны.

– А то приходи, я пожалею!- продолжал глумиться он.

– Катя, вода готова. Иди,- я услышала за спиной голос Артёма. Я встала, взяла свою сумку с банными принадлежностями и чистой одеждой и направилась в сторону душа.

– Андрей, вот всё с тобой посоветоваться хочу,- уходя, услышала я,- пойдем, покажу кое-что.

Я оглянулась. Артём приобнял Палыча за плечи и повел в сторону пещеры. Расстояние между нами увеличилось, и я уже не могла слышать разговор. Я стояла и наблюдала за ними, пока они не скрылись за деревьями. Мне было обидно, что Артём так дружелюбен со всеми, особенно с этим придурком Киселёвым, но, кляузничать я, тоже не хотела. Вздохнув, я всё же пошла мыться.

На следующее утро, я увидела, что Палыч, как-то странно подволакивает ногу и его, почти обездвиженная рука, плотно прижата к туловищу. Походка у него была кривая, и мне даже трудно было определить, на какую ногу он хромает. После завтрака он заявил, что сегодня уезжает. На меня и Артёма он демонстративно не смотрел. И отворачивался, если вдруг мы случайно встречались глазами. Палыч всем сказал, что упал, и ему нужно в больницу. Василий Анатольевич после тщательного расспроса, что же с ним случилось, отпустил его. Малыкин вызвался отвезти его до дороги и поймать попутку.

Когда мы с Артёмом остались одни, я спросила:

– Это ты его отделал?

Артём неопределённо пожал плечами. На самом Артёме не было ни царапины. Даже костяшки на руках не были сбиты. Отделать такую тушу, как Палыч, и не получить сдачи, было не просто.

– А если он в полицию заявит?- наседала я.

– Кто? Это недоразумение? Не накручивай себя. Такие как он, нападают только на тех, кто слабее их и исподтишка. Ни куда он не заявит. Скорее всего, он предпочтёт мстить лично, не прибегая к помощи третьих лиц. Наверняка, сейчас строит в голове серию пакостей различной степени крупности.

– Я сейчас должна успокоиться?

– План был такой,- улыбнулся Артём,- Не волнуйся. Мы поговорили, и, я думаю, поняли друг друга.

– И что же он должен был понять?- не унималась я.

– Что ему лучше держаться подальше от тебя и от меня. Хватит об этом. Что сегодня будем делать? Хочешь, еще потренируемся на сосне?

– Нам надо поговорить. Ты обещал раскрыть мне все свои тайны.

– Мои тайны тебе могут показаться выдумкой, и ты подумаешь, что я врун. Пусть всё идет своим чередом. Когда придёт время, ты всё узнаешь.

– И что же это за время?

– Оно может и не прийти никогда,- грустно сказал Артём,- Тогда мы просто вернёмся домой, поженимся, нарожаем кучу детишек и будем жить долго и счастливо.

– А второй вариант?

– Второй вариант точно такой же, только мы будем жить в другом месте.

– Каком?

– Это место… Оно, необычное…- Артём, мучительно подбирал каждое следующее слово.

– Где это?

– Оно… Надо спуститься в пещеру, там есть проход туда.

– В то место?

– Да.

– Ты зимой туда ходил?

– Не совсем. Недалеко был мой тайник. Я забрал кувшин с золотом и кольцо. Не подумай, это не клад разбойников.

– Артём… Я ничего не поняла.

– Я не удивлён. Не торопись. Всему своё время.

И я… согласно кивнула.

Да что ж я такая безропотная? До встречи с ним за мной такого не числилось. Раньше я бы уже настроила кучу версий и дотошно выпытывала все подробности всех событий. И главное, что меня это совершенно не беспокоит.

Со мной происходило нечто странное и непонятное. Перед глазами всё кружилось. Я не могу понять, где я нахожусь, и кто меня окружает. Голова нестерпимо болит, особенно затылок. Я слышу, как рядом со мной на повышенных тонах разговаривают двое. Это мужчина и женщина. Каркающий голос женщины нападает, а блеющий стариковский мужской голос, что-то ей возражает. Я попробовала открыть глаза, но мне это удалось лишь частично. Немного приоткрылся лишь один глаз, второй глаз не открылся и пульсировал болью. Я ощущала боль во всём теле, особенно внизу живота. Немного поодаль от меня стаяла пожилая, но крепка женщина в старушечьей одежде. Рядом с ней находился невысокий мужичок с козлиной бородкой.

– …Надо избавиться от неё,- уловила я смысл последней фразы.

– Давай наймем какого-нибудь оборванца, он за меру браги закопает её,- внес своё предложение мужик.

– Да, и потом расскажет всем, что он закопал её за меру браги? Такие дела надо делать самим, чтоб ни кто не знал! Да ты глянь! Она в себя пришла!

Женщина направилась ко мне. Она ударила меня ногой по лицу. И без того болевшая голова, взорвалась невыносимой болью.

– Ну ты того… Не сильно её…- проблеял мужик.

– Что, жалко стало потаскуху? Новую курицу себе подыскал? На молоденьких потянуло? Так я быстро князю расскажу, как ты её оприходовал!

– Так я это… Она сама меня в грех ввела. Как увидел я её, так терпел, терпел, а она вишь, какая! Соблазнила меня она…

– Всё к лучшему! Всевышний простит грехи наши. Не будем мы её убивать. Оставлять её так тоже нельзя. Вдруг кто найдёт, или сама приползёт. Князь нас на куски порежет,- похоже старая баба что-то придумала и, чувствую, мне это не понравится,- Я вернусь скоро. А ты не бей её больше, а то не ровён час убьёшь. Нельзя нам грех такой на себя брать.