Чтение онлайн

Он совершит самую большую ошибку в жизни, если пойдет по этой дороге. Поэтому она не могла принять его решение. Не могла!

– Ты не можешь быть священником!
– резко заявила она.

Он ведь даже не научил её играть в шахматы!
– почему-то вдруг в голову закралась именно эта сакральная мысль.

Себастьян нахмурился.

– Почему ты так говоришь?

– Это не твое призвание!
– болеё убежденно воскликнула Тори, впервые по-настоящему гневаясь на него. Впервые в жизни она рассердилась на него, и это ей ужасно не понравилось. Но больше всего ей не понравилось то, что именно он был виновен в том, что она рассердилась на него. Он был таким взрослым! Как он мог прийти к такому абсурдному заключению?!
– Почему ты не выбрал что-то другое?
– с упрёком спросила она.
– Например, стал бы барристером и мог бы дослужиться до верховного судьи. Или устроился бы в Ост-Индской компании. Или стал бы военным. Быть военным намного лучше, чем быть священником!

– Откуда ты знаешь об Ост-Индской компании?
– удивился он.

– Отец мне рассказывал, но дело не в этом. Ты не станешь священником!

– Но почему?

Тори с горечью признала, видела это по выражению его глаз, что он не понимает её. Он не понимал, что совершал величайшую ошибку в своей жизни, а она не знала, как объяснить ему не делать этого.

– Это самое занудное и скучное занятие на свете!
– сказала она первое, что пришло ей в голову.

Её звенящий голос потонул в шуме волн. Пораженный её словами, Себастьян уставился на неё.

– Ты считаешь меня занудой?
– не веря собственным ушам, медленно спросил он, выпрямляясь.
– Скучным?

Тори вздрогнула, но не отступила, чувствуя, как колотиться сердце.

– Ты станешь таким, если пойдешь учиться на священника.

– Я уже всё решил!

Мир раскалывался на тысячу осколков, и она ничего не могла с этим поделать. Сердце Тори болезненно заныло. Она не представляла, что все может хоть когда-нибудь сложиться именно так. Всю жизнь, с тех пор, как она обрела его, Тори боялась только одного: что между ней и Себой может хоть что-то встать. Впервые угроза была болеё чем реальной, и Тори вдруг поняла, что не вынесет этого.

– Ты не можешь так поступить, - с жалобным упреком прошептала она, прикусив нижнюю губу.

– Почему?
– спросил он, смягчившись, когда увидел, как её милое личико исказилось от настоящей боли.
– Почему, Вики?

Его нежный голос сотворил с ней нечто необъяснимое: Тори к своему ужасу заплакала, ощутив холод в груди.

– Тебе ведь придется уехать для учебы… - пролепетала она.
– Надолго. И я тебя не увижу.

Одна только мысль об этом вселяла в неё панику и ужас.

– Но только так я смогу выучится на священнослужителя, - словно бы оправдываясь, сказал он.
– Да и в любом случае мне пришлось бы уехать, чтобы учиться.

– Прошу тебя, не делай этого, - взмолилась она, чувствуя, что начинает задыхаться.

Тори вдруг увидела, как потемнели его красивые глаза. От боли.

– Мне уже прислали письмо из Кембриджа… - Его голос стал совсем тихим.
– Я зачислен на первый курс.

Тори окаменела, ощутив, как земля уходит из-под ног. Своими словам он словно бы вонзил ей в сердце самый острый нож. От потрясения у неё даже слезы высохли на ресницах. Это было похоже на предательство. Он предал её! Он решил их судьбу, не посоветовавшись с ней. Больнеё всего её ранило именно осознание этого факта.

– Значит, ты уже все решил?
– наконец заговорила она шершавым голосом.
– Принял решение без меня?

Он вздрогнул так, будто она ударила его.

– Так будет лучше.

– Как это может быть лучше?
– вскрикнула Тори, вытерев тыльной стороной руки вновь скатившиеся по щекам слезы. Её начинало трясти от дикого холода.
– Зачем ты это делаешь? Ведь все было так хорошо.

– Жизнь не стоит на месте, - с присущей ему мудростью заметил Себастьян, с мольбой глядя на неё.
– Все меняется. И поверь, так будет лучше. Я обещаю, - горячо заверил он.

– Неужели? Ты действительно веришь в то, что говоришь?
– С гневом, с мольбой она смотрела на него и ждала ответа, который исправит всё но он не ничего не сказал. Словно бы ему не хотелось оставаться с ней. Расставание с ним для неё было подобно смерти. Как он это не видел? Как он может не понимать этого? Как он может поступить так необдуманно, разрушить свою жизнь и её мир? У неё дрожали ноги, когда Тори отошла от него. Её сердце разрывалось на части. Такой боли она ещё никогда прежде не чувствовала. И она вдруг так на него рассердилась, что больше не хотела его видеть. Раз он уже все решил, раз он не хочет оставаться с ней, раз не хочет, чтобы её смех согревал его, пусть тогда делает, что хочет. Тяжело дыша, она гневно выпалила: - Ну что ж, прекрасно, уезжай в свой Кембридж, учись на священника. Делай, что считаешь нужным. А меня оставь в покое!

Она убежала с пляжа, так и не оглянувшись, оставив его одиноко стоять возле их валуна.

Ей казалось, что мир рухнул. Тори так сильно боялась дня, когда Себа может уйти из её жизни, когда она будет ему не нужна. И кажется такой день настал. Вот только она не была готова к тому, что обрушится на неё. Боль терзала её изнутри так, что было трудно дышать, трудно говорить. Трудно даже двигаться. Боль, которую причинил ей именно он, разрушив всё то, что было святым для неё. Он добровольно решил покинуть её, оставить одну. Тори просто не представляла, что будет делать без него. Она наивно верила в то, что их дружбе ничего не угрожает, что она будет длиться вечно. Неужели она была так слепа! Так наивна!

Тогда пусть он едет в свой чертов Кембридж и учится на священника, пусть будет лишён всех радостей жизни, пусть улыбка больше не коснётся его красивого лица, пусть свет больше не будет светиться в его глазах, пусть он больше никогда не будет смеяться, пусть живет без неё…

– Черт побери!
– закричала Тори, гневно шага по лесу и отчаянно борясь со слезами.

И впервые в жизни ей захотелось сделать что-нибудь ужасное, безумное. Хотелось кого-нибудь ударить! Что-нибудь разрушить. Себа говорил, что хотел помогать другим, доносить до других слово Божье, а как насчет неё? Неужели она ничего не значила для него, если ему было так легко разрушать их дружбу и уехать? Ни капельки привязанности?

Едва добравшись до дома и распахнув двери, Тори стремительно полетела вверх по широкой лестнице, желая оказаться в своей комнате, но её остановил голос Кейт, которая вышла из гостиной вместе с родителями.

– Тори, что это с тобой?
– настороженно спросила Кейт, зная, что Тори никогда не хлопает дверью.

Но, увидев слегка припухшие красные глаза сестры, Кейт застыла, зная точно, что Тори почти никогда не плачет. Поэтому можно было сразу догадаться, что случилось что-то ужасное. Однако сестра не пожелала ответить.

– Оставьте меня в покое!
– яростно прокричала Тори и убежала к себе.

Она заперлась у себя, и никого не пускала к себе до самого вечера.

Домочадцы с ужасом пытались понять, что произошло с ней, но только на следующий день узнали, что Себастьян уехал на учебу в Кембридж, и что он будет учиться на священника. Теперь было очевидно, что послужило причиной дурного настроения Тори, но никто так и не смог понять, что она испытывала на самом деле. Когда же виконтесса попыталась вызвать свою юную дочь на откровенный разговор, Тори холодно отмахнулась и гневно потребовала: