Долгожданный ребенок военного доктора
Шрифт:
Джордж пробрался по снегу обратно к Беннету и закончил выкапывать его, вызволив из-под снега ноги. Одна лыжа соскочила с ноги пострадавшего, а Джордж снял другую. Чудесным образом, Беннет не сломал ни одной конечности. Но он все еще был без сознания, и это было тревожным знаком.
Подъехал сержант и поднял вверх очки, на его лице была бледная, напряженная маска беспокойства, которое было оправданным. Потерять одного из своих врачей вследствие пустяковой травмы во время тренировки показывало его несостоятельность как лидера.
– Насколько серьезно он ранен?
– Мы не узнаем, пока не доставим его в полевой госпиталь.
– Хорошо, что вы были с ним, сэр, – в голосе сержанта прозвучала нотка уважения.
Джордж сжал губы и ничего не ответил, потому что мог сказать то, о чем потом пожалеет. В конце концов, он все еще был на нижней ступеньке по рангу в медицинском корпусе королевской армии. Но это ненадолго.
Два медицинских техника принесли из вертолета носилки. Они установили шейный бандаж на случай, если Беннетт получил травму позвоночника, а затем привязали его к носилкам и понесли вниз. Джордж поднялся в вертолет со своим пациентом, проверяя его пульс и дыхание, и наблюдая за пострадавшим.
Вертолет взлетел, двигатель ревел, пол вибрировал. Джордж держался за свое сидение, когда они повернули и направились назад. Им потребовалось несколько минут, чтобы пролететь двадцать миль, на которые пешком ушло бы три дня.
Когда они приземлились, Беннетт открыл глаза и моргнул, очевидно, потеряв ориентацию в пространстве. Джордж опустился на колени.
– Вы потеряли сознание. Мы вернулись в полевой госпиталь. Вы будете внутри через несколько минут.
Хирург – командир Грэм присоединился к ним, пока Джордж наблюдал, как медики перекладывали Беннетта на кровать, в палатке полевого госпиталя.
– Что случилось?
– Он врезался в дерево, сэр, – позже, за бокалом виски, он объяснит несчастный случай более подробно. – Жизненно важные органы не задеты, и я не думаю, что у него есть сломанные кости. Он был без сознания почти тридцать минут, но я не вижу никаких признаков серьезной травмы головы.
– Я взгляну, – Алекс Грэм был нейрохирургом, поэтому Джордж отступил и дал ему возможность осмотреть голову и шею Беннета.
Позже, когда Беннетт был объявлен стабильным и выздоравливающим, Алекс поманил Джорджа в небольшую палатку, которая служила его офисом. Он схватил пачку писем со своего стола, отсортировал их и передал Джорджу.
– У вас больше почты, чем у остальной команды, вместе взятой. Я так понимаю, у вас дома страстная подружка.
– Вообще-то, она моя невеста. Вы встречались с ней на свадьбе Роба.
– Я помню. Девушка в очках. Поздравляю с помолвкой.
Джордж пролистал письма, проверив почтовые марки. Он не получал их в течение нескольких недель, и это выглядело так, как будто они где-то задержались.
Он зашел в палатку, которая служила столовой, и налил себе чашку кофе из автомата, схватил плитку шоколада и сел в один из складных холщовых стульев, чтобы насладиться новостями от Сандры.
Сначала он открыл конверт с самым старым письмом и развернул его.
«Мой дорогой, Джордж. У меня замечательная новость или, по крайней мере, я надеюсь, что ты будешь ей так же рад, как и я. Я беременна!»
Остальные слова расплылись, когда чашка горячего кофе выскользнула из пальцев Джорджа, и горячий напиток ошпарил ему ногу.
Он подпрыгнул прямо на своем месте, схватил письмо обеими руками и перечитал первый абзац, чтобы убедиться, что ему не привиделось. Сандра была беременна.
Шок на мгновение очистил его голову от мыслей, а затем размышления о Сандре ворвались в голову Джорджа с новой силой. Он вспомнил, как она лежала в его руках, ее стройное тело и плоский живот. Теперь его ребенок рос внутри нее.
Он приложил руку ко рту, его переполняли эмоции, вспышка волнения, сопровождаемая сожалением. Это повлияет на ее карьеру, и он знал, насколько она важна для Сандры. Это была его вина, он был настолько импульсивным и позволил страсти захлестнуть его после того, как подарил девушке обручальное кольцо.
Но она не казалась расстроенной. Пульс Джорджа участился, он откинулся на спинку стула и прочитал все письмо. А после этого одно за другим, проглотил каждое слово Сандры о том, как она описывала свой визит к врачу, реакцию ее родителей и растущее волнение от перспективы стать матерью.
Сандра ни разу не упомянула о своей карьере. Все, о чем она писала, был ребенок, и планы ее матери, чтобы они поженились в местной церкви, когда он вернется домой. Напряжение Джорджа постепенно ослабевало, и улыбка становилась все шире и шире, пока он не начал улыбаться, как идиот. Он будет мужем и отцом!
Трепетная мысль пронзила его, осветив изнутри так, как будто солнце поднялось только ради него. Он всегда хотел иметь детей. Теперь это было реальностью. В его голове мелькнули образы – Сандра, прижимающая новорожденного ребенка к груди, малыша, держащего его за руку, маленького мальчика, пинающего мяч вместе с ним, маленького мальчика на велосипеде. Но это могла быть и девочка, маленькая девочкой с карими глазами Сандры.
Он порылся в кармане и вытащил их совместную фотографию из фотобудки на станции, которая теперь была помятой и потрепанной. Эта фотография была с ним повсюду, даже на изнурительных лыжных тренировках на пересеченной местности.
Через несколько недель эта красивая женщина станет его женой. Все происходило так быстро, но мужчина был доволен. Ему больше никогда не придется беспокоиться, что она может оставить его.
***
Стадо ленивых ньюфорестский пони забрело на дорогу и остановилось, размахивая хвостами и отгоняя мух. Крошечные новорожденные жеребята крепко прижимались к маминым длинным ногам. Джордж сбросил скорость своего спорткара. Автомобиль затормозил на гладкой полосе асфальта, рассекающей разноцветную вересковую пустошь.
В конце марта было не по сезону тепло, и он опустил верх кабриолета, чтобы впустить солнце. Мимо его уха прожужжала пчела, а пони уставились на него большими карими глазами. Пышная зеленая английская сельская местность казалась мечтой, после такой затяжной зимы.
Другая машина подъехала с противоположной стороны, отчего пони умчались в кусты.
Джордж поехал дальше, волнение переполняло его, когда он въехал в деревню, где жила Сандра. Вчера он прилетел из Норвегии и приземлился на Королевской военно-морской станции Йовилтон в Сомерсете, а затем сел на поезд до Лондона и провел ночь в доме своих родителей. Он хотел приехать прямо к Сандре, но сначала должен был сообщить новость о ребенке своим родителям. Сандра рассказала им о свадьбе, но не о причине спешки.