Чтение онлайн

— Я согласна, — наконец улыбнулась она. — Обрадую мужа. Можно похвастать, что я почти отважилась поймать такси!

— Правильно! — кивнул Игорь. И еще раз подумал, сколько же общего у этой очаровательной женщины и Леры — они были настоящими.

— Да и тем более Вадим сказал сейчас, что съемка затянулась, — вздохнула Алена. — Режиссер полтора часа выстраивал кадр, и муж не сможет меня встретить, как мы договаривались… — Теперь стала ясна причина грусти в ее глазах.

— Я смотрел первый фильм Вадима раз десять. — Игорь направился за Аленой к выходу. — Я тогда служил в армии, в Германии, вот нам как привезут, так и крутят… И знаете, для меня это было как бальзам на душу — и фильм замечательный, и еще там ведь показывали Москву!

Игорь запер квартиру, и они пошли к лестнице.

— А когда я встретил Вадима в спортивном клубе и познакомился с ним, это было как прикосновение к чуду — и прошлое и настоящее вместе! — Игорь хотел развеселить загрустившую женщину. — А мой друг Миша, мы служили вместе, даже дотронулся до плеча Вадима и с совершенно счастливой улыбкой сказал: «Игорь, невероятно, но он настоящий!» Миша вообще непосредственный…

Алена улыбнулась, и они неторопливо начали спускаться по широким, добротным ступеням.

— Вадим действительно настоящий, — отозвалась она.

И Игорь уже в который раз убедился, насколько хорошо они понимают друг друга.

— А представляете, после его последнего фильма я пристрастился к Цвейгу. — Игорь заглянул ей в глаза, чтобы убедиться, что хоть немного приободрил Алену. — И я влюбился в его произведения! Может, опыта жизненного поднабрался, но побудил меня к чтению именно фильм.

— В школе тщательно отбивают любовь к классике, — заметила Алена.

— Ох! — махнул рукой Игорь. — Я помню, как мучился с «Войной и миром». Мне мама пересказывала, я просто не успевал читать! И страшно ненавидел литературу, выезжал только на критике.

— А мне отец помогал, он занимался русской литературой, — улыбнулась Алена. — Я ему тему подкидывала, он начинал рассуждать, я конспектировала, а потом писала сочинение.

Они прошли половину пути по лестнице.

— Но после фильма по Цвейгу Вадим долго не снимался, — проговорил Игорь. — Я жду его фильмов…

— Да, он два с половиной года отклонял все предложения. Он ни на день не хотел оставлять меня и детей…

Осталось пройти пару лестничных пролетов.

— И сейчас он согласился только потому, что отказать этому режиссеру не может. С ним он делал свой первый фильм.

Игорь кивнул: все правильно, семья главнее всего. А тем более у них дети…

Игорь отворил подъездную дверь, и вдруг…

Вадим Высоковцев стоял перед подъездом, облокотившись о свой темно-синий красавец «мерседес». И глаза его восторженно вспыхнули, как только он увидел жену:

— Сюрприз, ваша светлость!!!

— Вадим! — Алена поспешила в объятия мужа.

А Игорь улыбнулся и подумал, что эти двое уже достигли долины любви и счастливы. Вадима же он сравнивал со скалой, преграждающей путь всем ветрам…

Игорь смотрел вслед удаляющемуся «мерседесу» и думал, что не знает, силой или слабостью считать свой поступок. Ведь он отпустил Валерию. И до сих пор сомневался, стоило ли. Ведь он мог всего лишь нажать на кнопку блокировки дверей и… И попытаться уговорить ее остаться, изменить решение. Но в то же время он понимал, что по-другому поступить Лера не сможет.

Да и он по-другому поступить не смог бы, потому что любил ее.

А накатывающиеся временами сомнения, отчаяние и страх, что их счастье не вернется, прогонял голос любимого певца: «Нет, я не верю, что это все нельзя вернуть! Нет, я не верю, что нет просвета в этой мгле! Нет, я не верю, что нет счастья на земле!»

Игорь взглянул на океан зелени этого мая:

— Ничего, солнышко, осталось переждать совсем немного теплых дней, и мы встретимся!

Весь май дул сильный ветер. Он пытался сбить Валерию с ног, остановить и заставить вернуться…

Но возвращаться Лера не собиралась, она преодолевала порывы встречных холодных воздушных масс и шаг за шагом приближалась к цели своего пути…

Валентина Сергеевна, когда Лера приходила к ней в больницу, демонстрировала свое недовольство и неустанно твердила о прекрасной семье, с которой им посчастливилось соединиться. Валентина Сергеевна не переставала восхищаться вниманием Эдика и его родителей и выказывать Лере «фи» за то, что та жила дома. Бабушка не задумывалась о том, что совмещать работу, учебу и ежедневные посещения больницы проще, если все это находится рядом, а не в полутора часах езды.

А завершился этот отрезок пути, сопровождаемый волнением и беспокойством, ураганом.

Бабушку выписали из больницы, и она, прибыв домой, предприняла решающую попытку присмирить внучку.

— Валерия, ты уладила свои отношения с мужем?

— Все как прежде, — ответила Лера и почувствовала, как замирает сердце.

— То есть ты хочешь принести мою жизнь в жертву своей похоти? — Валентина Сергеевна была спокойна, она знала, ради чего борется. Ради спокойной жизни внучки.

Валерии было тяжело: бабушка упрямо стояла на своем, не желая понять ее.

— Скорее дойдет до того, что твой любимый Эдик убьет меня, — проговорила Лера срывающимся голосом, — потому что я устала от него! И он вдобавок теперь не только груб, но и очень зол!

— Так будет до тех пор, пока ты не перешагнешь через свое упрямство. А тем более ты скоро поймешь, что главное в семье не секс, а…

— А любовь! — На глазах Валерии блеснули слезы.

Бабушка внимательно смотрела на внучку.

Нет, даже слезы ее крошечного цветочка не заставят Валентину Сергеевну уступить — резать по живому всегда больно и мучительно, но это спасает жизнь.

— Я даю тебе четыре месяца на устранение проблем! — отчеканила бабушка. — Собирайся и уходи! И чтобы ноги твоей здесь не было! Мы с родителями Эдика уезжаем на дачу и предоставляем вам возможность укрепить свои отношения. Меня здесь летом не будет, и тебе делать нечего!

— Ты поступаешь со мной так, будто Дятлы и Эдик тебе роднее меня… — Лера не ожидала такого от бабушки.

— Правильно, ты мне не слишком близкая родственница, потому что ты — дочь человека, который струсил!

— Этот человек — твой единственный сын! — Лера едва сдерживала себя, чтобы не открыть бабушке так тщательно ею же самой скрываемую тайну.

— Если я узнаю, что ты не живешь с Эдиком, то мы поссоримся навсегда! — Валентина Сергеевна тяжело вздохнула. — Валерия, сделай это ради меня. Ты скоро поймешь, что я была права.

— Хорошо. — По бледным щекам Леры заструились потоки слез. — Только потом не пожалей о своей просьбе, потому что я не знаю, чем это закончится и смогу ли я выдержать!

Валентина Сергеевна отвернулась от внучки. Женщина стиснула зубы — она должна остаться твердой, чего бы это ни стоило!

— Ключи оставь, не заставляй меня менять замки.