Чтение онлайн

— Знаешь, Лер, она находит повод поговорить со мной. — Эдик улыбнулся, и Лера, пожалуй, впервые увидела, насколько счастливым он может быть. — А недавно она дежурила, и мы пробыли вместе всю вторую половину дня и даже пили вместе чай, когда все ушли!

— И ты еще продолжаешь сомневаться в себе? — Валерия подошла к нему и присела на соседний стул. — У тебя все получится. Это у нас ничего не получилось, и не стоит мучить друг друга.

— Но… — встрепенулся Эдуард, и счастливая улыбка сменилась гримасой ужаса. — А как же мама?

— У родителей своя жизнь, — ответила Лера. Она должна развеять все его сомнения. — А у каждого из нас — своя! Жить так, как хочет твоя мама или моя бабушка, — это не жить! Понимаешь, они устроились, им удобно. Им! О нас они не думают!

Эдик кивнул и сжал пальцами виски — ему было нелегко кардинально изменить свою жизнь, но он понимал, что Лера права и на перемены нужно решиться обязательно.

— Лер, а ты поможешь мне? — Во взгляде Эдика ясно прочитывалась мольба. — Я один не справлюсь с матерью…

— Я помогу тебе, — сказала Лера. — А ты поможешь мне, у меня с бабушкой тоже много разногласий.

Эдик кивнул.

— Сообщить им сейчас, что у нас все кончено, — это значит нанести болезненный удар, — сказала Лера. — Пусть они спокойно отдохнут этим летом…

— Да, надо постепенно подготовить их к нашему разрыву.

— Нет, давай скажем, когда они вернутся, — решительно сказала Лера. — В противном случае они начнут уговаривать нас.

За себя Лера была уверена, она не свернет со своего пути. Но при этом сомневалась в Эдике, потому что знала, насколько сильное влияние способна оказывать на него Вера Петровна.

— У меня к тебе единственная просьба. — Лера вздохнула. — Бабушка отобрала у меня ключи, она уверена, что мы уладим разногласия, если не будем расставаться. Поэтому мне лучше пожить здесь, ведь они наверняка будут нас контролировать.

— Да, они хотят отца сделать гонцом, проверяющим, — усмехнулся Эдик. — И ты права, нам нужно делать вид, что все в порядке, а иначе мать прискачет моментально и начнет кудахтать. И у меня не будет времени поухаживать за…

— А я хочу, чтобы бабушка окрепла, пусть проведет спокойное лето, — отозвалась Валерия. — Я иду на это из-за бабушки. В другом случае я бы просто сняла квартиру.

Эдик пристально посмотрел на Леру, и в глазах его зажглась хитринка.

— Но тогда ты должна заплатить мне за жилье, усмехнулся он. — Как ты считаешь? Ведь я не смогу пригласить ее сюда, если…

— Хорошо, — согласилась Лера, нисколько не удивившись его прагматичности. — Я буду кормить тебя, и тогда ты сможешь оставлять себе всю свою зарплату.

— По рукам! — улыбнулся Эдик.

— И еще, нам лучше развестись поскорее, — сказала Лера. — Не стоит с этим затягивать.

Они должны поставить родителей перед свершившимся фактом, в противном случае Эдик вполне может поддаться на уговоры матери и развод затянется.

— Хорошо, — кивнул Эдик, — но с одним условием: сдадим сессию и поедем в суд вместе, чтобы не присылали повестку домой. А то ведь наша почтальонша — приятельница матери. Мало ли, мать нагрянет и она ей ляпнет!

Лера кивнула. И вздох облегчения вырвался из ее груди — она и не ожидала, что эта проблема разрешится так быстро и безболезненно…

Нежно-зеленый май плавно перетек в яркий июнь, который пробежал почти незаметно. Игорь был настолько увлечен наблюдениями за обустройством квартиры, которая с каждым днем все больше становилась похожей на дом его мечты, что не замечал мчавшегося времени.

Он с восторгом наблюдал, как через окно в одну из комнат будто хлынула морская волна, разлившись по полу нежной лазурью и брызнув бледно-кремовой пеной на стены. И на глади этой стихии раскинул нежные лепестки цветок лаванды. А когда восторг немного утихал, Игорь с радостью осознавал, что это их с Лерой спальня, а столь необычный эффект создавался искусно подобранными оттенками: ярко-лазоревый тон штор будто отражался в более нежном оттенке пола и все это обрамляли «пенящиеся» стены комнаты. А бледно-сиреневый спальный гарнитур действительно напоминал лаванду…

И, глядя на все это, Игорь чувствовал, как на него накатывается небывалая нежность.

Заходя в другую комнату, Игорь неизменно улыбался — ему казалось, что он попал на лужайку. Игорь с удовольствием усаживался в кресло и оглядывал получившееся чудо — густой ярко-зеленый ковролин и обои с нежными цветами создавали эффект присутствия лужайки, чудом оказавшейся в городских стенах. А усиливала это ощущение плетеная мебель: казалось, что за спиной стоит уютный деревенский домик, перед которым и раскинулась эта самая лужайка.

И, привлеченное всей этой прелестью, в окно врывалось солнце, лучи которого становились ярче, их оттеняли прелестно-желтые шторы. А устремлялись солнечные лучи к букетам хризантем, живущим в светлых керамических вазах, расставленных в будто специально предназначенных для них местах.

Кухня и прихожая преобразились в уютный горный домик. Обитые деревянными панелями стены украшали кашпо с изящными вьющимися цветами и рисунки Валерии, помещенные в рамки.

Дом выглядел современным: на кухне появился удобный гарнитур и очень полезная техника. А оживляли все эти новомодные приспособления фиалочки, устроившиеся на подоконнике.

А еще Игоря восхищало небольшое чудо — дверь, открыв которую можно было попасть в волшебную пещеру. Да, ванная, отделанная зеркалами и темно-синим кафелем, в основании своем имела кристально чистое озерцо, наполняемое лазурной водой…

Некогда холодные, безликие стены превратились в настоящий дом, который не хотелось покидать. Но Игорь твердо решил не жить здесь без Валерии, да и до встречи осталось всего два месяца. Шестьдесят дней — ничто по сравнению с прошедшими тремястами.

Длинные летние дни пролетали почти незаметно. Валерия заключила соглашение с Эдиком и легко вздохнула — она была почти свободна. Она больше не чувствовала себя замужней женщиной. Лера и Эдуард жили как брат с сестрой, и при этом он был младшим, а она старшей.

Лера совершенствовалась в кулинарии: она варила борщи, лепила пельмени и пекла пироги. Лера отыскивала рецепты, фантазировала и в итоге пришла к выводу, что лучший рецепт — делать все «на глазок», тогда блюдо получалось действительно вкусным и неповторимым.

Эдик с удовольствием вкушал плоды Лериной готовки и шутил:

— Лерка, а может, нам не стоит разводиться? Смотри, как хорошо мы с тобой стали жить! Я не хочу с тобой расставаться!

— Не хочешь? — отвечала она шутливо. — Тогда пусть меня усыновят твои родители, и я стану твоей сестрой!