Чтение онлайн

— А твою сумку вернули?

Я кивнула:

— Через месяц после рюкзака. Там же было мое удостоверение личности. Наверное, так они и поняли, что сумка моя.

— Ага. — Нейт вернулся к книге, но рука с маркером застыла над страницей. — А ты все еще боишься летать? — тихо спросил он. — Мне всегда было любопытно, после крушения…

— Не съехала ли у меня крыша окончательно? — спросила я и выделила особенно откровенный абзац.

— Я не то хотел сказать, но, раз ты сама так говоришь… — Нейт виновато на меня посмотрел.

— Я не летала полтора года, — призналась я и пролистала следующую главу, выискивая любимые отрывки. — Долго ходила к психотерапевту. Прорабатывала страх перед полетами и кошмары. — Холодок пробежал по спине, несмотря на жару. — Но я научилась справляться и с тем и с другим. Овладела копинговыми стратегиями.

— Копинговыми стратегиями?

— Да, способами справляться с травмой. Хотя у меня по-прежнему не получается контролировать приступы паники — мы ведь на самом деле пережили авиакатастрофу. Конечно, можно сказать, нам повезло, но я никогда не смогу убедить свою психику, что это вряд ли повторится. Страх укоренился. — Я прищурилась. — А ты? Не начал бояться полетов?

Нейт пожал плечами.

— Меня тогда сразу посадили на рейс до Сент-Луиса, и я просто… — Он судорожно сглотнул. — Просто полетел. Сказал себе: если вселенная хочет, чтобы я погиб в авиакатастрофе, этого все равно не избежать… Но я понимаю, почему у тебя кошмары. Я тоже иногда повторяю аффирмации, которые увидел у одного психотерапевта на «Ютьюбе». «Я дома, я в безопасности» и все такое.

Я вскинула брови:

— На «Ютьюбе»?

— В моей работе отметка психиатра в личном деле — не лучшая рекомендация. — Нейт выделил очередную строчку и перевернул страницу. — Справляюсь, как могу, и живу дальше. Тоже копинговая стратегия. — Он посмотрел на меня.

— А ты вообще чего-нибудь боишься? Должно же быть что-то?

— Конечно. Боюсь стать похожим на отца. — Нейт достал что-то из рюкзака. — Хочешь жвачку?

— Нет, спасибо. — Видимо, на эту тему лучше не говорить.

Он сунул жвачку в рот, и мы еще час просидели на пляже, раскачиваясь на качелях и отмечая строчки в любимых книгах.

Вскоре солнце поднялось высоко, и я вспотела.

— Не хочешь искупаться? — спросила я, кивнув на океан.

— Хочу.

Мы убрали книги в рюкзак и зашагали к воде, выбрав место подальше от людей. Нейт достал из рюкзака два полотенца. Я вскинула брови.

— Полотенца пакуют в последнюю очередь, — ответил он на мой невысказанный вопрос.

Мы разделись. Мне достаточно было снять шорты и сандалии.

Он стянул футболку через голову. Я тщетно старалась не пялиться на него. Увы, не получилось. Но в свое оправдание могу сказать, что Натаниэль Фелан был словно создан для того, чтобы им любоваться.

Его прессу могли позавидовать модели спортивной одежды, мышцы переливались под кожей, а к поясу плавок вели диагональные бороздки, по которым так и хотелось провести языком. Накачанная грудь, сильные руки, каждый сантиметр тела покрыт безукоризненным бронзовым загаром…

— Готова? — спросил он, и я расплылась в улыбке, поймав на себе его одобрительный взгляд. Я, конечно, была не в лучшей форме, после года зубрежки за столом мое тело округлилось, но в глазах Нейта, когда он смотрел на меня, пылал жар, и я чувствовала себя красивой.

Я сняла его кепку и встряхнула головой:

— Готова.

Мы зашли в воду, холодная волна ударила меня в нагретый солнцем живот, и я резко вдохнула.

Нейт рассмеялся и нырнул с уверенностью человека, который плавает гораздо чаще меня. Он встал и оказался по пояс в воде; я как загипнотизированная смотрела на стекавшие по его груди капли.

Я моргнула, подошла ближе и почти коснулась еле заметных серебристых шрамов у него под ребрами.

— Что случилось?

Нейт напрягся, но тут же улыбнулся:

— Разрыв селезенки. В прошлый раз в Афганистане. Теперь у нас одинаковые шрамы.

Я посмотрела на него округлившимися глазами. Вокруг плескались волны.

— Попал в авиакатастрофу? — попыталась пошутить я.

— Осколочное ранение.

Мое тело вдруг стало таким же холодным, как вода.

— Ты подорвался на мине?

— Наша машина. — Он протянул руку и прохладными пальцами убрал волосы мне за ухо. — Иззи, не смотри на меня так.

— Как? — едва слышно прошептала я. Накатила волна и ударила меня. — С тревогой?

— Мама за меня тревожится, этого более чем достаточно. Ты можешь быть спокойна. Со мной все хорошо. Видишь? — Нейт вытянул руки и покружился, но мне уже было не так приятно смотреть на его обнаженную спину и грудь. Теперь я представляла, что в них может попасть осколок. Каждый сантиметр его тела казался уязвимым.

— Тебе нравится? — спросила я, когда он повернулся ко мне лицом. — Твоя работа?

— Я хороший солдат. — Он пожал плечами.

— Это не одно и то же.

— Говорит девчонка, которая не очень рада поступить на юридический Джорджтаунского универа в двадцать один год. — Его темная бровь приподнялась.

— Меня там никто не будет убивать, — заметила я.

— Именно поэтому я должен делать свою работу. — Нейт приблизился и ухватил меня за талию, чтобы большая волна не отнесла к берегу. — Если никто не пытается убить тебя здесь, значит я там хорошо справляюсь со своими обязанностями. Вот как я это воспринимаю, а иначе и нельзя.

— И ты об этом мечтал?

— Не понимаю. — Он так и не убрал руку, и я боролась с желанием прижаться к нему.

— Ты этим хочешь заниматься всю оставшуюся жизнь? Это карьера твоей мечты?

Пожалуйста, ответь «нет», про себя взмолилась я. Скажи, что через три года покончишь с этим, как говорил в самолете.

— Я хороший солдат. Дослужился до рейнджера. После возвращения из Афганистана думал податься в спецназ. Мой друг Торрес — спецназовец во втором поколении, его отец служил в подразделении «Дельта», и я обещал пойти учиться с ним заодно.

Это если он вернется.

— А ты не хочешь рассказать, почему престижный юридический факультет не вызывает у тебя особого восторга? — Нейт сменил тему, и я догадалась почему.

— Это не моя мечта.

Я отошла назад и нырнула. Мощные волны напомнили мне о нашей ничтожности в масштабе остального мира. Я вынырнула и убрала волосы с лица.

— А чья? — Он нахмурился. Мы заходили дальше на глубину, вода плескалась уже на уровне груди.

Я не выдержала пронизывающего взгляда его голубых глаз и отвернулась.