Чтение онлайн

– Дорога свободна, господин посол, мы все проверили. Сопровождающих... поймите, господин посол Бер... берт...

– Бертинатти, - едва ли не с омерзением повторил "посол".
– Джулио Бертинатти.

– Простите, господин посол. Если вы настаиваете... но я не знаю, что меня встретит в замке... отпускать людей...

– Если вы можете пообещать, что дорога безопасна, я не стану настаивать.

– Клянусь, она совершенно свободна! Здесь всего несколько миль.

– Благодарю, сбир, я вас более не задерживаю. Поехали, лейтенант. Я хочу оказаться в тепле...

– Счастливой дороги, господин посол!
– пожелал вслед пристав.

Отъехав от места встречи на полмили, алларец подъехал вплотную к Керо. Очередная молния осветила его лицо, - и то ли так легли тени, то ли спаситель всерьез собрался кого-нибудь укусить. Оскаленные зубы, бешеный взгляд.

– Я, значит, покушался на особу короля! Восхитительно!
– прорычал он.
– В общем, вы поняли, что в порт нам ехать нельзя?

– Да, - кивнула девушка.
– Простите, но... я замерзла и промокла. Мы можем где-нибудь переночевать? Я не смогу ехать долго.

– Разберемся, - кивнул спаситель.
– Езжайте за мной.

В темноте и под дождем Керо показалось, что алларец собрался увезти ее куда-нибудь в Кертору или даже в Агайрэ. Ливень все хлестал и хлестал ее, словно пытался растворить, как кусок сахара в чашке, а дорога все не кончалась. Они проехали мимо пяти или шести деревень, и девушка мечтала о постоялом дворе. Пусть потом арестовывают, обвиняют в чем угодно, хоть вешают - только оказаться бы в постели, под одеялом, съесть чего-нибудь горячего. Волосы промокли, и окаянную потяжелевшую косу хотелось отмахнуть одним движением ножа, наплевав на всю красоту; вот только ножа не было.

– Слезайте, - сказал вдруг Далорн.

Керо огляделась. Все та же темнота. Какие-то постройки, наверное, заброшенные. Длинный широкий сарай, будка, загон для скота, навес для сена. Лошадей привязали в загоне, а людям пришлось влезать на второй ярус навеса по узкой приставной лесенке. По крайней мере, здесь было сухо. Раскидав сено, алларец выкопал в нем небольшое углубление, кивнул на него Керо, потом спустился обратно и вернулся довольно нескоро, - должно быть, занимался лошадьми. Мокрый, сердитый, с шерстяным одеялом в одной руке и тряпкой - в другой...

– Снимайте плащ и куртку, - приказал он.
– Штаны тоже снимайте. Ботинки тоже.

– А еще что снять?
– огрызнулась Керо, понимая необходимость избавиться от мокрой одежды; но тон, которым разговаривал Далорн, нервировал.

– Голову! Немедленно снимайте мокрое, мне наплевать на ваши прелести!
– рявкнул спаситель.
– Чего ради вы отослали свою охрану?! Вы полная дура!

– Вы-то откуда знаете?
– Керо расправила мокрый плащ и куртку мундира, кинула в дальний угол, просыхать.

– Узнал, - чуть тише сказал Далорн, кидая девушке полотенце, которым раньше, наверное, лошадей обтирали.
– И был потрясен вашей дуростью. Вытрите волосы.

Штаны отправились в компанию к плащу и куртке. Керо с удовольствием стащила ботинки, зарыла ноги в теплое - и сухое!
– сено. Мужская рубаха не доставала и до середины бедра, к тому же промокла и стала полупрозрачной, но Далорна, кажется, это действительно не интересовало. Он швырнул Керо одеяло и сам разделся до подштанников.

Голый алларец больше напоминал солдата или моряка, чем благородного человека: крепкие мускулы, загар. В Собре считалось, что подобное телосложение не украшает знатного человека; Керо на это мнение было наплевать. Дома над столичными господами с их округлыми животиками и завитыми волосами смеялись, да и в особняке герцога Гоэллона такие не встречались. Даже смешной керторец Флэль был, несмотря на изящество, весьма силен; девушка видела, как он демонстрировал Руи и Кадолю приемы простонародной борьбы, распространенной у него на родине.

– Одеялом укрываются, - помешал разглядывать себя Далорн.
– И, юная дама, если вы будете пялиться на меня, я считаю себя вправе пялиться на вас.

– Очень страшно...

– Значит, вы не испугаетесь, если я скажу, что мы разделим это одеяло поровну, - спаситель улегся рядом, бесцеремонно перевернул Керо на бок, прижался к ней и накрыл обоих одеялом.

Керо не думала, что сможет уснуть после всего этого безумного дня, но хватило нескольких минут. Тепло от лежавшего вплотную к ней человека, тепло от колючего одеяла, пропавшего конским потом - этого было вполне достаточно, чтобы она уснула, так и не успев ответить "Вы же не Элибо Брулен, чтоб вас бояться...".

На сеновале они провели ночь и день. К вечеру одежда полностью просохла, а дождь снаружи кончился, но было уже поздно: Керо поняла, что простудилась, и, похоже, всерьез. Будь она сейчас в замке или в доме герцога, ничего страшного в том не было бы. Травяной настой, горячий чай с малиной, ножные ванны и растирания скипидаром - и любая простуда сбежит в панике. На сеновале же не было ничего, нашлась только пара бутылок вина в седельных сумках; они были выпиты, но помочь не смогли. Зато за вином они как-то незаметно перешли на "ты" и начали общаться так, как в Собре Керо разговаривала с Альдингом и Борианом. Спаситель, кажется, был лишь на пару лет старше мальчишек...

– Тебе нужен лекарь, - сказал Эмиль, дожевав свою травинку.

– Я сама считай что лекарь, - Керо закашлялась, прижала руки к лицу. Щеки пылали, а перед глазами все расплывалось: значит, жар был сильным.
– Только у меня ничего нет. Хотя бы меду сейчас...

– Нас наверняка ищут в каждой деревне Брулена.

– Так мы будем сидеть тут?

– Сидеть тут будешь ты. Когда стемнеет, я доеду до ближней деревеньки. Там куплю, что нужно, и еды тоже прихвачу.

– Тебя арестуют.

– Пусть попробуют, - усмехнулся Далорн.

– В деревне в посла не поверят.

– В деревне найдутся братья из Лиги. Я найду способ отправить тебя в столицу.

– Мне запрещено туда возвращаться. Королевским приказом, - напомнила Керо.

– Значит, в замок Грив. Поедешь с купцами, это несложно. Я договорюсь.

– А ты?

– Я... неважно.

– Важно!
– Керо подобрала одеяло, завернулась в него, поджала ноги. Ей опять стало зябко.

– Странно, что к тебе не приехали люди герцога. Не думаю, что твоя выходка с охраной кого-то обрадовала.