Чтение онлайн

– И?

– Что «и»?

– Господи, Лер! – Жанна всплеснула руками. – При всех твоих положительных качествах ты просто ужасно упрям! Тебя мужики хоть сколько-нибудь интересуют? Есть же гей-радар, они на тебя клюют, я думаю, неслучайно.

Лерка неопределенно пожал плечами, разглядывая свои ладони с мозолями, будто там было что-то очень интересное.

– Так, ну, это и не однозначное «нет», – с облегчением протянула Жанна. – Пойдем чаю попьем.

Пока Лер возился с инструментами, мыл руки, Жанна заварила пуэр и положила перед Леркой палочки киндер. Он сразу понял, если Жанна купила ему сладкое, значит, разговор будет серьезный.

– Тебе ведь делали намеки? Кто-то из наших заказчиков? – Жанна решила зайти издалека.

Лерка кивнул.

– Не понравились?

Лерка неопределенно пожал плечами и потянулся за киндерами, но Жанна шарахнула ладонью по столу, и Лер понял, что сладкое будет только за вознаграждение.

– Можно подробнее, пожалуйста! – попросила-прошипела Жанна.

– Чего подробнее? Ну, подходил ко мне Павел Петрович…

– И Павел Петрович?! – Жанна, взвизгнув, вскочила на ноги. – Когда?!

– Месяц, может, назад. Когда я приезжал в его салон на открытие с аппаратурой и одеждой для девчонок. Он подошел, номер свой дал. Сказал ему позвонить.

– А ты? – Жанна, кажется, затаила дыхание.

– А что я?

– Еще раз переспросишь, и я тебя оставлю без конфет! – Терпение не входило в перечень добродетелей Жанны, поэтому Лерка, сглотнув вязкую слюну, решил не рисковать.

– Ну, Жан, блин, ты как маленькая! Не звонил я ему.

– Не понравился?

– Не знаю… – Лерка задумался. – Ну, он ниче такой.

– Тогда почему ты не позвонил?

– Жан, ну, ты как маленькая, честное слово. Зачем я ему буду звонить? Он меня на пятнадцать лет старше, у него семья есть.

– Он в разводе.

– Да неважно. Где он, а где я?

– И где ты? – Жанна недовольно поджала тонкие губы.

– Жан, даже если бы я рассматривал его как партнера, для начала мне ему, кроме своей внешности, нечего предложить.

– Может быть, ему этого будет достаточно.

– Может быть, но мне это зачем? Мы в разных мирах живем и крутимся. Он влиятельный человек.

– Это плохо?

– Для меня – да. Зачем мне попечитель? Ну да, порой цепляют некоторые парни, и я понимаю, что был бы не против, но это парни из моего окружения, с ними легко. А тут соответствовать нужно, зачем мне это? Ты ведь знаешь, я здесь с определенной целью – заработаю на дом и аппаратуру и уеду, мне большего и не надо. К тому же большую часть суммы я уже заработал, дом фактически готов, внутрянка осталась… – Лерка задумался ненадолго, болтая чайной ложкой в остывающем чае. – Да и предложить им нечего, опыта у меня вообще никакого нет.

– Никто из тех, кто меня уже достал, не предлагает тебе секс.

Жанна словно шарик надувной сдулась. Открыла пачку с сигаретами и закурила. Лерка стащил у нее одну под ворчание: «Я тебя плохому научила».

– В общем, тут такое дело… Меня давно уже окучивают несколько человек, но я им столько гадостей про тебя наговорила, что некоторые отстали, но сейчас весеннее обострение у них, что ли? Не знаю. В общем, и старые заказчики активизировались, и один новый прибавился… Настырный до жути. Обещал мне рекламу своей французской гостиницы, понимаешь? За одно только свидание с тобой в ресторане, – голос Жанны становился все более извиняющимся. – Когда я начала ему объяснять, что ты девственник махровый и деревенщина, он пригрозил мне проблемами, и не то чтобы они меня пугали, но он с моим попечителем на короткой ноге… В общем…

Жанна рвано выдохнула, будто решаясь, и шлепнула себя по коленкам.

– В общем, может быть, ты все же сходишь с ним в ресторан?

– Кого ты имеешь в виду?

Что-то подсказывало Лерке, что это будет не интеллигентный Павел Петрович.

– Самсона.

Интуиция его не подвела…

Лер пришел пораньше и занял зарезервированный столик. Ресторан был красивым, дорогим, немного сказочным с этими своими уютными лампочками, с уединенными столиками на летней веранде. Сам ресторан прилегал к парку, по дорожкам которого сейчас блуждали редкие прохожие. Лер лениво крутил головой, пока взглядом не наткнулся на потрясающий белый рояль, и не какой нибудь там, а YAMAHA*.

Сглотнув набежавшую слюну, Лер почувствовал, как ладони буквально зачесались от желания прикоснуться к прекрасному шедевру, к тому же он пришел как минимум на полчаса раньше, специально чтобы меньше нервничать и осмотреться. Лер дождался, когда к нему подойдет официант, и выспросил у того разрешение сыграть на инструменте, заверив того, что закончил музыкальную школу с отличием. Официант удалился, чтобы посоветоваться с администратором, и пока его не было, взволнованный Лер искрутился в своем кресле, абсолютно забыв, для чего он вообще пришел в ресторан. Руки от волнения и будоражащего предчувствия мелко дрожали.

Наконец вернувшийся официант принес одобрение администратора и просьбу сыграть что-нибудь легкое для всех, кто находился в ресторане. Лер радостно закивал, судорожно стянув с запястья тяжелые часы, оставил свой пиджак на спинке кресла и сел за инструмент в белоснежной рубашке и отутюженных Жанной брюках.

Пальцы любовно огладили строгие клавиши, Лер на пробу наиграл легкий мотив и в блаженстве прикрыл глаза – звук был потрясающе чистым и глубоким. Руки сами собой запорхали над клавишами. Сначала был Бах и его нежность, потом Littlest Snow Angel Michele Mclaughlin и Spiritual Awakening. Мелодии переливались, порхая по притихшему ресторану и его завороженным обитателям, выливались на улицу и устремлялись ввысь. То слабая и нежная, то влюбленная и хрупкая, то светлая и яркая мелодия кружила, завораживала, раздвигала и расщепляла пространство, расширяя его и освобождая, оставляя всех и каждого наедине лишь с собой.

Рядом запела скрипка, Лер приоткрыл глаза и ответил на улыбку седой женщине в дорогом гарнитуре с прекрасной скрипкой в изящных руках. Не нужно слов, Лер имел прекрасный голос, но не пел, потому что зачем слова там, где есть скрипка и рояль? Лер закончил One Day Art Makos и бросил выразительный взгляд на пожилую леди, та, поняв его без слов, выбрала следующую композицию сама, и этот выбор был прекрасен, хотя администратор и просил легкую музыку, но не отказывать же талантливой леди в ее выборе, тем более Mother Michio Mamiya мало кого способна оставить равнодушным, особенно в таком чистом исполнении.

Лер едва касался клавиш, прислушиваясь к хрупкой, волнующей скрипке, которую неожиданно подхватила флейта. В первое мгновение Лер думал, что это в его голове, но, оказывается, прибыли постоянные работники ресторана, и один из них легко подхватил мелодию, и не сговариваясь, на единой охватившей всех волне вдохновения они сыграли волнующее произведение, аплодисментами взорвавшее зал ресторана.

Лер и его случайная напарница откланялись словно на концерте, он как настоящий джентельмен поцеловал леди руку и, забыв, для чего он вообще пришел в это заведение, собирался из него уйти и, если бы не оставленный на стуле пиджак так бы и поступил. Наткнувшись на сидящего за столом мужчину, Лер неловко замер, вспомнив, что он на свидании.