Чтение онлайн

мне, поцелуйте и скажите, что не сердитесь. Элли (злобно). Ах, перестаньте вы, пожалуйста, сюсюкать, изливаться и

сентиментальничать. Неужели вы не понимаете, что если я не заставлю

себя быть жестокой и твердой, как камень, то я сойду с ума. Мне

совершенно наплевать, что вы меня ругали и обзывали как-то. Неужели вы

думаете, что для женщины в моем положении могут что-нибудь значить

какие-то слова? Миссис Хэшебай. Бедненькая вы моя женщинка! Такое ужасное положение! Элли. Вам, наверное, кажется, что вы необыкновенно чуткая. А вы просто

глупое, взбалмошное, эгоистическое существо. Вы видите, как меня

ударило - ударило прямо в лицо, - и это убило целую и лучшую часть моей

жизни - ту, что уже никогда теперь не вернется. И вы воображаете, что

можно меня утешить вот этими поцелуями и сюсюканьем. Когда мне нужно

собрать в себе всю силу, чтобы я могла хоть на что-нибудь опереться, на

что-то железное, каменное, все равно, как бы это ни было больно,- вы

болтаете тут всякую чепуху и причитаете надо мной. Я не сержусь; я не

чувствую к вам никакой вражды. Но только, бога ради, возьмите вы себя в

руки и не думайте, пожалуйста, что если вы всю жизнь нежились в бархате

и сейчас так живете, то женщины, которые жили в самом настоящем аду,

могут так же легко ко всему относиться, как и вы. Миссис Хэшебай (пожимая плечами). Превосходно. (Садится на диван, на старое

место.) Но я должна предупредить вас, что когда я не сюсюкаю, не

целуюсь, не смеюсь, то я только об одном думаю: сколько еще я могу

выдержать в этом проклятом мире, наполненном жестокостью. Сирены вам не

нравятся. Хорошо, оставим сирен в покое. Вы хотите успокоить ваше

израненное сердце на жернове. Отлично. (Скрещивая руки на груди.) Вот

вам жернов. Элли (усаживается около нее, несколько успокоившись). Так-то вот лучше. У

вас поистине удивительная способность - приладиться к любому

настроению. Но все равно вы ничего не понимаете, потому что вы не из

того сорта женщин, для которых существует только один мужчина и одна

возможность. Миссис Хэшебай. Я, конечно, совершенно не понимаю, каким образом, связав

себя с этим чучелом (указывая на Менгена), вы утешитесь в том, что не

можете стать женою Гектора. Элли. Вы, вероятно, не понимаете и того, почему сегодня утром я была такой

милой девочкой, а сейчас я уже не девочка и не такая уж милая. Миссис Хэшебай. Нет, это я понимаю. Потому что вы вбили себе в голову, что

вы должны сделать что-то гадкое и мерзкое. Элли. Нет, этого у меня нет в мыслях, Гесиона. Но я должна что-то

постараться сделать с этим разбитым корытом. Миссис Хэшебай. Ну-у! Все это вы переживете. И корыто ваше целехонько. Элли. Конечно переживу. Надеюсь, вы не воображаете, что я сяду, сложив руки,

и буду ждать, когда я умру от разбитого сердца или останусь старой

девой, которая живет на подаяние общества помощи престарелым инвалидам.

Но все равно - сердце у меня разбито. Я просто хочу сказать этим, что я

знаю: то, что было у меня с Марком, больше для меня никогда не

повторится. И в мире для меня существует Марк и безликая масса других

мужчин, которые все одинаковы. Но если мне отказано в любви, это еще не

значит, что я к тому же должна жить в бедности. И если у Менгена нет

ничего другого, так у него по крайней мере есть деньги. Миссис Хэшебай. А разве нет на свете молодых людей с деньгами? Элли. Для меня нет. Кроме того, молодой человек будет вправе ожидать от меня

любви и, возможно, бросит меня, когда увидит, что ничего такого я ему

дать не могу. Богатые молодые люди, вы сами знаете, имеют возможность

очень легко отделаться от своих жен. А это чучело, как вы изволите

выражаться, не может от меня ждать ничего, кроме того, что я намерена

ему предоставить. Миссис Хэшебай. Вы будете его собственностью, не забудьте. Если он вас

купит, он постарается, чтобы эта сделка была выгодна ему, а вовсе не

вам. Спросите-ка у вашего отца. Элли (встает, подходит к креслу и разглядывает предмет их разговора). Об

этом вы можете не беспокоиться, Гесиона. Я могу дать Боссу Менгену

больше, чем он мне. Это я его покупаю, и за хорошую цену. Женщины в

такого рода сделках судят лучше мужчин. И десять Боссов Менгенов не

помешают мне делать то, что мне заблагорассудится в качестве его жены,

и много больше, чем если бы я осталась бедной девушкой. (Наклоняясь над

неподвижным телом.) Ведь правда, не помешают. Босс? Я думаю, нет. (Идет

к чертежному столу, останавливается, прислонившись к нему, и смотрит в

окно.) Во всяком случае, мне не придется вечно думать о том, долго ли

еще продержатся мои перчатки. Миссис Хэшебай (величественно поднимаясь). Элли! Вы маленькое порочное,

подленькое животное. И подумать только: я снизошла до того, что

старалась пленить эту жалкую тварь, чтобы спасти вас от него. Так вот,

разрешите заявить вам следующее: если вы вступите в этот омерзительный

союз. вы больше никогда не увидите Гектора, поверьте мне. Элли (невозмутимо). Я сразила Менгена, пригрозив ему, что если он не женится

на мне, так он вас больше никогда в глаза не увидит. (Садится на край

стола.) Миссис Хэшебай (содрогаясь). Вы... вы... Элли. Так что видите, этот ваш козырь - он для меня не неожиданность. А

впрочем, ну что ж, попробуйте. Посмотрим. Я могла бы сделать из Марка

человека, а не комнатную собачку. Миссис Хэшебай (вспыхивая). Как вы смеете? Элли (с почти угрожающим видом). А вот попробуйте, дайте ему повод думать

обо мне; посмотрим, как вы посмеете. Миссис Хэшебай. Нет, в жизни моей не видела такого наглого чертенка! Гектор