Чтение онлайн

Глава 10

Марго никогда еще не приходилось устанавливать подслушивающее устройство.

Глядя тем утром, как инспектор Конрой Мелвин проделывает это в практически полной темноте, она испытывала настоящее восхищение. Мелвин в считанные минуты установил "жучка" на проводах, ведущих в министерство внутренних дел, и спустился обратно на мостовую.

– Есть, - ухмыльнулся он.
– Теперь, когда Королева, узнав про двойное убийство, позвонит сегодня днем министру из Шотландии, мы сможем записать весь разговор.

– Но это же здорово!
– улыбнулась в ответ Марго, пытаясь представить себе, отразится ли воспроизведение исторического телефонного разговора в радиопередачах Верхнего Времени на ее банковском счете.
– Что у нас дальше?

Впрочем, что бы им еще ни оставалось, это вряд ли могло сравниться по степени опасности с эвакуацией записывающего оборудования с места убийств, с чем они уже покончили. Слава Богу, полиция Викторианской эпохи еще не слишком продвинулась в методике обследования места преступления. Они не только не оцепили места убийств, они позволили врачам и коронерам менять положение тел, смыть кровь, а сэр Чарльз Уоррен даже самолично стер надпись, которую Мейбрик накарябал мелом на Гульстон-стрит. Впрочем, Марго могла понять, зачем это сделали - с учетом антисемитских бредней Мейбрика и взрывоопасных настроений в Ист-Энде. К чести полиции Сити, она отчаянно сопротивлялась этому, но так и не добилась ничего, даже возможности посмотреть на эту надпись или сфотографировать ее, поскольку территориально Гульстон-стрит относилась к зоне ответственности Столичного округа.

– Что дальше?
– Инспектор Мелвин задумчиво поскреб подбородок. Пожалуй, дорогая моя, мне хотелось бы оказаться в Центральном Агентстве Новостей, когда туда придет открытка от нашего приятеля Джека.

– А вам не хотелось бы заснять, как Майкл Кидни появляется в полицейском участке Лимен и обвиняет дежурного констебля в убийстве его возлюбленной?

Марго было жалко этого человека. Бедный Майкл Кидни. Несмотря на достаточно бурные взаимоотношения, он и правда любил Элизабет Страйд.

– Это может быть немного рискованно, - нахмурился инспектор Скотленд-Ярда из Верхнего Времени.

– Рискованнее, чем демонтировать аппаратуру на Митр-сквер?
– немного нервно рассмеялась Марго.
– Или прослушивать министерские телефоны?

Инспектор ухмыльнулся.

– Ну, если сравнивать...

– Ладно. Раз так, попробуем снять мистера Кидни. Только мне надо переодеться в лохмотья, прежде чем идти в Ист-Энд.

– Тоже верно.

Не теряя времени, они отправились в Сполдергейт-Хаус. Малькольм уже находился в Ист-Энде - вместе с Павлом Костенко, Шахди Фероз и Дагом Тэнглвудом они изучали настроения толпы на улицах. Марго поежилась, вспомнив, что творилось в то утро, когда обнаружили изувеченное тело Полли Николз. Ей было немного стыдно, но она все же радовалась тому, что Малькольм определил ее не в Уайтчеплскую группу, а к Конрою Мелвину.

Пока они шли по Уайтхоллу, взошло солнце. Именно здесь завтра утром в подвале недостроенного еще здания Нового Скотленд-Ярда найдут обезглавленный, безрукий и безногий женский труп. Сегодня вечером Малькольм и Кон-рой Мелвин попытаются установить в подвале миниатюрную съемочную аппаратуру в попытке установить личность убийцы так называемого уайтхоллского торса и тем самым узнать, действительно ли эта неизвестная женщина тоже пала жертвой Потрошителя.

Ближе к западу на улицах начали появляться ранние мальчишки-газетчики, выкрикивавшие жуткую новость этого утра. Звонили колокола собора Св. Павла, Вестминстерского аббатства и церквей, названий которых Марго даже не знала. Низкий, звучный звон казался в этот ранний час неописуемо печальным. Они задержались и купили свежих газет, прислушиваясь к разговорам мужчин, собиравшихся на углах улиц. Разумеется, их приглушенные, сердитые разговоры записывались при этом чувствительными микрофонами личных журналов Марго и Мелвина.

– "Файнэншл ньюс" обещает триста фунтов за поимку этого типа, говорил какой-то джентльмен, мимо которого они проходили.

– А лорд-мэр дает пятьсот, - отозвался другой, скуластое лицо с квадратной челюстью которого раскраснелось от злости.
– Эти чинуши могли бы сделать это сто лет назад, до того, как шестерых женщин порезали на кусочки - четверых за каких-то три недели! Этот тип, Ласк, из Уайтчеплского Комитета самообороны только вчера просил, чтобы эту награду обещали официально, от имени правительства. И они его завернули! А теперь еще двоих убили...

– Сэр Альфред Кирби звонил мне. Сказал, что предлагает сто фунтов стерлингов и отряд в пятьдесят добровольцев-милиционеров, чтобы помочь отловить эту тварь. Спросил, не запишусь ли я добровольцем. Моя жена чуть в обморок не грохнулась при одном упоминании, что я буду охотиться за этим сумасшедшим. Слышать об этом не хочет...

– Говорят, какой-то тип по имени Томас Корам нашел на Уайтчепл-роуд окровавленный нож. Эта чертова штуковина была девяти дюймов в длину! Таким можно проткнуть женщину насквозь, да помоги Господь этим несчастным созданиям. Сэр Чарльз Уоррен с ума сходит, пытаясь расследовать это дело, а на нем еще сидит полиция Сити. Они в ярости - говорят, он уничтожил важные улики...

– Бедный сэр Чарльз, - пробормотал Конрой Мелвин.
– Мне, право, жаль бедолагу. Пытаться расследовать дело вроде Потрошительских убийств, не имея ни малейшего представления о психологическом портрете серийного убийцы или искусстве сбора улик... Это дело стоило ему карьеры. Честно говоря, за такое дело и я предпочел бы не браться.

– А мне интересно, что будет делать коронер при расследовании смерти Элизабет Страйд? Он хмуро покачал головой:

– Что бы ни сделал, он работал плохо, это точно. Тем не менее я хочу быть на Кейбл-стрит, когда откроется расследование. Вестри-Холл уже наверняка битком набит.

Марго вздохнула. Еще одно расследование. С подробными описаниями ранений и показаниями свидетелей... Она предпочла бы находиться рядом с Малькольмом во взрывоопасном Ист-Энде, чем торчать в помещении, набитом репортерами, жаждущими подробностей убийства и увечий.

– Знаете, меня озадачивает одна деталь, - произнесла она, помолчав. Кто-то сделал запись в церковной книге Шведской Церкви о том, что Элизабет Страйд убита Джеком-Потрошителем. Запись датирована тридцатым сентября, то есть утром, когда ее убили. А ведь имя "Джек-Потрошитель" будет впервые опубликовано только сегодня, первого октября.

– Я знаю, - вздохнул Мелвин.
– Жаль, что мы не можем быть везде разом, правда? Даже действуя целой группой с помощью вас, гидов, мы не можем разрешить всех загадок, связанных с Потрошителем.

– Может, это написал кто-то, работающий в Центральном Агентстве Новостей и видевший письмо "Дорогому Боссу"?

– Или кто-то просто написал вчерашнюю дату, - задумчиво предположил инспектор.
– Но мы это вряд ли узнаем. Что не дает покоя мне, так это то, что мы так и не опознали того типа, что орудует с Мейбриком. Как мы ни пытались проследить этого парня, и все впустую.

– Ну, кто-то его все-таки узнал. Доминика Нозетт и Гай Пендергаст вычислили, кто он, - готова поспорить, им это удалось. Что бы тогда ни сказали в Карлтон-клубе Уильям Батлер Йетс и его приятель, Пендергаст догадался, кто таков этот таинственный доктор.

– А может, он просто увидел этого чертова типа и пошел за ним, буркнул Мелвин, тоже покрасневший от досады при воспоминании об этой истории. Полицейский инспектор тяжело переживал тот факт, что какой-то репортер ухитрился обскакать его, пока он был занят разговором со знаменитым поэтом.