Чтение онлайн

Изучая квартальный отчет, Хэйг и Акройд, к удивлению своему, обнаружили, что показатели Альберта не хуже, чем у его более опытных коллег. Настало время действовать. Обычно такие разговоры с сотрудниками брал на себя Эдвард Хэйг, но мистер Акройд вызвал Альберта, чтобы обсудить и другие дела.

Альберт постучал в дубовую дверь и услышал:

— Заходи!

Мистер Акройд пригласил его сесть, и юноша подождал, пока тот поднимет голову и удостоит его взглядом.

— Прости за ожидание, Альберт, но мне нужно было закончить дела.

Альберта удивило, что хозяин обратился к нему по имени, но он не подал виду.

— Нам надо обсудить ряд вопросов, — продолжал Акройд. — Надеюсь, это не отнимет много времени. Тебе же еще много заказов оформлять?

Альберт осторожно кивнул и признался, что, мол, есть пара-тройка заказов. Акройд улыбнулся. В любой другой отрасли «пара-тройка» означало «несколько», но на брэдфордском жаргоне это значило, что у Каугилла выдался очень удачный день.

— Я рад, — улыбнулся Акройд, — и об этом тоже хотел с тобой поговорить. Мы просмотрели квартальный отчет. — Он замолчал ненадолго, неотрывно глядя на Каугилла. Лицо юноши оставалось невозмутимым, но его напряжение от Акройда не ускользнуло. Он продолжал: — Обычно подобные беседы ведет мистер Хэйг, но у меня есть к тебе еще одно дело, и я решил объединить два разговора. — Он снова выдержал паузу, заметив, что Каугилл еще больше занервничал. Мистер Акройд не отличался садистскими наклонностями, но не удержался от искушения подразнить сотрудника: — Вот что мы выяснили, — сказал он. — Из-за тебя у фирмы возникли существенные лишние расходы.

Альберт встревоженно нахмурился.

— Да, — продолжал Акройд, — нам пришлось значительно увеличить расходы на чернила и бумагу, чтобы закупить бланки накладных и чеков для всех новых заказов, которые появились у фирмы благодаря тебе. Не говоря о новых гроссбухах для учета заказчиков, которых ты привел.

Нервная улыбка облегчения промелькнула на лице Каугилла, прежде чем на него вернулось обычное бесстрастное выражение.

— Ввиду достигнутого уровня продаж и количества новых клиентов, с которыми ты заключил сделки, мы решили, что оставлять тебя на испытательном сроке бессмысленно. Как правило, испытательный срок длится год, но мы намерены немедленно назначить тебя на постоянную должность. — Он заметил, что Альберт хочет заговорить, и жестом остановил его. — Не считай это жестом доброй воли; поверь, мы действуем исключительно из собственных интересов. Мы видим, что тебе еще многому предстоит научиться, но также считаем, что ты проявил недюжинный талант. Мало того, мы не желаем больше вкладывать время, силы и средства в твое обучение, чтобы после кто-то другой воспользовался результатами наших вложений. — Акройд замолчал и поднял брови, подавая знак Каугиллу, что тот может отвечать.

— Благодарю вас, мистер Филип, — прямо ответил Альберт. — Я не подведу вас, сэр, и поверьте, никто не сможет меня переманить.

Акройд удовлетворенно улыбнулся и продолжал:

— С этого дня ты будешь получать жалованье как штатный агент среднего звена. Каждые полгода мы решаем, повышать ли жалованье или оставить прежним.

Альберт не верил своим ушам. Мало того, что ему сократили испытательный срок; его доход отныне увеличивался даже не вдвое, а втрое.

— Тебя это устраивает? — сухо спросил Акройд.

В ответ Альберт рассыпался в сумбурных благодарностях.

— Теперь перейдем к следующему вопросу. — Акройд потянулся в карман пальто и достал бумажник. — Я у тебя в долгу, в прямом и переносном смысле. Спасибо, что помог миссис Акройд в субботу. Ты же не сболтнул ей про крикетный матч ненароком?

— Она догадалась прежде, чем я успел соврать, — признался Альберт.

— Ох уж эти женщины, ничего от них не скроешь, — едко заметил Акройд. — Тем не менее миссис Акройд тебе очень благодарна, и я, само собой.

Альберт пробормотал, что благодарить его не стоит и он не сделал ничего особенного.

— Пусть даже так, но мы ценим твою учтивость. И в знак признательности миссис Акройд с девочками просили пригласить тебя на прием в нашем саду в следующую субботу, если у тебя, конечно, нет других дел.

Смысл сказанного хозяином не сразу дошел до Альберта, а когда дошел, перед глазами тут же возник образ прелестной Ханны. Он пробормотал что-то невнятное, отвечая, что он свободен, будет рад прийти и чрезвычайно благодарен за приглашение.

— Вот и славно. В субботу в три часа. — Акройд подал знак, что встреча окончена.

Шаги Каугилла, возвращавшегося на рабочее место, были почти неслышны, потому что от счастья тот парил, а не ступал по паркету.

* * *

Суббота выдалась ясной, жаркой и солнечной. Прием в саду удался. Альберт, чьи крепнущие чувства к Ханне занимали все его мысли, был потрясен роскошным мероприятием и поместьем, где то проходило.

Ближе к вечеру они с Ханной пошли прогуляться в уединенную часть сада, и Альберт поведал ей о своих амбициях.

— Когда-нибудь, — уверенно произнес он, — у меня будут такие же дом и сад. — Он обвел рукой особняк Акройдов и прилегающую территорию.

— И на какие средства ты приобретешь свое поместье? — лукаво спросила Ханна.

— Я возглавлю крупнейшую фирму по торговле шерстью и стану самой влиятельной фигурой в шерстяной промышленности, — отвечал Альберт. — А ты? Чего ты хочешь от жизни?

Ханна улыбнулась.

— Того же.

— И как намерена достичь своей цели? — наполовину в шутку спросил Альберт.

Улыбка Ханны стала шире, и от волнения Альберта охватила дрожь.

— Пожалуй, выйду замуж за самую влиятельную фигуру в шерстяной промышленности.

Они были идеальной парой.

Для Филипа и Эллен Акройд вскоре перестало быть секретом, что их старшая дочь питает сильную симпатию к сотруднику фирмы Филипа. Впрочем, отношения с Ханной не отвлекали Альберта от службы. Напротив, он взялся за дело с усиленным рвением. Он и раньше был способным агентом, а начав вращаться в кругах более благородных, чем тот, в котором он вырос, Альберт стал общаться с клиентами с большей уверенностью. И заказчики, с которыми он ежедневно имел дело, ощущали это, хоть и подсознательно. Не замечая, как меняется характер Альберта, они видели в нем процветающего юношу на пике карьеры.

* * *

Прошло чуть меньше года. Альберта пригласили на прием в честь юбилея бракосочетания Филипа и Эллен. Обыкновенно годовщину праздновали в тихом семейном кругу, но в честь двадцатилетнего юбилея затеяли гораздо более грандиозное мероприятие. Наняли струнный квартет, а часть гостиной освободили от мебели для танцев. После нескольких кругов по залу Альберт запыхался; в тесном фраке стало трудно дышать.

— Выйдем на воздух? — предложил он Ханне.

Та взяла его под руку, и они прошли через стеклянные двери на террасу. Молодые люди прогулялись вокруг дома, свернули на небольшую тропинку, ведущую в заросли, и сели на скамейку в уединенной беседке. Над головой чернело ясное безлунное небо, усыпанное сияющими звездами. Альберт взял руку Ханны в свою и почувствовал учащенный пульс, не в силах определить, его или ее сердце так бьется.

— Ханна, — тихо выговорил он.

Она заглянула в его глаза и догадалась, что произойдет, еще прежде, чем он опустился на одно колено.