Чтение онлайн

– Усаживайтесь, – приказала она.

Голос у нее был низкий, раскатистый и леденящий кровь.

Зашелестели крылья, скрипнули стулья. Все трое послушно сели. Хант не понимал, почему выбрал стул возле самой королевы. Не иначе, прогневил Урду. Королева меж тем осталась стоять. Баксиан взял соседний стул. Тариан предпочел сесть подальше и с таким расчетом, чтобы легче добраться до двери.

Хант поправил крылья, чтобы не задевали за спинку, и перехватил взгляд Баксиана. «Я готов наложить в штаны», – говорили глаза Изверга.

Хант указал на свой стул, как бы говоря: «Это не ты, а я сижу к ней ближе всех».

Глаза смотревшей на них королевы не имели ни возраста, ни жалости.

Хант шумно сглотнул. Никогда еще он не чувствовал себя таким маленьким и ничтожным. Даже находясь перед астериями, он помнил, что является сильным и опытным воином и в случае чего готов дать им последний бой. Но перед этой женщиной… Он видел это в глазах королевы, ощущал у себя в крови: одна ее мысль – и приливная волна океанской магии сметет его с лица Мидгарда.

Сендес, продолжавшая стоять у двери, откашлялась и дрожащим голосом произнесла:

– Позвольте представить Ханта Аталара, Баксиана Аргоса и Тариона Кетоса.

– Наши гости с Вальбары, – произнесла Океанская Королева.

Сказано было вполне мягко, однако в ее словах ощущался шквалистый ветер. Хант напрягся всем телом.

И пока над невидимым морем бушевал невидимый шторм, Ханту показалось, что королева стала выше ростом. Нет, не показалось. Она действительно росла, став выше Сендес и почти сравнявшись с ним.

Ее сила хлестала, как вода из пробоины в корабле, наполняя зал и утаскивая их жалкие души в самую сердцевину водоворота, где даже не вздохнуть. Океанская Королева переместила внимание на Тариона.

– Целый ворох бед ты принес к моему порогу, – с нескрываемой угрозой сказала она, отчего даже Хант ощутил дрожь в коленях.

Рунн пытался и не мог понять услышанное. Получается, у Лидии есть… дети?

– Госпожа Сервос! – раздался женский голос у них за спиной.

Лидия не обернулась, продолжая смотреть на своих детей.

Но Рунн повернулся и увидел смуглую полную русалку с добрым лицом.

– Меня зовут Кагани. Я директор здешней школы.

Пальцы Лидии скользнули по оконному стеклу, сжавшись в кулак.

– Я могу с ними встретиться? – совсем тихо спросила она.

Чувствовалось, она сломлена.

– Это было бы нежелательно. – Кагани тихо вздохнула. – Прерывать урок, вызывать мальчиков из класса. И потом, коридор – не самое подходящее место для встречи. Здесь слишком много посторонних глаз.

Лидия наконец повернулась к директрисе.

– Я хочу встретиться со своими детьми, – уже громче сказала она, сверкнув зубами.

При виде ее лица у Рунна закружилась голова. Гнев, боль, материнская напористость – все сплелось воедино.

– Знаю, что хотите, – с нерушимым спокойствием ответила Кагани. – Но лучше, если мы после занятий поговорим в моем кабинете. Он в двух шагах отсюда.

Лань не шевельнулась.

– Лидия, подумайте о том, что будет наилучшим вариантом для них, – убеждала ее директор. – Я понимаю ваши чувства. Очень хорошо понимаю, поскольку сама мать. И если бы я… – Она сглотнула. – В вашем положении я бы тоже требовала немедленной встречи с детьми. Но я не только женщина, способная понять материнские чувства. Я – преподавательница и защитница интересов этих детей. Пожалуйста, поставьте интересы двойняшек на первое место. Так, как вы это делали ежедневно в течение пятнадцати лет.

Рунн не помнил, чтобы Лидия смотрела на кого-то с такой открытостью, как сейчас. Она не пыталась спорить с директрисой. Обернувшись, она снова взглянула в классное окно. Блондин стоял возле парты и во все глаза таращился на Лидию. Темноволосый поглядывал с осторожностью, продолжая сидеть.

Так много в их облике напоминало о Лидии. Не окажись ее рядом, вряд ли кто-то увидел бы сходство, но сейчас родство проявлялось более чем заметно.

– Хорошо, – прошептала Лидия, убрав руку со стекла. – Хорошо.

Кагани облегченно вздохнула.

– Почему бы вам не привести себя в порядок? – предложила она. – Занятия начались совсем недавно и продлятся еще часов пять. Не торопитесь. Примите душ. Наверное, и поесть не помешает. И обязательно покажитесь своей медведьме, – добавила она, кивнув на следы от вырванных внутривенных игл, которые успели наполовину затянуться.

– Хорошо, – в третий раз сказала Лидия и отошла.

На Рунна и Флинна она даже не взглянула, словно их не существовало.

– Я свяжусь с приемными родителями Бренна и Актеона, – мягким тоном добавила директриса. – Узнаю, смогут ли и они присутствовать при встрече.

Лидия молча кивнула, продолжая идти.

Рунн взглянул на Флинна. Тот поднял брови. Рунн в знак молчаливого согласия сделал то же самое.

Лидия качнулась на ходу. Рунн инстинктивно бросился к ней, но не успел. Потеряв сознание, Лидия рухнула на пол.

Тарион никогда не встречал кого-либо, подобного Океанской Королеве. Она пугала и притягивала к себе. Никогда ему не хотелось одновременно плакать, смеяться и кричать… Особенно кричать, ибо королева обрушила на него всю лавину своего недовольства.

– Тарион Кетос. – Она произнесла его имя и фамилию так, словно они оставили дурной привкус во рту. – Как получилось, что не одна, а сразу две королевы требуют твоей головы?

Тарион поморщился и пустил в ход весь арсенал своего обаяния, которое было его наилучшим оружием и средством защиты.

– Может, я так действую на женщин? – невинным тоном спросил русал.

Королева не улыбнулась, но он мог поклясться, что Сендес на своем посту у двери отчаянно боролась с улыбкой.

Океанская Королева сложила руки на круглом мягком животе.

– Я получила несколько сообщений о том, что Королева Змей из Лунатиона установила награду в три миллиона золотых марок за твою голову.

Аталар, этот неисправимый придурок, даже присвистнул.

– А за живого – все пять, чтобы она могла лично расправиться с тобой.

Тарион судорожно выдохнул.

– За что? – спросил он, торопливо добавив: – Ваше величество.

– Подробностей не знаю, да они меня и не интересуют, – сказала Океанская Королева, блеснув жемчужными зубами в ореоле ярких красных губ. – Но думаю, это связано с некими знакомыми тебе личностями, которые причинили непомерный ущерб владениям Королевы Змей. Главным виновником она считает тебя.