Чтение онлайн

– Своей бесхребетностью Кормак это подтвердил, – подхватил Морвен. – Мы должны сделать все возможное, дабы влить в династии новую силу.

– Как жаль, что я замужем, – с издевкой произнесла Брайс. – А разводы в вашем затхлом фэйском кругу не признаются.

– Ради продолжения рода можно сделать исключение, – в тон ей ответил Морвен.

Внутри Ханта все клокотало от гнева.

– Все эти разговоры о размножении… простите, об укреплении династий кажутся мне жутко знакомыми. – Брайс снова зевнула. – Похоже, история под названием «Фэйский король против фэйской королевы» повторяется. – Брайс наморщила лоб, изображая задумчивость. – Но знаете… – Она дотронулась до эфеса Правдорубца. – Нынче кое-что изменилось.

Хант мог поклясться, что Звездный меч в ответ тихо загудел.

– Щеголяя с этим оружием, ты позоришь наш народ и нашу историю, – с упреком заявил ей Морвен.

– Не забывай, у меня есть еще и это. – Брайс подняла руку.

Свет – чистый, насыщенный свет – играл на ее пальце.

– Ты веришь, будто одного света достаточно, чтобы одолеть истинную тьму? – злобно спросил Морвен.

У него за спиной поднялись тени: густые, удушающие, безжизненные.

Хант вновь собрал свою молнию, и она обвилась вокруг его запястья и предплечья. Один бросок – и он испепелит упырей, пленивших Дека и Флинна. И у них появится еще два союзника в битве с королями и уродской парочкой.

Но Король Осени безотрывно смотрел на палец Брайс, где сияла крупица звездного света. Его собственное пламя погасло. На лице больше не было ни гнева, ни презрения. Повернувшись к Морвену, он коротко бросил:

– Бежим.

– Ну наконец-то, первое мудрое решение, которое принял ты, – усмехнулась Брайс, вспомнив его недавние слова.

Из ее руки вырвался луч обжигающего света и ударил в потолок.

Дождем посыпались каменные обломки.

Рунн решил заглянуть в комнату, отведенную Флинну и Деку, и посмотреть, не найдется ли там каких-нибудь подсказок, объясняющих отсутствие его друзей. Эта мысль появилась у него сразу, когда вечером они с Лидией вышли из архива. Но, сам не понимая почему, он миновал нужную дверь и пошел дальше. Так они оказались возле двери его комнаты.

– Возможно, ты удивишься, но сегодня мне понравилось работать вместе с тобой, – призналась она.

Рунн замер, подбирая слова, и наконец соорудил неуклюжую фразу:

– Должно быть, приятно ощутить себя… такой, какая ты есть. Перестать таиться.

– Все не так просто, – тихо ответила она.

Она переминалась с ноги на ногу, словно хотела сказать еще что-то, но не знала как. Рунн пришел ей на помощь, предложив:

– Хочешь на минутку зайти ко мне? – Увидев ее удивленный взгляд, он добавил: – Просто поговорить.

Ее губы дрогнули, но она кивнула. Рунн открыл дверь и отошел, пропуская Лидию. Слуги успели разжечь очаг. Рунн и Лидия уселись в потертые кресла. Она смотрела на языки пламени, словно те говорили с ней.

Рунн хотел предложить ей выпить, когда она начала:

– В моей жизни действительно все непросто. Все отношения, настоящие и притворные… иногда я даже не могу их отличить.

Голос у нее был мягким, грустным и невероятно усталым.

– Когда мы с тобой… – Он чуть не сказал «трахались». – Были вместе… на мосту… ты знала, кто я? Помимо кодового имени? – кашлянув, спросил он.

– Да. – Лидия повернулась к нему.

– Это тоже усложнило тебе жизнь?

Лидия выдержала его взгляд. Ее глаза были оттенка пламени в камине. У Рунна заколотилось сердце.

– Нет. Это меня потрясло, но ничего не усложнило.

– Потрясло?

– Понимаешь, ты…

– Поразил тебя… дурной репутацией?

Она тихо засмеялась. Почти так же, как раньше, когда он знал ее только под именем Ясный День.

– Сумасбродный принц, любитель потусоваться. Куча пирсинга, весь в татуировках. Никогда бы не заподозрила в тебе мятежника.

– Поверь, я и сам не собирался становиться мятежником.

Лидия снова засмеялась, уже громче, и вибрации ее смеха пронизали все тело Рунна, его член напрягся. Так всегда на него действовал ее голос.

– Тогда зачем пошел на риск?

– Сначала из опасения. – Рунн пожал плечами, сражаясь с волной желания. – Кормак меня шантажировал. Пригрозил рассказать Королю Осени о моих телепатических способностях. Но потом я понял, что это… достойное дело.

– Нам будет очень недоставать агента Сильбо. Нам уже его недостает.

– Так ты знала Кормака?

– Нет. Но я знала о том, сколько он сделал для Офиона и для всех, кто не по своей воле оказался застигнутым войной. Он был замечательной личностью. – Лидия взглянула на закрытую дверь. – Его отец не заслуживал такого сына.

Рунн кивнул.

Лидия пристально посмотрела на него:

– И твой отец не заслуживает такого сына, как ты.

Казалось бы, такие речи, да еще в устах Лани, не должны в нем никак отзываться. Но Рунну сдавило горло от искренности этих слов.

– А можно спросить о твоем договоре с Океанской Королевой?

Лидия сжала челюсти.

– Я тогда была молодой. Беременность меня испугала. Но даже сейчас я бы сделала такой же выбор. Ради сыновей.

– Как это случилось? – Рунн взглянул ей в глаза. – Конечно, меня это ни в коей мере не касается, но…

– Их отец не Поллукс. – (Рунн едва удержался, чтобы не вздохнуть от облегчения.) – Я родом из старинной династии оборотней, где мужчины умели превращаться в оленей, а женщины в ланей. У нас есть древние тайные ритуалы. Мы верим в иных богов, нежели вы. Думаю, наши боги появились гораздо раньше, но я никогда не заикалась об этом.

– Попробую угадать: ты участвовала в каком-то тайном ритуале с обязательным совокуплением, после чего и забеременела.

Она выкатила глаза и засмеялась, на этот раз по-настоящему, во весь голос.

– Ты угадал. Это был ритуал плодородия, и проходил он в глубине Альдозианского леса. Из женщин моей семьи выбрали меня. Другая семья выбрала одного из своих мужчин. Мы не знали имен друг друга и кто из какой семьи. Все произошло быстро и не особо интересно. Если там и присутствовала магия плодородия, я ее не ощутила и ничего не могу сказать по этому поводу.

– Ты к этому времени уже была с Поллуксом?

– Понимаешь, Рунн… – Она перевела взгляд на руки. – Отец забрал меня от матери в трехлетнем возрасте. Я помню, как меня увозили, но тогда я ничего не понимала. Только потом, став относительно взрослой, я узнала, что мой отец – чудовище, одержимое властью. Он не стоит и секундного упоминания. Мать даже не пыталась сопротивляться. Этого я не могу ей простить. А я стала ученицей отца. Думаю, он надеялся, что так ранит мать – ведь она узнает, что дочь выросла копией отца.