Чтение онлайн

– Хорошо еще, нам не пришлось обманывать бдительность часовых. Об этом вообще думать не хочется.

Хант промолчал, что лишь усилило тревогу Брайс.

– И как мы проникнем за ворота?

– Ничего сложного, – сказал Хант. – В караулке есть кнопка.

– В кои-то веки все проще простого, – пихнула его локтем Брайс.

Порыв ледяного ветра ударил ей в спину и словно толкнул на стену. Утепленная одежда и белье не спасали – холод все равно пробирал до костей.

– Надо трогаться, пока не стемнело, – поторопил ее Хант. Солнце, и так висевшее невысоко над горизонтом, уже начало опускаться. – Светлое время здесь длится считаные часы.

– Брайс! Хант! – крикнул им из караулки Рандалл. – Идите сюда! Вы должны это видеть.

Когда они вошли внутрь, родители Брайс безотрывно смотрели на монитор.

– Запись с камер наблюдения, – пояснила Эмбер, ткнув дрожащим пальцем в изображение.

Брайс сразу поняла, что рука матери дрожит вовсе не от холода. Эмбер нажала клавишу, и запись ожила.

– Так это… – выдохнула Брайс.

– Нужно идти к Разлому! – рявкнул Хант. – И немедленно!

– Учти, волчонок: если сунешься в Логово без позволения предводителя или Сабины, ты – покойник.

– Знаю, – буркнул Итан, наполняя очередной ящик упакованными древностями.

Сейчас, когда в импровизированной лаборатории Гипаксия разрабатывала противоядие, эта работа показалась ему особенно тупой и скучной. Несколько минут назад он ворвался в кабинет Джезибы, торопясь сообщить потрясающую новость. Однако колдунья почему-то не пришла в восторг и холодно предложила одновременно поработать руками и языком. Итан был вынужден подчиниться.

– Но если мы с Гипаксией отправимся в Вечный Город, мы можем… погибнуть. – Последним словом он даже поперхнулся. – Я хочу, чтобы волки знали правду.

– Какую именно?

Итан, нагнувшийся над ящиком, резко выпрямился.

– Правду о том, как я обошелся с Сигрид. Пусть узнают, что Сигрид существует, хотя и в облике жницы. Это…

– Это касается твоего стремления успокоить больную совесть.

Итан сердито посмотрел на Джезибу:

– Хочу, чтобы они знали о случившемся. Да, Сигрид теперь жница, и все мои попытки исправить это провалились. Но у волков есть альтернатива Сабине, даже если Сигрид и стала полуживущей. Вряд ли когда-нибудь жнец становился предводителем волков, но сейчас происходит много такого, чего раньше и представить не могли.

– Почему тебя это так волнует? – спросила Джезиба и вновь застучала по клавишам компьютера.

– Потому что волкам нужны перемены. Пусть знают, что власть Сабины не вечна и у них есть возможность выбрать кого-то вместо нее.

Итан посмотрел на ладонь, приказав появиться льду. И сейчас же кожа покрылась тонкой ледяной коркой. Лед тут же растаял.

– Волки должны знать о противоядии, способном дать им невиданную силу. Хватит им подчиняться Сабине.

– Прежде всего волкам нужны доказательства правоты твоих слов, – сказала ему Джезиба. – Иначе ты не выйдешь из Логова живым.

– А этого разве мало?

Итан создал на кончике пальца льдинку и показал колдунье. Наверное, ему нужно поискать кого-то из фэйцев или ледяных спрайт, чтобы научиться управлять появившейся способностью.

Гипаксия вслед за ним приняла противоядие. Она тоже ненадолго потеряла сознание и очнулась переполненная силой. Теперь над ее волосами постоянно дул легкий ветерок – еще одно проявление новой силы.

Итан принес пузырек и Джезибе, однако колдунья отказалась пить противоядие, заявив: «Мне, волчонок, это не поможет». Затем велела ему заняться делом, а не только отвлекать ее болтовней.

– Насколько я знаю волков, они подумают, будто Куинлан попросила меня что-то сделать с тобой, отчего ты стал… сам на себя не похож.

– А я знаю, что волки считают Брайс хорошим чело… то есть хорошей фэйкой.

– Считают ли? После гибели Даники и Стаи Дьяволов они отнюдь не питали к Брайс дружеских чувств. И ты не был исключением.

У Итана вспыхнули щеки.

– Время тогда было ужасное. Для всех нас.

– Даника Фендир за твое обращение с Куинлан прикончила бы тебя прямо у ворот Логова.

– Даника бы… – У Итана вдруг мелькнула мысль. – Ты знаешь, что Даника сомневалась в справедливости структуры власти у волков. И считала странным беспрерывное многовековое правление династии Фендир.

– С чего ты взял?

Итан повернулся лицом к столу, за которым сидела колдунья.

– Мы с Брайс случайно нашли результаты исследований, которые Даника прятала. Ей хотелось докопаться, почему Фендиры всегда так стремились к власти. Наверное, ей это не нравилось. – Он помолчал. – Даника обязательно посоветовала бы волкам принять противоядие и сбросить Сабину с пьедестала.

– Тебе виднее, – ответила Джезиба, хотя ее и удивили слова Итана. – Ты знал Данику гораздо лучше, чем я.

– Я знаю, что она ненавидела мать и считала иерархию власти у волков жутко несправедливой. – Итан прошелся по кабинету. – Надо достать те бумаги. Принесу их в Логово, пусть все видят, что я выражаю не только свои сомнения. Даника хотя и принадлежала к Фендирам, но противилась их безоговорочному правлению. Ее исследования помогут волкам согласиться на замену Сабине. Пусть Сигрид тоже из Фендиров, но она не прямая наследница. Тем легче будет волкам признать ее в качестве альтернативы.

– А волки скажут, что все эти бумаги сфабрикованы тобой, – сказала Джезиба, продолжая печатать.

– Я должен рискнуть, – заявил Итан, направляясь к двери. – Сабина слишком долго держала волков на коротком поводке. Чего только стоит ее позорное невмешательство во время весенней атаки демонов. Всему этому надо… положить конец. Нам нужны перемены, причем кардинальные. И если Урда на нашей стороне, превращение Сигрид в жницу не затронет ее личность. Если это так, я готов в любой день привести Сигрид в Логово на смену Сабине.

Конечно, этим он не исправит содеянного. Скорее разыграет дурную карту, выпавшую ему. Приспособится к сложившимся обстоятельствам.

– Мне нравится твое непредвзятое мышление, Холстром, – сказала Джезиба, закрывая ноутбук. – Но скажи, разумно ли отправляться в Логово напрочь незащищенным? Более того, разумно ли убеждать волков, чтобы они признали жницу своей вероятной претенденткой? Учти, ведь среди волков достаточно тех, кому нравится Сабина и ее манера правления. Я бы сказала, таких очень много.